Не прячьте ваши денежки по дачкам и счетам

Все равно военные следователи работают вхолостую

13 марта 2002 в 00:00, просмотров: 532
  Вряд ли стоит напоминать, какие дела ведет Следственное управление Главной военной прокуратуры. Всем известно, что туда попадает только самое-самое. Громкое дело генерала Кобеца, “шалости” замминистра финансов Вавилова, история подберезовика Литвиненко...
     А каков результат?
     Сегодня трудно вспомнить хотя бы одно громкое дело, доведенное ГВП до логического конца, то есть до судебного приговора. Одни известные мошенники попали под амнистию, дела других прекращены по указке важных чинов из Генпрокуратуры. Получается, военные следователи пашут вхолостую?
     Противостоять давлению своих начальников из Генеральной прокуратуры им крайне трудно, и потому вдвойне обидно, когда уголовное дело — с колоссальным трудом! — все же удается довести до суда, а там оно вдруг... рассыпается на глазах. Не потому, что плохо сработали, а потому, что все продается и все покупается.
Министерская “тушка”
     За неполных две недели, с 27 января по 7 февраля 2002 г., Россия потеряла в Чечне 4 вертолета. Лишь в одном случае причина катастрофы была очевидна — 29 января в небе над Веденским районом чеченские боевики обстреляли “Ми-8” авиации сухопутных войск. Что произошло с остальными — неизвестно, но среди наиболее вероятных причин называют технические неисправности боевых машин.
     Четыре трагедии подряд — хороший повод пожаловаться на скупость государства, а заодно выпросить денег на ремонт изношенной техники. Теперь не откажут. Только вертолеты падать все равно не перестанут, и средств на обновление авиапарка по-прежнему будет недостаточно. В авиационном управлении Главкомата Внутренних войск МВД РФ умеют транжирить казенные деньги...
     По иронии судьбы вертолетопад в Чечне совпал по времени с выходом на свободу бывшего замначальника управления полковника Александра Куколевского. Судья Московского гарнизонного суда Андрей Краев оправдал тыловика, отвечавшего в свое время за ремонт боевой авиатехники и арестованного за получение взяток от частных фирм, которым позволял чинить “крылья Родины”. Краева не устроили улики, собранные против армейского чиновника.
     В поле зрения ГВП Александр Куколевский попал после того, как расходы авиауправления Главкомата проверила Счетная палата. Выяснилось, что дорогостоящие контракты на ремонт самолетов и вертолетов внутренних войск получает одна и та же фирма — “Аэротех”, хотя боевую технику положено направлять на оборонные предприятия. При этом военные не скупились. За деньги, полученные коммерсантами, оборонщики могли бы дважды отремонтировать вышедшие из строя агрегаты.
     Глава “Аэротеха” признался в суде, что при подписании каждого нового договора Куколевскому перепадал приличный куш. Например, в первый раз, в феврале 1996 г., армейскому снабженцу было заплачено $7000. Но это для затравки.
     От ремонтов авиадвигателей “Аэротех” “поднялся” до переоборудования личных бортов главкома внутренних войск и министра МВД. И тогда гонорары Куколевского стали исчисляться десятками тысяч долларов. На главкомовском “Ан-12” полковник заработал $40 тыс., а за подряд на ремонт персонального “Ту-134” министра МВД он запросил уже $45 тыс. Правда, заплатили ему за министерскую “тушку” вдвое меньше, но с тех пор “Аэротеху” не досталось ни одного подряда...
     Впрочем, такие крупные сделки были нечасты. В основном снабженец зарабатывал на мелочовке — торговле запчастями. Двигатели, винты и лопасти вертолетов предприимчивые дельцы доставали по баснословно низким ценам. Где? Видимо, отоваривались в военных частях, благо на складах залежалось немало деталей к боевым машинам “под списание”. Вроде бы все формальности соблюдены: запчасти новые, в упаковках, и сертификат к ним имеется, только срок годности вот-вот истечет. Зачем же отправлять их в переплавку, раз нашелся покупатель? А потом эти устаревшие агрегаты под видом новых устанавливались на боевые вертолеты и самолеты. О какой же безопасности полетов можно говорить?
     ГВП доказала 11 эпизодов получения взяток Куколевским (по оперативным данным, их было не менее 30). Дело дошло до военного суда Московского гарнизона и легло на стол к судье Андрею Краеву. А потом начались всякие странности.
     Показания главы “Аэротеха”, который подробно рассказал о каждой встрече с обвиняемым в сквере напротив здания Главкомата ВВ МВД РФ, где передавались конверты с документами и деньгами, Краев счел неубедительными. Не приглянулись ему и записи главбуха этой же фирмы о том, когда и какие суммы выплачивались некоему “КУК” или “КАА” (Куколевский по батюшке Александрович). О непременной обязанности судьи допросить всех свидетелей, перечисленных в обвинительном заключении, Краев вообще как будто забыл.
     Кстати, те свидетели (сослуживцы обвиняемого), которых все-таки вызвали в суд, вдруг отказались от своих прежних показаний. Случайно? За месяц до начала процесса судья изменил Куколевскому меру пресечения на подписку о невыезде. Выйдя из-под стражи, полковник отправился в родной Главкомат и начал усердно обрабатывать свидетелей. Все это время за Куколевским следили сотрудники ФСБ, и у них есть доказательства того, что “объект” грозил “сдать” всех, если его “не отмажут”. Но то, что юристы называют “оперативным сопровождением дела”, судья Краев счел незаконной слежкой и также отказался принять во внимание. А шеф Куколевского, начальник авиационного управления Главкомата ВВ МВД РФ Виктор Якунов, начал рьяно защищать своего бывшего подчиненного, путаясь в собственных показаниях. Боялся, что тот его сдаст, как и обещал?
     Даже показаниям бывшего сослуживца Куколевского, который, не стесняясь, рассказал о том, как в авиационном управлении берут взятки, судья не поверил. Зато Краев свято верит в то, что на офицерское жалованье Куколевского можно купить “Мерседес”, обзавестись 3-этажным загородным особняком, 2-этажной баней с бассейном, сделать хороший ремонт в московской квартире и подарить еще одну машину жене.
     По имеющейся у “МК” информации, управление Якунова недавно купило у “Внуковских авиалиний” аварийный “Ту-154”. Говорят, после ремонта на нем будет летать секретарь Совета безопасности Рушайло. Зная о том, кому внутренние войска доверяют ремонт техники, я бы на месте Владимира Рушайло сесть в тот самолет не рискнула.
Домик в деревне
     О полковнике Леониде Гончаренко в ГВП впервые услышали, когда расследовалось дело известного коррупционера генерала Кобеца. Шикарный особняк, построенный в “Горках-6” для бывшего министра обороны, был главным доказательством в деле о злоупотреблениях в высших армейских кругах. Привлеченные прокуратурой независимые эксперты в один голос твердили, что обнесенная “кремлевской стеной” дача Константина Кобеца стоит не меньше 2 млн. долл.
     Генеральский дворец возводился с поистине царским размахом. Как на жизненно необходимый армии объект, в “Горки” были брошены лучшие воинские силы. Отделку дачи заказали главе “Росвооружения” Евгению Ананьеву, остальные работы поручили строителям начальника Управления связи ВС РФ. Впрочем, и масштабы хищений на стройке выглядят внушительно. Не вдаваясь особо в подробности, скажу лишь, что на карандаше у ГВП оказались и сам начальник Управления связи генерал Гичкин, и его зам по строительству, генерал Михайлов (от суда их спасла амнистия). Скромная роль свидетеля в этом деле отводилась начальнику отдела капстроительства узла связи Генштаба Леониду Гончаренко, подчиненному Михайлова. Тем не менее Гончаренко предпочел скрыться.
     Объявленного в розыск беглеца нашли в Сочи, в гостях у падчерицы. Сотрудник ГВП вылетел по указанному адресу, но в роскошной, в несколько этажей квартире его ждали лишь неубранные в спешке остатки трапезы. Зато в квартирно-правовой службе, где сотрудник поинтересовался владельцами жилища, обнаружились весьма любопытные документы. Оказалось, что квартира изначально принадлежала Гончаренко, а потом уже была переоформлена на падчерицу. По странному совпадению прописку в том же доме обрела и любимая теща уже знакомого прокуратуре генерала Михайлова. Все они получили квартиры якобы по решению жилищной комиссии войсковой части, где служил Гончаренко, в счет долевого участия. Однако никакой жилкомиссии в той части просто не существовало. Более того, оплатить 5-комнатные апартаменты за Гончаренко и за тещу Михайлова почему-то решили строители из Москвы. Потянув за ниточку, следователи ГВП раскрыли аферу, о масштабах которой никто и не догадывался.
     ...Еще в начале 90-х московские предприятия “Мосфундаментстрой-8” и “СУ-52” начали возводить типовую панельную высотку на улице Яблочкова для военнослужащих Управления связи. Все переговоры с “МФС-8” вел Гончаренко. По закону подрядчикам безвозмездно полагалось 10% вводимого жилья. В истории же с домом на улице Яблочкова вышло по-другому. “МФС-8” после переговоров с Гончаренко почему-то решило не брать свою долю даром, а выкупить 36 квартир по себестоимости. Причем деньги за них — 2 млрд. руб.! — были с подачи полковника переведены на частные счета, не имеющие к военному бюджету никакого отношения. Кое-что (а именно 1,1 млрд. руб.), как нетрудно догадаться, осело в Сочи. Остальное — на счетах фирм-однодневок, через которые деньги были обналичены.
     Гончаренко неплохо прибарахлился: отстроил загородный домик для гостей неподалеку от Мытищ. Конечно, дом полковника на участке с вековыми соснами выглядит не столь внушительно, как особняк генерала Кобеца, но все же располагает всем необходимым для здорового отдыха: и баней с камином, и ванной-джакузи, в которой запросто разместится с десяток гостей. А чуть дальше от Москвы, в Пушкинском районе, Гончаренко обзавелся еще одним домом.
     За полтора года следствию удалось собрать немало фактов, свидетельствующих о расхищении Гончаренко гигантских сумм. Прошлым летом дело в отношении него было передано в Московский гарнизонный суд.
     И тоже попало к судье Краеву. Который немедленно выпустил “слабого здоровьем” полковника под подписку о невыезде. На заключение психиатров Центра им. Сербского, признавших жалобы обвиняемого “защитно-симулятивным” поведением, он и смотреть не стал. Кстати, другие судьи прежде не раз отказывали Гончаренко в изменении меры пресечения. Но Краев, видимо, испытал особое сочувствие к подсудимому. Документы, доказывающие виновность Гончаренко, зачастую вообще не оглашались. Вообще в ходе разбирательства судья нарушил 9 (!) статей УПК, что говорит либо о его профнепригодности, либо о большой личной заинтересованности в исходе дела.
     25 сентября 2001 г. Гончаренко был оправдан “за отсутствием события преступления”. Возможность опротестовать решение суда у ГВП появилась, только когда Краев (спустя 4 месяца, а не 3 законных дня) подписал протокол заседаний, тем самым снова нарушив УПК.
     Протест подан и по делу Куколевского. Чем закончатся попытки ГВП добиться справедливого решения, мы обязательно расскажем.
    


Партнеры