“Штопор” в реглане

Кто подрезал крылья России?

25 марта 2002 в 00:00, просмотров: 366
  Начало этого года войдет в анналы Вооруженных сил — такого количества авиапроисшествий не припомнят ветераны ВВС. Падают самолеты и вертолеты в Чечне, запредельного уровня достигли катастрофы во всех родах авиации.
    
Почему такое происходит? Ответ, что называется, лежит на поверхности — изношенность авиатехники, помноженная на потерю профессионализма у большинства пилотов, приводит к трагедиям. Это не скрывают даже высокие авиационные чины. Вот что говорит замкомандующего армейской (вертолетной) авиацией генерал-майор Виктор Иванов:
     — Средний возраст нашего авиапарка — 15—20 лет. По мере возможности вертолеты модернизируют, но новых в войска практически не поступает. Современных “Ка-50” и “Ка-52” нет ни в одном боевом полку. Налет у пилотов мизерный, из-за отсутствия необходимого количества топлива постоянно летают лишь командиры: если так пойдет дальше, мы просто потеряем лейтенантов. Сегодня всеми правдами и неправдами в армейской авиации удается поддерживать минимально приемлемый уровень боевой подготовки. Но без потерь, к сожалению, не обходится.
     Сложная ситуация с летной выучкой, закупкой новых авиационных комплексов в Военно-воздушных силах. В штабах ВВС не скрывают, что сравнивать качество подготовки летчиков, закончивших училище 15—20 лет назад, и сегодняшних выпускников трудно. Разумеется, это влияет на уровень аварийности. Хотя падают самолеты и вертолеты не только в России.
     СПРАВКА “МК”. По некоторым данным, за последние четыре месяца в военной авиации США произошло около 50 летных происшествий. В них пострадало 14 самолетов истребительной и штурмовой авиации, бомбардировщик “В-1В”, 8 транспортных самолетов и заправщиков, 4 беспилотных летательных аппарата, 15 вертолетов.
   
  Показатели аварийности в ВВС России, быть может, выглядят не столь удручающе, но ведь и летают наши гораздо меньше: если среднегодовой налет российского пилота колеблется в пределах 20—30 часов, то у летчика США он не менее 250. Бесспорно одно — с профессиональной подготовкой российских военных авиаторов и состоянием авиатехники существуют большие проблемы.
     Командир разбившегося под Архангельском военно-транспортного самолета “Ан-26” капитан Юрий Коледов утверждает:
     — Авария произошла из-за плохой погоды...
     Почему же тогда прокуратура Северного флота возбудила уголовное дело по статье 351 УК — нарушение правил полетов и иных правил эксплуатации военных летательных аппаратов, повлекшее по неосторожности смерть человека? Объясняем: не имея допуска, экипаж решил садиться не в месте назначения — Катунино, а на аэродроме “Лахта”, где была сильная облачность. К чему это привело, известно...
     — Только треть морских летчиков могут сегодня идти в бой, — вынужден признать командующий авиацией ВМФ генерал-лейтенант Иван Федин.
     По его сведениям, 43 процента пилотов морской авиации имеют всего два-три часа годового налета. 27 процентов — от 10 до 20 часов, и только 30% налетали около пятидесяти. Кстати, причиной недавней трагедии “Ан-26” генерал Федин называет именно слабую подготовку экипажа.
     Между тем самолет “Ан-26” по-прежнему слывет одним из самых надежных в российской авиации. Но и он не вечен. Военный летчик Владимир Таланов впервые сел за его штурвал еще в 70-х.
     — Отличная машина, — говорит Владимир Валериевич. — Разумеется, в руках хорошего пилота и при соответствующем обслуживании и ремонте.
     Что такое авиапроисшествия, полковник Таланов прекрасно знает: самому дважды приходилось совершать аварийную посадку — под Воркутой в октябре 94-го и спустя два года на аэродроме “Нагурское” (Земля Франца-Иосифа). Пилота подводил не самолет или слабая летная выучка, а небесная канцелярия. К слову сказать, Таланов был единственным летчиком погранвойск, который имел допуск к посадке на арктических аэродромах в любых погодных условиях. Сегодня таких нет.
     — “Приземлили” военную авиацию, — с горечью констатирует другой летчик, Дмитрий Косолапов. — Я себе и представить не мог, что лейтенант может выпуститься из училища с 50 часами налета. Это же мизер. Тем более что “нагоняют” полетное время в последние месяцы учебы. У нас было как минимум по 250—300 часов, а “на крыло” вставали еще на втором курсе.
КСТАТИ
     Четвертого марта в Вооруженных силах чуть было не произошла очередная авиакатастрофа. Ее жертвами должна была стать вся верхушка внутренних войск, включая главкома Вячеслава Тихомирова. Как утверждают очевидцы, они были на волоске от гибели.
     Главком с группой высших офицеров направлялся в Моздок. Его “Ту-134”, на котором прежде летал министр внутренних дел, недавно пришел из ремонта, находился в отличном состоянии и должен был служить еще пять лет.
     По такому важному случаю экипаж составили из лучших пилотов авиации ВВ: командир Вальков, инструктор Климкин, штурман Залецкий. За спиной сидел Могдалев, на месте радиста — Ермаков. Все пятеро летают на “Ту-134” командирами. Более опытных профессионалов подобрать было невозможно.
     Прямо над Моздоком самолет попал в снежный заряд. Как объясняют эксперты, в таких случаях садиться не рекомендуется. Слишком большой риск. Нужно либо переждать в воздухе, либо уйти на соседний аэродром.
     Экипаж главкомовского “Ту-134” мог уйти на Владикавказ и спокойно сесть. Тем не менее решено было садиться в Моздоке. Видимо, летчики не хотели расстраивать главкома и заставлять его менять планы. К тому же они боялись, как бы главком не усомнился в их мастерстве.
     Когда самолет вынырнул из снежного облака, оказалось, что до земли 50 метров, а посадочная полоса еще далеко. Дотянуть до нее невозможно. Набрать высоту, чтоб зайти на посадку еще раз, — тоже невозможно. Пришлось садиться прямо в моздокское поле со всеми его канавами, ямами и рытвинами, залитыми жидкой грязью.
     Самолет приземлился за 450 метров от взлетной полосы и несколько минут десять скакал по полю, как взбесившийся конь, а летчики пытались его удержать. Если бы он приземлился за 500 метров, то попал бы в овраг или на минное поле. И тот, и другой вариант, несомненно, имел бы летальный исход.
     Эксперты еще не оценили окончательный ущерб, нанесенный самолету. Однако повреждения таковы, что его, вероятно, даже не будут восстанавливать. Порваны колеса, сломаны шасси, погнута плоскость, загнулась консоль, заклинило элероны... Разумеется, сметены ограждения аэродрома — когда “Ту-134” наконец остановился, на нем было намотано два километра колючей проволоки.
     Как рассказывают очевидцы, аварийная посадка произвела сильное впечатление на генералов. Главком Тихомиров, оказавшись на твердой земле, двинулся в чистое поле и успел довольно далеко уйти, прежде чем подчиненные догадались броситься за ним и остановить.
   
  За последние годы авиации внутренних войск пришлось пережить несколько серьезных “внештатных ситуаций”, однако командующему авиацией генералу Якунову как-то удавалось скрывать неприятности от начальства и широкой общественности. В ближайшее время генерал Якунов уходит в отставку (по возрасту, разумеется). Как говорят в войсках, теперь он будет трудиться в Администрации Президента — советником по вопросам, связанным с авиацией.
    


Партнеры