Олимпийский марш-бросок

Спортсменов, приехавших в США, Буш приравнял к террористам

12 февраля 2002 в 00:00, просмотров: 649
  В стандартном контракте МОК с городами, проводящими Олимпийские игры, имеется статья, согласно которой Игры могут быть перенесены в другое место, если страна, где расположен этот город, находится в состоянии войны или гражданских беспорядков. Аналогичный контракт был заключен и с Солт-Лейк Сити...                                                   

Платон был прав, но истина... дешевле

     После теракта 11 сентября и начала военных действий в Афганистане некоторые члены МОК стали высказываться за то, чтобы применить эту статью. Прецедент уже был. 16 июля 1938 года МОК получил от Олимпийского комитета Японии такую телеграмму: “Очень сожалеем, но мы вынуждены отменить Игры, поскольку военные действия затянулись и нет перспектив на скорый мир тчк”. Коротко и ясно. Япония вела войну против Китая, и эта война перечеркнула зимние Олимпийские игры в Саппоро (1940 год) и летние — в Токио.
     Телеграмма, которую послал МОК Олимпийский комитет Солт-Лейк-Сити, носила совершенно иной характер. В ней, в частности, говорилось: “Игры состоятся, они должны состояться. Праздник атлетической мечты и ее осуществления молодежью мира должен быть ответом на насилие, а не его жертвой. В войне против терроризма Игры утверждают цивилизацию и стабильность”. Телеграмма была подписана президентом Олимпийского комитета Миттом Ромни, идеал которого — герой Второй мировой войны Эйзенхауэр. Он даже окрестил себя Айком, как этот генерал, ставший впоследствии президентом США.
     Тогда МОК, ссылаясь на древние традиции, уходящие корнями в античную Грецию, где зародились Олимпийские игры, обратился уже к президенту Бушу с просьбой приостановить военные действия в Афганистане на время Игр, как, мол, это делали города древней Греции. Ответом на эту просьбу была по сути дела насмешка. Впрочем, в данном вопросе история на стороне хозяина Белого дома, а не МОК. Миф о миролюбии античных Олимпийских игр — он и есть миф. Города Греции продолжали воевать друг с другом, а сами игры были отнюдь не джентльменскими, как верно замечает обозреватель “Уолл-стрит джорнэл” Кимберли Страссел. Она иронически пишет об идиллии цивилизованных схваток абсолютно нагих древнегреческих богатырей, за которыми с трибун наблюдали Сократ и Платон, походя “изобретая демократию”...
     Думаю, не ошибусь, если скажу, что среди почти 50 тысяч зрителей, заплативших за билет на открытие зимней Олимпиады 2002 года на стадионе “Райс-Экклс” в Солт-Лейк-Сити $885 каждый, не было “изобретающих демократию” Сократов и Платонов. Но зато не было и панкратиона — древнегреческой игры, правила которой разрешают ломать суставы пальцев и бить ногами по гениталиям. Современная демократия и ее изобретатели возвели насилие во всемирные масштабы, в которых ломка пальцев и сокрушение гениталий затерялись, как песчинка на океанском пляже...
     Если для защиты от холода устроители Олимпиады в Солт-Лейк-Сити советовали зрителям надевать две пары зимнего нижнего белья и вставлять в обувь специальные утеплители, то для их защиты от терроризма были брошены силы, превосходящие те, которые Соединенные Штаты ввели в Афганистан! Соотношение сил правопорядка и спортсменов, численность которых составляет 2318 человек из 77 стран, — шесть к одному. Вот и считайте.

Игры на несвежем воздухе

     Если бы войны мешали Олимпийским играм, это было бы прискорбно, но понятно. Чудовищно то, что именно войны и политика способствуют успеху Олимпийских игр, их популярности и рекламе!
     Аполитичность игр — такая же липа, как их антикоммерческий характер. Даже в хваленой Древней Греции в перерывах между состязаниями ораторы толкали политические речи. В том числе Сократ, Платон и К°. В прошлом — не античном — войны и впрямь ранили и даже убивали Олимпийские игры. Так, летние Игры 1916 года стали жертвой Первой мировой войны. (Зимние Игры начали проводиться с 1924 года.) Вторая мировая война проглотила зимние Игры 1940-го и летние Игры 1944 года. Но затем война стала работать на Олимпийские игры. Летние Игры 1980 года в Москве и 1984 года в Лос-Анджелесе держались на политической интриге взаимных бойкотов “империи зла” и “свободного мира” — “холодной войны” между США и СССР.
     Политика — движущий мотор Олимпийских игр. И тут уж ничего не попишешь. Что нам запомнилось, что осталось в нашей памяти от Олимпийских игр 1936 года в Берлине? То, что негр Джесси Оуэнс “посрамил” расистские теории Гитлера. В присутствии самого фюрера! Это еще помнят. А вот результаты, показанные Оуэнсом, за которые он получил четыре золотые медали, кто помнит об этом? Что осталось в нашей памяти от Олимпийских игр 1956 года в Мельбурне? “Кровавая”, иначе не скажешь, схватка ватерполистов Советского Союза и Венгрии, проходившая на фоне советского вторжения в Будапешт. Что запомнилось от зимних Олимпийских игр 1980 года в Лейк-Плэсиде? Сенсационная победа американских хоккеистов над советскими, которая подавалась как победа демократического Давида над тоталитарным Голиафом.
     На этом эпизоде стоит остановиться поподробнее, ибо его эхо прозвучало и на нынешних играх в Солт-Лейк-Сити. Американский Олимпийский комитет до последней секунды держал в секрете имя спортсмена, которому выпала честь зажечь олимпийский факел в Солт-Лейк-Сити. Об этом знали лишь пять человек, уста которых были надежно запечатаны. Болельщики и пресса гадали, кому из американских атлетов-“зимовщиков” поручат эту церемонию. Назывались имена выдающихся конькобежцев, лыжников, фигуристов. Но в финале этого на первый взгляд невинного детектива выяснилось, что факел зажгли двадцать американских хоккеистов, победивших в 1980 году ныне уже выброшенный на свалку истории хоккейный спецназ “империи зла”. Выбор этот был политическим — подогреть американский патриотизм. Его подтекст гласил: в 1980 году мы победили “империю зла”, сейчас на очереди победа над “осью зла”, как прозвал Буш Иран, Ирак и Северную Корею.
     В передовой статье “Уолл-стрит джорнэл”, посвященной нынешним играм и озаглавленной “Вывесим побольше флагов!”, мы читаем: “Наиболее очевидным из олимпийских фактов является то, что самые увлекательные моменты (соревнований. — М.С.) имели место именно из-за политики, а не вопреки ей”.
     Яснее не скажешь. Примеры этого я уже приводил выше. К ним можно присовокупить шум по поводу единственной золотой медали, полученной спортсменом Гонконга накануне перехода этого города под суверенитет КНР. А соревнования гимнасток и фигуристок, искажавшиеся пристрастным судейством представителей не Соломонов от спорта, а блоков — Варшавского и НАТО?
     Сегодня американская печать с нескрываемым сожалением пишет, что хоккейные баталии в Солт-Лейк-Сити будут всего лишь встречами “между партнерами по НХЛ”. В самом деле, все или почти все участники российской хоккейной сборной играют за американо-канадские клубы. Поэтому на льду Солт-Лейк-Сити “священной войны” не будет. В рекламной раскрутке ее эрзацем сделали противоборство американских и российских фигуристок, в первую очередь Кван и Слуцкой. Но с политической точки зрения это на целый порядок ниже.
     Когда устроители конкурсов “Мисс Америка” убеждают вас, что они рекламируют не купальные костюмы, а “интеллект американских девушек”, это просто смешно. Когда МОК заявляет, что он выше политики и коммерции, это уже не смешно. А когда то же самое делает Американский олимпийский комитет, то это по ту сторону добра и зла.
     Когда МОК решил не отменять игры в Солт-Лейк-Сити, он выдвинул такой аргумент: хотя Буш и заявляет, что Америка находится в состоянии войны, это война “ненастоящая”, ибо ведется не против определенного государства, а против международного терроризма. Как заявил один из директоров МОК Гильберт Фелли, “вот если бы это был Советский Союз, которого больше нет, и он совершил бы ракетную атаку, тогда другое дело”. (Но тогда, милейший Фелли, не было бы не только Солт-Лейк-Сити, как бы он ни охранялся, но и всего нашего земного шарика! — М.С.)

По Олимпиаде — огонь!

     Американская печать, следует отдать ей должное, в большинстве своем самокритична. Как пишет “Нью-Йорк таймс”, никто так не использует Олимпийские игры в пропагандистских и даже шовинистическо-джингоистских целях, как Соединенные Штаты. Скандирование “Ю-эс-эй!” американскими болельщиками заглушает все остальные голоса на олимпийских стадионах, даже шумы матери-природы. Так было и на открытии нынешних зимних Олимпийских игр в Солт-Лейк-Сити.
     Для пущего подогрева страстей компания Эн-би-си, которая закупила все права на телетрансляцию игр, перемежала крики “Ю-эс-эй!” на стадионе “Райс-Эккле” криками “Ю-Эс-Эй!” американских солдат в Афганистане. Тот еще монтаж получился! Формально ничего более противного духу Олимпийских игр не придумаешь. (Помните, “О спорт — ты мир!”.) Но по существу этот монтаж-перекличка Солт-Лейк-Сити и Кандагара — неотъемлемая черта Олимпиады. Как пишет в заключительном абзаце своей передовой “Уолл-стрит джорнэл”, “в прошлом лучшим другом Олимпиад была “холодная война”... А без нынешней войны (в Афганистане. — М.С.) эти зимние Игры вошли бы в историю как самые коррумпированные, совратившие даже богобоязненных мормонов. А посему наш совет МОК: благодарите политику, которая спасла ваш хлеб с маслом. И побольше флагов!” Цинично, но вполне справедливо.
     Что скрывалось за призывом “Побольше флагов!”? Начнем с того, что речь идет об американских флагах и в особенности об одном из них. Этот флаг, подобно олимпийскому факелу, хозяева Игр решили использовать в целях открытой пропаганды американизма. Кстати, уверен, что подавляющее большинство читателей не знают, кому обязаны Олимпийские игры церемонией зажжения факела. Ее ввели на Играх в Берлине в 1936 году по приказу Гитлера. Более того, он немедленно стал и орудием рекламы. На этом первом факеле красовался фабричный знак “пушечных королей” Круппов! Ныне в горах Юты, окольцовывающих Солт-Лейк-Сити, торжественно высится марка кредитной карточки “Visa”. Игры в Солт-Лейк-Сити стоят $2 миллиарда. Это больше, чем все предыдущие Игры, не только “дешевые” зимние, но и “дорогие” летние...
     Итак — о флагах. В нарушение олимпийской традиции в Вашингтоне потребовали, чтобы вместо стандартного флага США, который должна была нести идущая во главе американской делегации на параде открытия конькобежка Эми Петерсон, ей вручили бы потрепанный звездно-полосатый, уцелевший от теракта 11 сентября в Нью-Йорке и с тех пор побывавший в Афганистане в частях американских войск. МОК начал куражиться, ссылаясь на то, что такое исключение может создать опасный прецедент. А что будет, если, ссылаясь на этот прецедент, китайцы — хозяева Олимпийских игр 2008 года — понесут впереди своей делегации деталь американского шпионского самолета, посаженного ими в прошлом году, или обломок китайского посольства в Белграде, разрушенного американской авиацией в год 1999-й?
     Но заказывает музыку тот, кто платит. Между Вашингтоном и МОК был достигнут “компромисс”. Хорошенькая Эми Петерсон несла, как положено, стандартный национальный флаг США, возглавляя колонну своих соотечественников в составе 201 человека. А потрепанный звездно-полосатый несли “отдельно” от официального парада нью-йоркские пожарные и полицейские, эскортируемые восемью американскими спортсменами. Процессия пересекла стадион и остановилась перед ложей, в которой сидели президент, первая леди и госсекретарь Пауэлл. Толпа вскочила на ноги и запела американской гимн, который первым затянул хор мормонов “Тэберник”. Затем уже в ходе самой парадной “экстраваганцы”, девизом которой было почему-то “Зажги огонь внутри себя”, нью-йоркский полицейский Дэниель Родригес пропел неофициальный гимн Соединенных Штатов “Боже, благослови Америку” на музыку и слова российского эмигранта Берлина. И это дало возможность трибунам еще раз проскандировать “Ю-эс-эй!”.
     Джордж Буш, открывший игры, стал первым американским президентом, сделавшим это в момент, когда страна находится в состоянии войны. Войны против терроризма и, согласно его собственной концепции, против “оси зла” (Иран — Ирак — Северная Корея). Кстати, одна треть этой оси — Иран — принимает участие в Олимпиаде Солт-Лейк-Сити. Он послал на игры всего двух спортсменов, которые продефилировали под иранским флагом и знаком “Исламская Республика Иран” пред строгими очами американского крестоносца. Две трети “оси” — Ирак и Северная Корея — в Олимпиаде не участвуют. Саддаму и Киму не до Игр. Не участвует и Афганистан, где нет ни снега, ни мира.
     Прежде чем вдохновить американских олимпийцев, Буш подбодрял денверских скотоводов, хотя животноводство еще дальше от терроризма, чем спорт. Выступая в Денвере перед скотоводами на пути в Солт-Лейк-Сити, Буш сказал: “Я полон решимости разоружить нации, которые создают оружие массового уничтожения для разгрома Америки, наших друзей и союзников”. Боевой дух президента заразил и скотоводов, и олимпийцев. Один из них — Брайен Мартин — взволнованно сказал репортерам: “Я стоял всего лишь в пяти футах от самого могущественного человека в мире. Он полностью посвятил себя борьбе с терроризмом, как мы — борьбе за олимпийские медали”. Ничего себе параллель!
     В самый канун открытия Буш внес свою существенную лепту в “зажигание огня внутри себя” и — за компанию — всей страны, огня, который не имеет ничего общего с олимпийским огнем. Посетив руководство мормонской церкви, Буш отправился к американским олимпийцам, собравшимся на баскетбольной площадке. Срывающимся от волнения голосом, но с выражением триумфа на лице Буш произнес: “Эти игры пришли к нам в самое подходящее время. Игры станут праздником американских достоинств”. Свою напутственную речь президент закончил такими словами: “Let’s roll God bless”, то есть: “Навалимся, Господь, благослови!” Он процитировал слова пассажира рейса №93 Тодда Бимера. Но все дело в том, что Бимер произнес эти слова, призывая других пассажиров броситься на террористов и обезвредить их, что они и сделали ценою своих жизней. Самолет рейса №93 не долетел до Вашингтона и упал в сельской местности штата Пенсильвания. Призыв “Let’s roll!” в устах Бимера был героическим. В устах Буша “навалимся!” звучало едва ли не шовинистически. Ведь соперники американских спортсменов не террористы, а такие же спортсмены, как они.
     Во время посещения Бушем мормонской церкви Иисуса Христа ее глава Гордон Хинкли сказал президенту, что церковь обладает самой полной генеалогической документацией в стране. На это Буш с притворным ужасом осведомился: “Не было ли конокрадов среди моих далеких предков?”. Что ответил ему Хинкли, не сообщается. Мы тоже не имеем ответа на этот вопрос. Но вот в том, что Буш пытается украсть у планеты нынешние Игры для янки, этого у президента не отнять. Как пишет “Нью-Йорк таймс”, “Буш прилетел в Солт-Лейк-Сити не только для того, чтобы отпраздновать Олимпиаду, но и для того, чтобы поднять страну на следующую фазу войны”. Вот тебе, бабушка, и Юрьев день, то бишь “О, спорт, ты — мир!”
    



Партнеры