Убойная сила

Наш специальный корреспондент Ирина СТЕПАНЦЕВА передает из Солт-Лейк-Сити

18 февраля 2002 в 00:00, просмотров: 534
  “У нас украли “золото”!” — три дня подряд кричали канадцы. Кричали и шустрили по-черному: пресс-конференции, заявления, телеатаки, опросы людей на улицах... Всем миром они выпросили у МОК дополнительную олимпийскую медаль. Их абсолютно не волновало, как это выглядит со стороны.
     Вы думаете, печальная олимпийская история на этом заканчивается? Нет — теперь канадцы подают в суд. Они требуют продолжения банкета...
     Вот уж когда пожалеешь, что дедушка Самаранч, так любящий отмечать в Москве свои юбилеи, отошел от дел. Вновь избранный президент МОК Жак Рогге, похоже, не успел нас полюбить. Впрочем, такое интимное чувство, как любовь, — личное дело каждого. Но такой скандал в благородном олимпийском семействе явно не сделает Рогге маркизом.
    
 
    В день “раздвоения” золотой олимпийской медали я подошла к Лене и Антону в Русском доме, где вновь чествовали чемпионов. Обняла Лену и сказала: “Держитесь”. И вдруг ужаснулась сказанному. Ребята честно выиграли Олимпийские игры, а я...
     — В любом случае хорошо, что это все закончилось, — устало говорит Антон. — Потому что все дни, начиная с вечера, когда выиграли, мы не могли есть, спать, мы вообще ничего не могли делать. Люди вокруг постоянно дергали нас за рукав и спрашивали: что происходит? что вы думаете?
     Что мы думаем... Сале—Пеллетье — отличные спортсмены, и мы всегда рады соревноваться с ними. Повторюсь, но думаю, принятое решение — это лучший выход из положения, потому что не будет больше никаких сражений за медаль... Мы — спортсмены, а не политики. Мы катаемся для себя, людей и не преследуем больше никаких целей.
     Какова была моя первая реакция? Я сказал: вау! Такого еще не было! Конечно, какое-то время я пребывал в шоке. Решение необычное — но зато, может быть, прекратятся все разговоры, которые уже достали. Мы не сделали ничего плохого. Мы — лучшие, мы — олимпийские чемпионы, и мы рады быть здесь, в США, и выступать на Олимпийских играх.
     ...Все эти дни не только Антона, любого русского в любом месте дергали за рукав. И спрашивали, что мы думаем по поводу скандала на льду. Спрашивали — кто с искренним интересом, кто с упоением, кто ради информации. Что мы могли думать? Свинство не поддается осмыслению и аналитике. Оно либо болезненно, с комками в горле, проглатывается, либо вызывает ответную реакцию. Когда вам хамят в магазине, прекратить это можно только двумя способами — нахамить в ответ, да так, чтобы заткнулись, либо пойти к директору, желательно прихватив какую-нибудь “корочку”.
     — Леонид Васильевич, почему мы допустили такую ситуацию? — вопрос президенту Олимпийского комитета России Тягачеву. — Победило канадское общественное мнение, проще говоря, толпа...
     — Бережная и Сихарулидзе выиграли короткую программу. Я разговаривал с Тамарой Николаевной Москвиной — она сказала, что канадская пара не выполнила два элемента. То, что было принято решение о вручении второй медали, не учитывая результатов короткой программы, — неправильно. Виталий Смирнов выступил на заседании исполкома МОК и сказал все объективно: так не должно быть. Но Рогге сделал выбор в пользу спорта.
     Как президент Олимпийского комитета я должен отстаивать своих спортсменов, но если принято решение... Нужно интересы своей страны отстаивать объективно и не выглядеть лохом, когда все приняли решение, а мы кричим... Но, наверное, с этого дня судьи будут вести себя по-другому, выставляя оценки. В любом случае наши фигуристы — чемпионы, к русским судьям замечаний нет, а они там — пускай разбираются.
     “Они там” вообще-то уже доразбирались. Француженка где-то что-то сказала, американский рефери написал по этому поводу заявление, канадцы заявили протест и потребовали независимого расследования, президент ИСУ не увидел особой проблемы, но обещал 18-го во всем разобраться, а 15-го исполком МОК принял решение о вручении второго комплекта наград.
     — Что скажете, Павел Алексеевич? Почему молчали? — министр спорта Павел Рожков только что поздравлял Ольгу Данилову и Алексея Ягудина.
     — Мы не молчали, все время говорили. Но давайте вспомним Олимпийские игры в Сиднее. Сколько бы ни говорили там по поводу Карелина, сколько бы ни выступали... Да, нам было обидно, но есть олимпийский принцип, который никогда не нарушался при предыдущем руководстве Международного олимпийского комитета. И этот принцип должен был быть сохранен. Если его нарушить — то завтра в любом виде спорта тот, кто хотел бы высокого места, но не добился, будет его требовать. Это прецедент, и создавать его было нельзя. Иначе мы превратим все соревнования, не только Олимпийские игры, непонятно во что.
     — Россия будет подавать протест?
     — Протест мы подавать не будем, но свою позицию официально высказали. Леонид Тягачев направил письмо Жаку Рогге. Кстати, они договорились, что на новом награждении будет звучать гимн России. Он будет звучать первым.
     Как только мы узнали о решении, Леонид Васильевич поехал на встречу с президентом ИСУ Чинкванта, и тот заявил: это наша позиция. Хотя два дня назад говорил совсем другое. Вероятно, с ним была проведена беседа, и он принял решение.
     “...Почему из меня сделали “плохого парня”? Почему фигурист, триумфально взошедший на олимпийский пьедестал, через четыре дня подумывает об уходе из спорта?” — это Антон Сихарулидзе. Честно говоря, я не знаю, какая сила воли потребуется нашей паре, чтобы выйти на показательные выступления. И слабо себе представляю, как будет выглядеть повторное награждение с нашим гимном. Если будут играть гимн, значит, Лена и Антон должны при этом присутствовать?
     — Валентин Николаевич, Федерация фигурного катания тоже не будет протестовать? — вопрос президенту федерации Валентину Писееву.
     — У меня впереди еще танцы и женское катание. Я не знаю, какая будет реакция, если я буду подавать протест. Наверное, нужно принять это как должное и потом уже заниматься расследованием. Тем не менее я хочу сказать, что это произошло под давлением прессы и реакции зрителей... В Америке нашим спортсменам всегда очень сложно выступать: Тодд Элдридж делает три ошибки, а зал встает и неистовствует. ИСУ пошел на поводу у общественности. Не надо из этого делать трагедии, надо кататься так, как Ягудин, — чтобы не было сомнений. Протестовать бессмысленно, потому что ничего уже не вернешь. Мне только непонятно одно: ведь помимо произвольной, где голоса разделились поровну, была еще и короткая программа, где Антон и Лена были явно лучше. ИСУ загнал себя в угол, как они будут выкручиваться, я не знаю.
     ИСУ-то как-нибудь выкрутится. А если и не выкрутится — не велика беда. Для них. Потому что канадцы показали нам лом, против которого нет приема. Кроме как другого лома. Мы свой даже и не пытались искать. И убойная сила толпы победила.
     Глава французской федерации фигурного катания Дидье Геладье удивляется: как это судья Ле Гунь, такая честная и принципиальная, вдруг начала делать какие-то заявления в судейской комнате. Глава не уверен, что расследование МОК (которое провел неизвестно кто и неизвестно когда) было справедливым.
     Ле Гунь уже находится во Франции и, в любом случае, кусает собственные локти. Если поддалась давлению — за то, что поддалась. А если брякнула чего, не подумав, то за неумение просчитывать ходы.
     Президент США Джордж Буш считает, что справедливость восторжествовала. За прошедшие дни он, видимо, изучил фигурное катание досконально.
     И наконец, решение о вручении вторых медалей на исполкоме МОК было принято таким образом: за — семь человек, против — 1, это был Китай, и воздержался тоже один. Это была Россия.
    


Партнеры