Сенаторская сказка

от вампира в сугробах до элитных мышей

5 марта 2002 в 00:00, просмотров: 328
  В России меняется многое, но не все. Например, “покорение” Москвы по-прежнему остается голубой мечтой провинциалов. Кто-то едет в столицу на автобусе с тысячей рублей в кармане и намерением устроиться хотя бы чернорабочим. А кто-то — на собственной иномарке, зная, что стартовая площадка для вертикального взлета в Москве подготовлена заранее... Это как раз случай представителей регионов в Совете Федерации. Им, в отличие от многих других гостей столицы, не надо бегать по Москве в поисках работы и какого-нибудь угла. Отрешенные от “земной суеты”, они и саму Белокаменную должны воспринимать не через призму грязных рынков и бесчисленных проверок документов, а как-то иначе. Так ли это на самом деле и что думают сенаторы-регионалы о Москве и москвичах? Об этом мы и решили узнать у них самих...

Лишние фонари

     Честно говоря, корреспонденту “МК” задачка эта показалась довольно непростой. В Совфеде чуть ли не половина сенаторов — чистокровные москвичи. Не ходить же в самом деле по кабинетам, пугая парламентариев вопросом: “Скажите, вы случайно не из Москвы?..” Поэтому опрос пришлось предварять долгими консультациями со знакомыми членами СФ и аппаратчиками...
     Общими усилиями составили список. Первым там оказался сенатор от Алтайского края Михаил Гнездилов: в СФ он попал практически из кресла первого зампреда тамошнего правительства.
     “Я как строитель восхищаюсь некоторыми архитектурными решениями, новыми микрорайонами, — поведал нам г-н Гнездилов. — А раздражает... Ну, во-первых, мне лично не нравится Манежная площадь, особенно вечером, когда вот эти фонари художественные включают. Эти фонари как бы на первое место выпячиваются, а Кремля — сердца нашей столицы — и не видно...” А еще Михаила Захаровича раздражает транспортная проблема. “Вот Большая Дмитровка — ну к Совету Федерации ни подъехать, ни отъехать, — сетует алтайский представитель. — Чтобы выбраться в центр, надо пятнадцать минут по узенькой дорожке маневрировать. Бывало, я даже опаздывал из-за этого...”
     Кстати, о пробках и прочих дорожных “прелестях” упомянули почти все опрошенные нами сенаторы. “Мне не нравится, что с одного конца города на другой надо добираться три часа, — вторит коллеге тульский сенатор Олег Татаринов . — И здесь плохо снег убирают: очень сложно на машине передвигаться, дороги скользкие. У нас в городе гораздо лучше с этим дело поставлено”. Да и по мнению посланника от Оренбургской области Александра Зелепухина, пробки — “самое отрицательное” в Москве. Посему Александр Григорьевич даже променял служебный автомобиль по вызову на такой демократичный вид транспорта, как метро. Но и тут, по его словам, есть свои недостатки. “Что особенно не понравилось — это нищие, — рассказывает парламентарий. — Одно дело, когда там молодые поют-играют, зарабатывают, — вот тут я не против, всегда на это можно прореагировать. Но когда пожилые... Вот метро “Китай-город” — там постоянно нищие стоят, пьяные валяются. Ну, наверное, Москву можно было бы от них как-то очистить...”
     А больше всего радует сенаторов обилие товаров. “На все вкусы, — восхищается Александр Зелепухин, — продовольственные, промышленные, в центре, на окраинах... И еще мне пришлось по душе внимание молодежи. На рынках, на оптовых базах они все досконально о продуктах рассказывают. Предлагают сразу и довезти товар, и посоветуют, что получше, что похуже — то есть не так, чтобы лишь бы продать”.
     Как известно, провинциалы, привыкшие к более спокойной и размеренной жизни, чуть ли не главным недостатком столицы называют ее извечную суету. По их мнению, Москва — это что-то вроде муравейника, все обитатели которого чуть ли не круглосуточно озабоченно бегут по каким-то неведомым делам. А вот представители регионов в Совфеде со своим отношением к подобному явлению, похоже, точно определиться не могут. Так, посланник от Челябинской области Евгений Елисеев разразился по этому поводу фразой, достойной быть цитатой из какого-нибудь серьезного научного исследования о столице: “Жизнь здесь более динамичная, и здесь есть тот поток перемен, который менее характерен для провинции. Любой человек, приезжающий в столицу ее покорить, может на это надеяться при одном условии как минимум: успешно встроиться в этот поток перемен и, овладев им, выстроить конфигурацию своей работы, чтобы она дала ощутимый результат”. А сенатор из Ханты-Мансийского округа Петр Волостригов описал свои впечатления более приземленно: “Москва — очень своеобразный город... Если говорить емким словосочетанием, то для меня она — как энергетический вампир: высасывает все силы и соки — и физические, и душевные. Очень сильно устаешь от этого постоянного мельтешения, суеты этой... Чтобы восстановиться, мне нужно два-три дня провести у себя в тайге, в Сибири...”

Тараканы и фигуранты

     Для большинства приезжающих в столицу одна из основных задач — найти какое-нибудь жилье. Кто-то сваливается как снег на голову столичным родственникам-знакомым, приволакивая банки с вареньем и огурцами в качестве квартплаты, кто-то снимает комнатушку у какой-нибудь бабульки, другие ищут гостиницу по карману. У сенаторов подобных проблем не возникает...
     Михаил Гнездилов: “Мы с женой живем в Митине, в однокомнатной квартире — она служебная. Но мы же здесь не прописаны. Как-то меня милиция даже останавливала на улице: требовали предъявить документы, откуда я и кто такой. Жену вот на рынке два раза допросили: требовали показать прописку, карточку регистрации... А у нее ничего не было. Так ей приходилось давать мои телефоны, чтобы я мог удостоверить личность. Заканчивалось, к счастью, все нормально: в отделение не забирали и денег не вымогали”.
     Олег Татаринов: “Сейчас я получил квартиру на Улофа Пальме, в депутатском доме. А до этого буквально целый год прожил в гостинице “Россия”... Во-первых, там все очень дорого. Сходить в столовую поужинать — не меньше пятисот рублей. Транспортное обслуживание только сейчас начинает налаживаться, поэтому приходилось приезжать из Тулы на своей машине, платить за горючее да еще и за стоянку у “России” — еще минус 150 рэ в день. А еще в этой гостинице мыши — такие же домашние животные, как кошка и собака у меня дома. Они настолько добрые, что спокойно выходят, и когда завтракаешь — можно им кусочек хлеба дать. Не новость и когда, допустим, ты спишь и на тебя падает тараканчик — это в порядке вещей”.
     А вот Евгений Елисеев на вопрос: “Как вам жизнь в “России”?” — ответил весьма завуалированно: “Ничего экстраординарного в гостиницах Москвы я не обнаружил — во всех проявлениях. Если вы хотели задать мне вопрос о некоторых фигурантах в гостиницах, так они везде есть, фигуранты, — в той или иной степени. В Гаване я недавно был — там интересующей вас публике в гостиницах вообще запрещено появляться. Ну так они арендовали все мыслимые и немыслимые жилые помещения в округе для решения своих задач и удовлетворения все возрастающих потребностей туристов”. Кто такие фигуранты, сенатор Елисеев не пояснил, но мы подозреваем, что за столь корректным определением скрываются банальные гостиничные проститутки...

Баул с колбаской

     В глубинке на зарплату чиновника категории “А” — напомним, это около 11 тысяч рублей — можно позволить себе поужинать в ресторане или прибарахлиться в каком-нибудь приличном магазине. А что позволяет себе член СФ в Москве? Этот наш вопрос вызвал бурю эмоций в сенаторских рядах.
     “Про сенаторские доходы говорить смешно и неудобно, — заявил нам Петр Волостригов. — Это унизительно: платить члену Совета Федерации такие деньги — меньше трехсот долларов! Нас специально, видимо, толкают на то, чтобы мы каким-то образом обеспечивали себя лоббированием или работой на стороне. А если говорить про мой регион и про Москву, то у нас цены примерно одинаковые... Ну, конечно, если здесь заходить в специальные бутики, то там цены просто запредельные: на сенаторскую зарплату — только посмотреть и облизнуться”.
     “Хотя и говорят, что в Москве легко жить, я так не думаю, — сетует Александр Зелепухин. — Здесь надо зарабатывать и крутиться покруче, чем на периферии, потому что все очень дорого. Вот у меня дочка проводила здесь каникулы — каждый день, как раньше, в театр или на что-то еще зрелищное уже не походишь: нужны огромные суммы...”
     Где же избранники тогда одеваются, покупают продукты, если все вокруг так дорого?
     Михаил Гнездилов: “Продукты я покупаю на рынках — или у нас в Митине, или в Тушине. А например, костюмы — в старых московских магазинах, где в основном отечественные товары”.
     Не спешит совершать шопинг по московским магазинам даже дама-сенатор из Татарстана Ирина Ларочкина. “Все самое необходимое у меня есть — я привезла с собой... В Москве я еще не пыталась никуда ходить, а если и пойду, то в какой-нибудь магазин средней руки. И предварительно соразмерю свои аппетиты с ценами... А питаюсь я только в Совете Федерации — даже завтракаю здесь. Очень люблю, к примеру, суп-пюре из тыквы. Ну а если и покупаю йогурт на вечер, то тоже здесь, в магазинчике”. Что неудивительно: в родном учреждении сенаторов стараются не разорять, и цены в этой торговой точке значительно ниже, нежели в близлежащих магазинах на Тверской и Большой Дмитровке...
     А вот челябинский представитель Евгений Елисеев на вопрос о том, не на рынках ли он отоваривается, искренне возмутился: “Как Киса Воробьянинов, ни я и ни один из сенаторов на углу не встанет... А на оптовках я пока не был и, надеюсь, поеду туда, например, только для того, чтобы изучить систему работы оптовых магазинов, их влияние на развитие товарных рынков и еще что-нибудь в этом роде”.
     Ну а сенатор Зелепухин нашел здесь свой оригинальный выход: из родного Оренбурга он каждый месяц привозит баул с салом и колбаской. А за время пребывания на родине успевает и совершить вояж по магазинам, и прикупить что-нибудь из одежды. При этом Александр Григорьевич всегда берет с собой супругу, которая по совместительству является у сенатора чем-то вроде личного имиджмейкера. “Она у меня больше понимает в плане одежды”, — скромно описывает он таланты жены.
     А вообще, как мы выяснили, каких-то неписаных правил, где должны затариваться члены СФ, в сенаторском обществе нет. Часть парламентариев умудряются на свои скромные доходы отовариваться в крупных супер- и гипермаркетах. Другие же не видят ничего зазорного в том, чтобы, подобно тысячам москвичей среднего достатка, отправиться в выходной на оптовый рынок.
     Кстати, о москвичах. Заодно мы решили выяснить мнение сенаторов-регионалов о столичных жителях. Ведь скажем честно: весьма часто провинциалы считают москвичей порядочными снобами, свысока и презрительно взирающими на всех, кому не посчастливилось родиться в столице...
     “Я работаю с Москвой последние 16 лет, — говорит алтаец Михаил Гнездилов, — еще с 85-го года, когда я был мэром Горно-Алтайска. И такого, что в Москве ничего не “пробьешь”, я не наблюдал. Просто надо грамотно работать. Обычно на снобизм и бюрократию все списывают люди, которые едут в Москву недостаточно подготовленными и недостаточно грамотно пытаются решить вопросы. А здесь всего лишь требуется, чтобы это было грамотно, потому что работают тут специалисты”.
     А вот туляк Олег Татаринов придерживается диаметрально противоположного мнения: “Люди со снобизмом? Я тоже так считаю, — говорит он. — И это очень сильно чувствуется. Если в Питере спросить на улице, как найти то или иное место, тебе 9 из 10 ответят и проводят за руку. А в Москве в 9 случаях из 10 скажут, что не знают... Вот я в армии служил в Ногинске, и москвичи там сильно отличались от остальных. Они были более “закинуты” — все такие из себя, такие важные, понимаете? Ведь еще в те времена, до перестройки, они уже и жизнь, и “Березки”, и шмотки видели...” И, по мнению Татаринова, для снобизма москвичей есть объективные причины. “Например, у нас в Туле очень много красивых женщин, на квадратный метр намного больше, чем здесь, — считает Олег Владимирович. — Знаете, почему? Наши историки выяснили, что, когда Петр Первый основывал оружейный завод, чтобы удержать мастеров, он свозил со всей страны красивых женщин. То же самое и с Москвой: есть здесь какая-то подоплека...”

Луна над рекой и другие приятности

     Куда же в Москве — да без досуга! Возраст парламентариев Совфеда колеблется от 30 и выше, поэтому и спектр любимых развлечений, судя по нашему опросу, у сенаторов весьма широк.
     Челябинец Евгений Елисеев, например, иногда ходит в ночные клубы. Причем так же, как и на оптовые рынки, — в ознакомительных целях. “Я заезжаю в такие заведения опять-таки, чтобы иметь представление об этом, — делится Евгений Александрович. — У нас в Челябинске тоже есть ночные клубы и прочие приятности и глупости, и я тоже посещаю их и общаюсь с молодежью. Но, конечно, я тоже отдыхаю в таких заведениях и не захожу, так сказать, со словами: “Чем вы тут занимаетесь!”, “Какие безобразия!”, “Водку пьянствуете!” — и так далее...”
     А тульский представитель Олег Татаринов вообще развлекаться предпочитает в родной области. “В Туле места очень красивые, и то, что я там получаю за те деньги, которые имею, — меня очень устраивает, — говорит он. — А в Подмосковье еще до своего избрания я как-то пытался попасть в горнолыжный парк “Волен” — там все занято было, куча народу, а я люблю уединение: прийти в лес, погулять, шашлыки пожарить с друзьями. Я не поклонник скопления народа, шума и гама. В Туле у меня частный дом, плюс еще и у тещи хозяйство. Вот в прошлые выходные мы запрягли лошадь и поехали кататься на санях в лес. Очень классно! То есть там мне все это бесплатно обходится, а здесь я бы просто нищим остался, если бы покатался”.
     Представительница Татарстана Ирина Ларочкина прогулкам на природе предпочитает интеллектуальный отдых. Когда мы беседовали, это был практически первый рабочий день Ирины Андреевны в качестве сенатора, поэтому корреспонденту “МК” удалось только узнать о ее ближайших планах в смысле культурного досуга. В них значится Третьяковка: Ларочкина никак не может забыть тамошнюю картину, где изображена “луна над рекой” (“Лунная ночь на Днепре” Куинджи. — “МК”.).
     А вот сенатор из Ханты-Мансийска Петр Волостригов в свободное время ходит в кино. И еще — гуляет с супругой по московским улицам: “Вот я сам подполковник запаса, служил в Заполярье, в тайге, и никогда не думал, что в сорок шесть лет буду с женой гулять под ручку по центру Москвы, и все так сложится, — радуется Волостригов. — Москва очень красивая, столько огней!..”
     Еще в число любимых сенаторских способов проведения досуга в Москве попали: походы на футбольные матчи с участием “Спартака” (из шести опрошенных парламентариев двое оказались спартаковскими фанатами), посещение Большого театра (один из избранников припомнил просмотр “Лебединого озера” Григоровича, а его коллега — балет по пушкинским сказкам) и... визиты в поликлинику. По словам спортсмена-парламентария, в медцентре на Мичуринском проспекте, где обслуживают сенаторов, — замечательный тренажерный зал и бассейн.
     Ну а в целом Москва большинству опрошенных пришлась очень даже по душе. И несмотря на пробки, дороговизну и снобизм москвичей, половина наших собеседников возвращаться на историческую родину не собирается. “Правда, пока нет четкого ощущения, что ты перебрался сюда навсегда, — сказал нам напоследок один из сенаторов. — Кажется, что это какая-то сказка, которая может закончиться”. Но это — уже вряд ли.
    



    Партнеры