Теща самых честных правил

Знал бы Пушкин маму невесты, остался бы холостым

2 марта 2002 в 00:00, просмотров: 402
  Ныне у работников загсов — горячая пора. До начала Великого поста осталось две недели. После масленичного Прощеного воскресенья, которое в этом году приходится на 17 марта, последуют семь долгих недель покаяния. Регистрироваться в этот период не принято. А уж тем более венчаться. Таким образом, на последние дни Масленицы придется обвал браков, заключенных на небесах. Вот и Александр Сергеевич Пушкин связал свою жизнь с Натальей Гончаровой под сводами церкви Большого Вознесения на Большой Никитской в Москве именно 2 марта сто шестьдесят один год назад. Сегодняшним новобрачным, спешащим к алтарю, репортеры “МК” советуют взять все лучшее из обряда, организованного великим поэтом, и избежать его ошибок.

Невеста — ангел, теща — стерва, тесть — безумец

     Известно, что Александр Сергеевич Пушкин до конца своих дней называл свою жену “мадонна и ангел”, и можно сказать, что супруга его вышла замуж очень удачно, так как была бесприданницей. Итак, чтобы подловить хорошего жениха, следует встретиться с ним где-нибудь на танцах, на худой конец можно, как Гончарова, на балу у Йогеля, в доме на Тверском бульваре. Хорошо, если девушке на выданье уже минуло 16, она высока ростом (хотя бы 170 см), одета в белое воздушное платье с золотым обручем на голове. Во всяком случае, именно такая девица показалась Пушкину богиней. Поэт поступил опрометчиво и на следующий же день написал письмо с предложением руки и сердца. Делать так не стоит. Ибо у невесты обычно есть еще и маменька. Во всяком случае, мамаша Гончарова, кстати, тоже Наталья, была женщиной суровой и решительной, а главное — весьма меркантильной. Пушкина она раскрутила на деньги, как мальчишку. Как свидетельствует заведующая мемориальной квартирой Пушкина в Москве Лидия Петровна Малинина, теща великого поэта буквально выбила из Пушкина деньги на приданое, что по тем временам было нонсенсом. Перед свадьбой отец поэта подарил ему деревеньку, где было 200 душ крепостных. Александр Сергеевич ее заложил. Вопрос с приданым решался долго и нудно. На деньги Пушкина (11 тысяч рублей — сумма по тем временам немалая) шилось приданое невесте. Но самое поразительное, что большую часть этой суммы Наталья Ивановна потратила на свои туалеты.
     Хотя Гончаровой-старшей надо отдать должное — она денно и нощно искала выгодную партию для своей младшей дочери Таши. Неблагонадежный Пушкин, побывавший до этого в двух ссылках, на роль жениха первой красавицы не подходил. К тому же он был не богат и за ним тянулся шлейф донжуанских похождений. Маменьке Наталье Ивановне Гончаровой часто говорили: “У вашей дочери от женихов отбоя не будет”. Но маменька в ответ лишь поджимала губы и качала головой: “Слишком уж тиха. В тихом омуте черти водятся”.
     Наталья Ивановна со своей обычной придирчивостью и скупостью дала согласие на брак не сразу. Она сослалась на то, что Наталья еще очень молода. И Пушкин год проходил в женихах. У Натальи Ивановны был тяжелый, вздорный характер. В припадке гнева она нередко хлестала по щекам своих взрослых дочерей. Мало того, маменька еще и изрядно поддавала. А отец невесты — того не легче — был не в себе. Николай Афанасьевич упал с лошади. В результате ушиба головы у него случилось помутнение рассудка.
     Тем не менее 6 апреля 1830 года, в Светлое воскресенье, Пушкин сделал вторичное предложение Наталье Гончаровой. И оно было принято. Вере Федоровне Вяземской Пушкин писал: “Наталья Гончарова — моя 113-я любовь”.

Чего бояться у алтаря

     Накануне свадьбы, 1 марта по новому стилю, Пушкин устроил у себя в квартире мальчишник, нужно было прощаться с холостой жизнью. А утром пришло шокирующее известие — мать невесты прислала записку, что свадьба откладывается, потому как нет денег на карету, чтобы везти Наташу к алтарю. Пушкин выдает требуемую сумму и... одалживает фрак у своего близкого друга Нащокина, с которым они некогда кутили, играли в карты и слушали цыган.
     Если бы Александр Сергеевич меньше верил в приметы и больше настаивал на своем, глядишь, и его личная жизнь была бы более безоблачной. Но Пушкин был вспыльчив и, как все горячие люди, отходчив и уступчив. В результате Александр Сергеевич венчается не там, где хочет. Он выбрал домовую церковь князя Сергея Михайловича Голицына. Но этому воспротивился митрополит Филарет, указав на приходскую церковь невесты. И поэт уступил. И дальше все пошло наперекосяк. По воспоминаниям Долгоруковой, “во время венчания нечаянно упали с аналоя крест и Евангелие, когда молодые шли кругом. Потом у Пушкина потухла свеча”. Жених побледнел и все повторял по-французски: “Все — плохие предзнаменования!” А когда дьякон, следуя за священником, вынес на специальном подносе кольца и невестино оказалось в руках у поэта, Пушкин от волнения не смог надеть его на палец Натальи и выронил. К сведению венчающихся, хуже приметы не придумаешь. Вывод: хочешь счастливо жить, либо не будь суеверным, либо крепче вцепись в кольцо.

Тетка с воза — Пушкину легче

     После свадьбы молодые приехали в квартиру на Арбате. Она станет единственной квартирой поэта в Москве — зал, гостиная, кабинет, спальня, будуар. Он сам снял ее за 2 тыс. рублей ассигнациями, отделал заново, привез туда после свадьбы Наталью Николаевну. Всем было странно, что у Пушкина, который “жил все по трактирам, также вдруг завелось хозяйство”.
     После венчания на пороге дома их встречали с образом не родители жениха, как было принято, а Нащокин и десятилетний сын Вяземского Петр. Пушкины устроили у себя (новобрачные, вам на заметку) не пир горой, а скромный званый ужин.
     Еще до свадьбы Пушкин решил, что переедет с женой в Петербург. Он писал своему близкому другу Плетневу: “Я не люблю московскую жизнь. Здесь живи не как хочешь — как тетки хотят. Теща моя — та же тетка...”
     Наталья Ивановна приходила к молодой чете каждый день, устраивала смотрины нарядам дочери, перебирала ее драгоценности и осуждающе покачивала головой: не так надобно одевать первую красавицу Москвы.
     Пушкина она склоняла на все лады. А Наталья Николаевна не перечила маменьке, только тихо плакала.
     Графиня Дарья Фикельмон, которая славилась даром предсказательницы, в письме князю Вяземскому говорит о жене поэта, что “страдальческое выражение ее лба заставляет меня трепетать за ее будущность”. Фикельмон трепетала напрасно. Во всяком случае, сегодня редкая женщина, оставшись вдовой в 24 года и обремененная четырьмя детьми мал мала меньше, сможет тридцати двух лет от роду заново выйти замуж. С другой стороны, совсем не каждая из нас, как Наталья Гончарова-Пушкина-Ланская, может хотя бы раз в жизни похвастаться талией объемом 47 сантиметров. Для сравнения, у сегодняшних супермоделей она на целых 13 сантиметров больше.
    



Партнеры