Ломовой приём

В Дракине не кулаками машут, а изобретают машину времени

4 марта 2002 в 00:00, просмотров: 373
  К самобытному художнику-сварщику Андрею Волкову я хотела прийти со словами: “Ты же брат мне!”, полагая, что наше однофамильство станет залогом сотрудничества. Около ворот, оформленных не по-деревенски стильно, вижу изысканную даму:
     — Марина Волкова, — улыбается она и протягивает руку.
     — Я тоже, — говорю смущенно, осознав, что приехала к своим. И не ошиблась...

     Художник встречает нас, как любимых родственников, и ведет... в порт Лобынск. Эта летняя беседка, а точнее, мини-бар, где тусуются его многочисленные гости. Стойки сделаны из дерева, стулья — из бывших в употреблении вентилей оросительной системы совхоза “Большевик”. Пять лет назад у креативного Волкова созрел план установить на своем участке несколько памятников, символизирующих смену веков.
     — На берегу реки Протва стоял город Лобынск, который сожгли татары, — говорит Андрей Николаевич. — Сейчас на этом месте наша деревня Дракино.
     От дома художника до реки — метров 100. Когда начинается паводок, вода почти подходит к стенам. Спасает лишь то, что дом стоит на холме. Так что порт Лобынск не мистификация, а реальность. В трех шагах от беседки — кресло командора — кованый агрегат с рулем, спидометром и педалями, которые можно крутить в разные стороны.
     — Это аппарат для перелета в третье тысячелетие, — говорит мастер. — Его я сварил за две недели из металлолома с местной машинно-тракторной станции. — Еще я собирался на берегу Протвы установить на специальных сваях троллейбус. Он должен стоять под наклоном, чтобы возникала иллюзия, что он улетает в космос. Дефолт нарушил планы, но я реализую задуманное.
     Для плодотворной работы нужно немерено металлолома. Радует, что работяги с машинно-тракторной станции уже давно держат Волкова за своего в доску: отдают железо, даже не требуя взамен чекушку. Их примеру следуют местные жители, которые таскают Андрею сковородки и старые велосипеды. Секретами мастерства сварщик не делится, да и не понять нам, дилетантам, как можно из железного “отстоя” изготовить полсотни изысканных шедевров, которые вполне могли бы украсить парк Сальвадора Дали в Испании.
     Первые работы появились в начале 70-х. Ведущие скульпторы не понимали эстетствований “дракинского Дали” (завидовали, наверное). Зато его работы высоко оценили писатель-деревенщик Борис Можаев, который каждое лето приезжал в Дракино, офтальмолог Святослав Федоров и Андрей Макаревич. Недавно Андрей Николаевич открыл у себя дома галерею, куда приезжают на экскурсии школьники из Протвина и Серпухова. Летом экспозиция перемещается под открытое небо:
     — Собираюсь построить на берегу Протвы целый Диснейленд из металлолома. Правда, его придется охранять от любителей цветмета, — говорит мастер. — А у въезда в Дракино поставить указатель для автомобилистов: одна стрелка — на Калугу, вторая — на Тулу, третья — на Москву. А сверху водрузить кованого петушка, потому что есть поговорка: “Дракинский петух кричит на три губернии”.
     — Чтобы устанавливать памятники, нужны деньги, и немалые. Где вы их возьмете?
     — У меня есть состоятельные друзья, которые мне помогают. К тому же некоторые работы у меня покупают. Дешевле, чем у Ван-Гога.
     Скромность украшает человека: произведения Волкова активно выставляются за границей. Кстати, он привозит туда свои разобранные на запчасти работы в чемоданчике, а уже на месте дислокации приваривает детали. Некоторые скульптуры “дракинского Дали” хранятся в частных коллекциях Италии, Франции, Германии. Особенно активно почему-то покупают кованые изображения главной музы художника — жены Марины.
     Последнее время Волков не участвует в конкурсах на лучший памятник, предпочитая искусство ради искусства. В 1989 году он установил в Серпухове памятный знак, посвященный 650-летию города. Но любители металлолома почти разобрали его на запчасти.
     — Выходит, с Серпуховом у вас связаны неприятные ассоциации?
 
    — Нет, почему же. У меня есть несколько исторических произведений, например, “Чехов в Серпухове”.
     Памятников, посвященных современным гостям города, в арсенале у художника пока нет. И хотя Андрей живет обособленно в своей деревне, он слышал, что губернатор Громов взял Серпухов под свой патронаж.
     — Нет желания запечатлеть Бориса Всеволодовича в его любимом городе?
     — Главное, чтобы у него было такое желание, — отвечает художник.
     А что — совсем неплохо получается. Кресло командора для перелета в новый век уже есть — осталось дело за малым, посадить туда кормчего. Дарю идею властям города Серпухова.
    




Партнеры