Чужой среди своих

Народная драма: Борис Моисеев стал пацаном!

15 марта 2002 в 00:00, просмотров: 232
  “Чужой. Народная драма”. Нет, это не Голливуд предлагал пятую серию страшилки про космических кровожадных мутантов. Это Борис Моисеев назвал так свой новый спектакль. Его премьера — как уже не первый год ведется по весне — состоялась на днях. Удачное название (которое тянет на самый главный плюс всей премьеры) само по себе способно взбудоражить. Надо полагать, оно вобрало в себя квинтэссенцию творческих, философских да мировоззренческих метаний-откровений артиста за былые годы, когда он был и “Дитем порока”, и “Падшим ангелом”, и “Черным лебедем”, и пр., и пр. Самый главный “открытый гей” России не может не быть здесь “чужим” — общество гомофобно, примитивно и отягощено дремучестью исторической родословной. С другой стороны, сия фобия оказалась для БМ спасительной соломинкой — нигде более (в относительно цивилизованных краях) толпы не валят валом, чтобы просто поглазеть на пидора. А тут — неведома зверушка, тот самый космически-отвратительный, а потому и притягивающий внимание уродец-мутант, в которого надо потыкать пальцем и заржать. Так что наш “Чужой” вполне тянет на русскую версию голливудского “фикшна”.

Как это было

     На дешевые билеты случился ажиотаж, весь балкон с галеркой оказались забиты до отказа. Близость же к звезде стоила от 3 до 4,5 тысячи рублей, потому даже при волнении, царящем вокруг звезды, партер с амфитеатром не заполнялись полностью. Не все оказались готовы выложить по полторы сотни баксов даже за моисеевскую эксцентричность. Зато те, кто собрался, были весьма довольны и благодарно отзывались на “души прекрасные порывы”, исходившие со сцены. Сцена была просторной, без особых наворотов, но вполне изысканной и соответствовала стилистике спектакля — с гротиками, огоньками, гребешками, мыльными пузыриками, блестками, тряпичными кострами. Технологический апофеоз конструкции — круглый постамент, который, естественно, вертелся и даже однажды взмыл вверх (на строчках из “Падшего ангела”: “...ангел не то что падший, а просто уставший взбираться вверх”). Боря пел и танцевал, балет просто танцевал, костюмы менялись (в диапазоне от пятнистого камуфляжа до обязательного женского трико с открытым моисеевским задом), периодически выходили гости. Ими (гостями) моисеевские спектакли славились всегда. На сей раз к артисту пожаловали француз Нильда Фернандез (спевшийся с Борей дуэтом еще с прошлого года), активно продвигаемая с недавних пор поп-дива Татьяна Лихачева, с которой была спета кавер-версия классического эстрадного шлягера “Mummy Blue”, да квартет “Стрелки Интернешнл”, замутившие недавно с Борей “Сексуальную революцию”. Калибр (гостей) — не Кобзон с Зыкиной, но вполне мило, живенько и приятно.

Плюсы

     Все вышеперечисленное можно смело занести в плюсы, к которым добавляется также удачная световая партитура, ласкавшая глаз не только зрителям, но и аккредитованным фотографам: все они радовались, как удобно и комфортно работать, что случается с ними крайне редко. Знаменитыми Бориными хитами прошлых лет (от “Танго кокаин” и “Кукольной любви” до “Глухонемой любви”, “Звездочки”, “Щелкунчика” и пр.) действо было нашпиговано очень плотно, что всех, конечно, радовало. При всей сомнительности профессиональных певческих данных БМ сумел наследить в поп-истории целой дюжиной культовых виршей, которые лишний раз послушать — только в радость. Народ и радовался. Финал был закручен на бесконечных бисовках “Голубой луны” и длился не менее получаса. Как и в прошлом году, и в позапрошлом...

Минусы

     Здесь, собственно, зарыт и главный минус. Название спектакля предвосхищало абсолютно непохожее на все, что было раньше, концептуальное действо: с накалом страстей уровня “Отелло” и напряженной драматургией, не уступающей “Списку Шиндлера”. Ничего не случилось. Г-н Моисеев просто показал новые песни и потоптался на хитах прошлого — благо есть на чем. Культовым наследием удачно воспользовались, но с креативом “народной драмы” недотянули. То ли поленились, то ли весь пар истратили только на придумывание заголовка. В “спектакле” (а по сути — просто концерте поп-звезды) преобладали мажорные интонации, веселье и удаль, даже не намекавшие ни по форме, ни по содержанию на некую “драму”. Оказалось также, что новые песни (за исключением, пожалуй, заглавного “Чужого”) до планки уже раскрученных хитов недотягивают. А это уже — пугающий симптом. В конце действа запыхавшийся от плясок Боря выпалил: “Да какой я вам чужой, я же такой мягкий, пушистый и добрый, свой в доску... пацан

Фраза вечеринки

     “Разве это работа?! Встаешь утром, мажешь морду и на съемки”, — задумчиво произнес Боря на утренней репетиции, глядя на то, как уборщица в зале отчаянно орудовала шваброй...
    



Партнеры