Час полпреда

1 апреля 2002 в 00:00, просмотров: 235

В середине апреля президент обратится к нации со своим традиционным посланием. По сведениям «ДЛ», значительное место
в нем будет посвящено анализу деятельности «большой семерки» – полномочных представителей президента в федеральных округах.

ТЕМА НОМЕРА
За два года, прошедшие с момента введения этого института, который был призван восстановить эффективную систему управления страной, он много раз подвергался критике за свою искусственность и неспособность стать реальным рычагом управления.
Однако всем ясно, что президент в одночасье не откажется от одного из первых своих решений, с которым непосредственно связано его имя и престиж. Следовательно, выход один – постепенное реформирование этого все еще неконституционного института с тем, чтобы хотя бы внешне полпреды выступали в качестве носителей высшей государственной идеологии и элементов централизации страны. Сделать это будет крайне непросто, однако полпредам ничего не остается, как освоить несвойственные им прежде функции – взять в свои руки реальные инструменты региональной экономики, а следовательно, и полную ответственность за состояние дел в своих округах.

Когда позапрошлой весной страна узнала, что в целях укрепления расшатавшейся вертикали власти Россию целесообразно разделить на семь почти библейских частей – семь федеральных округов, знатоки российской истории вспомнили о генерал-губернаторах. Важных и орденоносных чиновниках, которые в отличие от губернаторов ординарных возглавляли сразу несколько территориально-административных единиц империи.
Особенно актуально это было для краев далеких, но все равно нашенских, той же Сибири, из которых до столичного Петербурга было скакать и скакать. Вот почему Александру Лебедю даже Патриарх сильно польстил на инаугурации, назвав его этим не полагавшимся ему чином. Настоящим генерал-губернатором сибирских просторов стал-то как раз штатский Леонид Драчевский. Но обо всем по порядку.

Великолепная семерка
То, что идея создания семи федеральных округов в принципе удачная, стало ясно после того, как многие влиятельные политики охотно стали претендовать на смысловое соавторство такого проекта. Кто-то, подобно Владимиру Жириновскому, безапелляционно сослался на свою позабытую брошюрку, где на странице, кажется, двадцать седьмой якобы уже излагалось нечто подобное. Люди серьезные, в частности московский мэр, говорили о своем практическом опыте – создании в той же Москве десяти административных округов вместо трех десятков прежних районов.
Впрочем, в то время вертикаль власти, которую была призвана скреплять великолепная семерка полпредов, виделась чем-то вроде земной оси – величиной абстрактной, но крайне важной для понимания устройства нашего административного мира.
Тем более что и первая цель для деятельности полпредов была видна и без бинокля – вдохновленные известным ельцинским призывом, автономии взяли столько суверенитета, что российская Конституция стала казаться последним анахронизмом империи. Следовательно, именно на долю полпредов выпадала тяжкая задача осуществить еще ленинский завет о том, что не может быть законности казанской и рязанской. Впрочем, скорее уфимской и казанской.
К тому же новые федеральные фигуры, которым была положена еще и самая высокая в отечественном чиновничьем мире официальная зарплата, виделись чем-то вроде государственных памперсов или, если хотите, фильтра в отношениях президента с губернаторами.
Нельзя было исключить и вопрос о формировании таким образом высшего кадрового резерва, необходимость которого выглядела особенно актуальной на фоне разговоров о крайне короткой кадровой скамейке Владимира Путина. Вот, дескать, обкатают полпредов на неровных политических дорожках российской провинции, да и позовут зампредами в правительство. А заодно убьют сразу двух зайцев: конкуренцию в верхах создадут и правительство пополнят людьми, близко познавшими печаль российской глубинки.
Спустя уже год о многих прежних прогнозах как-то незаметно забыли, тем более что худо-бедно, со скрипом и компенсационными уступками, но местное законодательство было приведено к единому федеральному знаменателю. Однако именно сейчас, после выполнения этой многотрудной миссии, и встал коренной русский вопрос: что делать?

Все только начинается
Прошедший год выдался для новоявленных полпредов тяжким в смысле широких представительских задач. Не слишком ясно понимая смысл миссии новых промежуточных начальников, но интуитивно опасаясь их праздного любопытства, губернаторы готовы были зазывать полпредов хоть на открытие кошачьей выставки, хоть на слет местных аграриев, но только в качестве свадебных генералов. Так, в армии опытные полковники не дают заезжим генералам-инспекторам ни минуты покоя, чтобы те, не дай бог, не заглянули собственно в военное хозяйство.
В психологическом плане проще других было полпреду в ЦФО Георгию Полтавченко и его коллеге в ЮФО генералу Виктору Казанцеву. Округ Полтавченко состоит из Москвы и еще шестнадцати субъектов РФ, а потому для него главным было налаживание рабочих контактов с Юрием Лужковым. Казанцев же, сменив мундир на костюм, собственно, продолжил службу на Кавказе.
Виктор Черкесов остался на своем законном северо-западном поле, а потому не испытывал трудностей с адаптацией. Леонид Драчевский со свойственной кадровым дипломатам ловкостью ушел от медвежьих объятий Александра Лебедя, смирив его нрав, а заодно показав, что масштабы Красноярского края отнюдь не гарантируют тамошнему правителю место первого среди равных. В результате Лебедь даже не попал в первые составы президиума Госсовета.
Сергей Кириенко хоть и не снискал лавров, объявив в своем округе конкурсный набор сотрудников собственного полпредского аппарата, но зато грамотно построил отношения с «поволжскими вождями», сумев провести правовую ампутацию под местной анестезией.
Куда менее успешно дела шли у полпреда в ДВФО Константина Пуликовского, который, не преуспев с продвижением своего протеже на пост дальневосточного губернатора, отметился лишь братской перепиской с Ким Чен Иром. И его собрата-генерала, уральского полпреда Петра Латышева, неловко влезшего в скандал с переоборудованием под свою полпредскую резиденцию Дома молодежи.
И тем не менее, никто из полпредов пока не совершил того, что Наполеон считал хуже преступления, – серьезной ошибки. А все потому, что фактически только спустя два года после появления на политическом поле родины великолепная семерка вплотную подошла к тому, что на Руси всегда было хуже чумы с холерой, – к экономике.
Но, боже мой,
какая скука
Вопреки всем разговорам, мы давно стали страной глобализации – все предпочитают заниматься проблемами глобальными и ненавидят противные частности с их конкретными цифрами и фактами. Между тем только сейчас встал вопрос, о котором робко упоминали еще год назад, «о прямом влиянии полпредов на процесс распределения трансфертов». Сия тонкая работа во времена Бориса Ельцина решалась прямо пропорционально пробивной силе президентов и губернаторов, их умению найти доступ к державному уху.
Трудно себе представить, насколько возрастет давление на полпредов, какой черный пиар будет задействован исключительно для того, чтобы «смотрящий за округом» увидел все так, как требуют интересы бедной территории, но с сильным и горластым лидером. А потому полпреды рискуют влезть в такие кухонно-коммунальные разборки, на фоне которых стандартизация местного законодательства покажется мирной беседой за чашкой чая.
Наконец, придется заняться самой трудной экономической составляющей той самой вертикали власти. В последнее время не раз воздавали должное депутатам нынешней Госдумы, которые, освободившись от суеты бесконечных импичментов, приняли немало действительно полезных экономических законов.
Естественно, что в масштабах огромной и разноликой России обеспечение применения таких пакетов на практике – процесс столь же трудо - и нервоемкий, как само их принятие депутатским корпусом. И вот тут-то полпредам и придется проявить себя во всей красе, поскольку формирование нового российского единого экономического пространства на основе новой системы четкого законодательства станет, видимо, самой сложной проверкой полпредов на эффективность.
Не стоит сбрасывать со счетов еще один весьма тонкий вопрос выравнивания перекосов в российском недропользовании. Впрочем, среди новых проблем, с которыми в текущем году неминуемо столкнутся полпреды, он не самый острый.

Воспоминания
о золотом годе
Дебютный полпредский год был отмечен неослабевавшим вниманием к новой генерации госуправленцев со стороны президента. Собственно, иного и не дано было.
Но наступило время тощих нефтяных коров. Целые регионы рискуют повторить судьбу неудачливых предприятий-банкротов. Так и тянет на заголовки «Банкротство ООО «Дальний Восток» или «Крах корпорации «Вологда». В случае, если целые губернии действительно начнут карать за накопленные неподъемные долги по зарплатам, проваленные бюджеты, лишая минимального местного суверенитета, то именно полпредам придется примерить на себя роль внешних конкурсных управляющих. А это функция, далекая от непринужденного почетного председательствования на любых региональных посиделках.
Увы, полпреды так и не научились в хорошем смысле лоббировать законные интересы подотчетных губерний и республик. До сих пор они скорее выступали в качестве довольно мягких кремлевских наместников, формируя «нипельную» систему власти.
Не ясна и перспектива полпредских отношений с новой верхней палатой, переставшей быть чисто губернаторской, а потому ставшей в принципе предсказуемой. Однако в действительности сенаторы, отобранные на основе умения открывать двери в высокие московские кабинеты, вряд ли станут испытывать особый пиетет в отношении полпредов.



    Партнеры