Распродажа пакетиков

1 марта 2002 в 00:00, просмотров: 317

Больше года прошло с того момента, когда президент и правительство решили, что государству имеет смысл выйти из капитала банков, в которых им принадлежат небольшие, менее 15–20%, активы.

Этого времени оказалось достаточно, чтобы убедиться – все эти небольшие пакеты акций более 400 банков, принадлежащие министерствам, ведомствам и государственным унитарным предприятиям, не только не приносят доход, но и не позволяют должным образом контролировать их. Метод лечения этого недуга категоричен: все на продажу.

Кому они нужны
Власти как взяли в 1917 году банки, так до сих пор не могут с ними расстаться. Поэтому первая реакция рынка на поручение Михаила Касьянова Минимуществу России подготовиться к тотальной распродаже была однозначна. Специалисты уверяли, что правительству не удастся справиться с этой, на первый взгляд, простой задачей. Мало что значащие пакеты никому не нужны. Однако появлялись и иные мнения. Некоторые банкиры высказывали опасения, что продажа акций под «административным давлением» может привести к переделу банковского рынка.
Крайности, как обычно, далеки от истины, но не иметь их в виду нельзя. Тем более что вскоре появился повод для волнения. Государственным унитарным предприятиям предписано добровольно передать свои доли в банках Минимуществу. Причем, по первоначальным сведениям, без какой-либо серьезной компенсации. В случае сопротивления их руководителям грозят материальные или административные санкции. Эту сложную и щепетильную работу Минимущества «доверил» отраслевым министерствам.
Но все это – промежуточная, подготовительная стадия основного процесса – продажи акций. По мнению Павла Медведева, заместителя председателя Комитета по кредитным организациям и финансовым рынкам Госдумы, в некоторых случаях, когда государственный пакет незначителен – 1–4% (а таких, по подсчетам аналитиков, около 200 банков), их продажа может остаться никем не замеченной, а заинтересованные в их приобретении наверняка найдутся, хотя бы для того, скажем, чтобы получить еще одно место в совете директоров.
Выход государства из капитала тех банков, где оно принимает участие, по словам президента банка «Возрождение» Дмитрия Орлова, будет происходить в соответствии со специальными процедурами, к разработке которых будут иметь отношение не только различные госучреждения и ведомства, но и Банк России и Минфин. А в качестве покупателей, считает Орлов, могут выступить банковские структуры, в том числе иностранные, а также финансово-промышленные группы. «Хотя кардинальных изменений в банковском бизнесе в целом я не прогнозирую, поскольку процесс вывода средств государственных унитарных предприятий из уставного капитала банков не затронет всерьез чьих-то интересов».

Цена вопроса
Государству будет весьма сложно продать принадлежащие ему пакеты акций, – считает Алексей Гуськов, вице-президент АКБ «БИН». «Конечно, если они не будут предлагаться за бесценок. Вероятно, какой-то спрос проявится на пакеты в тех банках, в которых контроль распределен между двумя–тремя фактическими владельцами. Тогда, возможно, какой-то из них будет заинтересован в том, чтобы увеличить свою долю, может быть, с целью не дать увеличить часть собственности другому. Конечно, это относится к тем банкам, финансовое состояние которых относительно благополучно. В других случаях эти пакеты акций никакого интереса не представляют. Я считаю, что государству будет целесообразно продать их даже по крайне низкой цене, потому что кроме как обузой для государства большая часть этих пакетов не является».
В бюджете, в части дохода от планируемой продажи государственной собственности, эти средства не учтены. И, как вспоминает Медведев,
«в Думе этот вопрос не обсуждался: видимо, максимум, на что можно рассчитывать, так это на избавление государства от этой головной боли».
«Государство дало правильный информационный сигнал, подтвердило свою готовность уйти из бизнеса, в том числе и из финансового, – заявил «ДЛ» Илья Ломакин-Румянцев, член Комитета Совета Федерации по бюджету, налоговой политике, финансовому, валютному и таможенному регулированию, банковской деятельности. – Я воспринимаю это как отказ от «ручного регулирования», весьма распространенного в России типа управления хозяйствующими структурами и банками в том числе, который идет вразрез законам, нормативным решениям, вопреки правилам, понятным для всех, и, самое главное, с предсказуемыми изменениями.
Хотя дело затеяно непростое. Ведь банки это не только деньги, но и информация. А кто владеет информацией, тот, как известно, владеет миром. Но при этом государство отдает себе отчет, что управление банками у него не только не эффективно, но и чревато неприятностями в различных областях, особенно в инвестировании. Когда государство становится активным игроком хозяйственной жизни, оно, по определению, ослабляет позиции всех остальных, подрывает их потенциал. И в конце концов – самого себя. Невольно приходит аналогия с преферансом: не обыгрывай все время партнеров, иначе не с кем будет играть».
Сейчас в капитале почти каждой 10-й кредитной организации России зримо присутствует государство, утверждает Галина Флорова, генеральный директор аудиторской фирмы «Финкомаудит». «Поскольку средства в целом распылены по всей России, то понятно, что государству от этого, «как от козла молока». Хотя прошло больше года с тех пор, как власти заинтересовались, что же делают менеджеры банков с их деньгами. Результата нет. По моему мнению, эта проблема носит более политический, чем экономический характер. Это своеобразная плата государства за контроль и влияние в этих банках».
Что бы ни говорили, убеждена г-жа Флорова, а государство даже в роли миноритарного акционера всегда может диктовать свою волю и при желании держать любую организацию на коротком поводке. Так что государство скорее всего не будет спешить расстаться с символами своего влияния, чего бы это ему ни стоило. К тому же распродавать небольшие пакеты хлопотно и затратно.



Партнеры