Что пудрят на “Свободе слова”

28 марта 2002 в 00:00, просмотров: 240
  “Свобода слова”, ограниченная только временем”. “Свобода слова” как драматургия” — такими девизами руководствуются создатели одноименного полит-шоу на НТВ. Поэтому, наверное, программа и получается “двуликой”. Похожей одновременно на политический театр и напряженный футбольный матч.
    
     “Болельщики” — зрители в студии — выкрикивают с мест: “Правда!”, “Почему говорят одни и те же?”, “Ты не такой уж крутой!” И даже ябедничают на Шустера: “Сорокина во время рекламы анекдоты рассказывала, а этот молчит”. Но эти же бескомпромиссные зрители как по команде хватают в паузах мобильники (которые вообще-то вежливо просят отключить) и с энтузиазмом кричат: “Ну что, меня уже показывали?”
     “Свобода слова” знаменита своей тест-группой, реагирующей на каждое неосторожно брошенное в студии слово. Люди-“тестеры” — абсолютное ноу-хау творческой группы “Свободы”. Англичане используют нечто похожее в своих предвыборных исследованиях. Но в прямой эфир выбор народа без прикрас отважились дать только на НТВ. И не прогадали — рейтинги пошли вверх. Даже BBC в британском “Гэллапе” уже интересуется, что да как.
     — К лету мы увеличим тест-группу с 25 человек до 150, и это будет уже настоящая социологическая выборка, — гордится режиссер Вера Кричевская. VIP-персон приглашает сам Савик. Редакторская группа совместно с автором-ведущим готовит сценарий. В идеале получается следующее: гости “сверкают гранями”, а ведущий лишь изредка метким словцом возвращает дискуссию в нужное русло.
     — “Свобода слова” как понятие не может быть рафинированным, — считает шеф-редактор Наталья Никонова. — Когда люди высказываются по наболевшим проблемам, в эфир попадает все: и какая-то муть, и зерна ненависти, и вспышки искренности, и, извините, политическая отрыжка — все.
     В последней программе забавностей случилось довольно мало. Может, потому, что тема была уж больно невеселой — межнациональный конфликт между казаками и турками-месхетинцами в Краснодарском крае. Мне, присутствовавшей за кулисами съемок, посчастливилось увидеть, как перед выходом в эфир Новодворская пудрила носик и кокетливо поправляла перед зеркалом непокорные локоны. Ни дать ни взять заурядная барышня, а не пламенный боец.
     Основным ньюсмейкером выступил губернатор края Александр Ткачев. У себя в вотчине он собирается наводить порядок, депортируя нелегальных эмигрантов — прежде всего турок — автобусами на родину. За это земляки зовут Ткачева “народным губернатором”.
     Савик Шустер, изо всех сил старающийся на программе скрыть свои симпатии к демократическому лагерю, дважды давал слово эксперту Новодворской. И оба раза дама не подвела.
     — Вы хотите устроить филиал нацистской Германии в Краснодарском крае. А не собираетесь строить зоны для турок-месхетинцев и помечать турок специальными нашивками? — осведомилась она у Ткачева, получив в качестве ответа кривую улыбку.
     — Вы сейчас на волне. Но вы должны понимать, на какой гнусной, омерзительной волне, — попыталась потом обличить и председателя Комитета по международным делам Госдумы Дмитрия Рогозина, лично одобряющего действия губернатора.
     — Не гоните волну, не помню, как вас по батюшке, госпожа Новодворская! — ответил на это политик новой формации.
     Слово взял известный шоумен Алексей Митрофанов:
     — Дружба народов скоро опять начнется, — заверил он всех. — Когда поделят до конца всю собственность. Это произойдет очень скоро.
     “Шут гороховый”, — проворчали у меня над ухом.
     В общем, несмотря на все старания Савика Шустера, программа о проблемах Краснодара вышла довольно правой. Наверное, поэтому стремящийся к деполитизации Шустер сам оценил ее “на четверочку”. Но зато после эфира в VIP-кулуарах воистину царило “водное”, вернее, коньячное перемирие. Политбомонд со стаканчиками в руках оживленно топтался в маленьком зале, игнорируя диваны от избытка эмоций. Спектакль был закончен...
     — Ну что, как я? Оживила, а? — вопрошала, завязывая шарфик, Новодворская.
     — Ну все, я полетел. Приезжайте все ко мне в Краснодар! — делал широкие жесты счастливый, не ударивший в грязь лицом Ткачев. Резко поумневший Митрофанов, Рогозин плюс какой-то серьезный господин с новорусской внешностью обсуждали вопросы экспорта алюминия. Лукин что-то объяснял, потом надел свой плащик и незаметно ушел. И только минут через 40 разбрелись все остальные, и с каждым Савик Шустер попрощался отдельно.
     — Наша “Свобода слова” — это очень хорошо организованный хаос, — философски заметил он.
    


    Партнеры