Сломанная рулетка

Внука обвинили в убийстве бабушки и дедушки только потому, что он любил играть в казино

5 апреля 2002 в 00:00, просмотров: 2650
  Старая пословица гласит: стоит выиграть, чтобы не бояться проиграть.
     Алексей и не боялся.
     Он приходил в казино “Кристалл”, чтобы сесть за игорный стол с судьбой, и думал, что ему удалось разгадать правила игры.
     Но то ли правил не существует, то ли разгадать их не дано простому смертному, известно одно: именно из игорного дома пришла смерть в дом Алексея. Вот только кто открыл ей дверь?

    
     Из приговора:
     “Хренов Алексей Игоревич проживал совместно с родителями в трехкомнатной квартире по адресу Москва, улица Осенняя. 26 июля 1999 года Хренова Л.В. и Хренов И.С. (родители Алексея. — Примечание О.Б.) уехали отдыхать в санаторий в г. Пятигорск. По просьбе Хреновой Л.В. на время их отсутствия к ним переехали жить родители Хреновой Л.В. — мать Тарасова Н.Н. и отчим Кравцов В.С.
     Утром 1 августа 1999 года Алексей Хренов поехал в казино “Кристалл”, расположенное в Москве, на улице Марксистская, 38. Проиграв имевшиеся при нем 1000 долларов США, А.Хренов на автомашине казино примерно в 21 час приехал домой, где взял 700 долларов США, вернулся обратно и продолжил в течение ночи игру. Проиграв все взятые деньги, А.Хренов опять на автомашине казино 2 августа 1999 года около 4 часов приехал домой с целью взять деньги для продолжения игры.
     Ожидавшая возвращения внука Тарасова Н.Н. стала возражать против того, чтобы Алексей взял имевшиеся в квартире деньги для продолжения игры, и между ними возникла ссора, во время которой Алексей взял нож...”
     Откуда известно, что делала в ту ночь Нина Николаевна Тарасова? Ведь она убита. И для того чтобы сказать: “стала возражать”, нужно иметь неопровержимые доказательства. На тот свет запрос прокуратуры и суда не отправишь, поэтому участь следователей и судей незавидна. Они всего лишь предполагают, но в дальнейшем их предположениям суждено обрести сокрушительную силу приговора по делу. Эту силу предположениям придают доказательства, одна или несколько обойм игрушек по 9 граммов свинца каждая. Сразить навылет может и единственная пуля. И лишь потом может выясниться, что она предназначалась другому.
     Стало быть, поговорим о предположениях в доказательствах.
     Отец Алексея Хренова военный, а мама — педагог. Бабушка и дед души не чаяли в единственном внуке.
     В июле 1999 года Алексей получил диплом выпускника Российской экономической академии имени Плеханова и устроился на работу менеджером в “Мосгоррекламу”. Собирался жениться на симпатичной девушке Светлане Садриевой. Именно Светлана приобщила Алексея к посещениям казино. Алексей оказался азартным игроком, что в его возрасте неудивительно. А может, дело было не в возрасте, а в том, что ему удалось разработать более или менее стройную систему игры — так по крайней мере он считал, — и ему не терпелось уяснить, ошибся он в расчетах или нет.
     Итак, родители Алексея уехали в санаторий, и на время их отсутствия на Осеннюю улицу переехали бабушка и дедушка. Отношения с Алексеем у них были хрестоматийные — для Нины Николаевны Алексей так и остался малышом с мороженым, как на старой детской фотографии, где они с Ниной Николаевной так похожи, и такое у обоих светлое выражение лица, что нестерпимо хочется спросить у того, кто все знает: это фотография убийцы и его жертвы? Так тоже бывает?
     В квартире хранились деньги — десять с лишним тысяч долларов. Из них четыре с лишним принадлежали Алексею (он ремонтировал компьютеры, составлял программы да плюс выигрывал время от времени в “Кристалле”), а шесть тысяч долларов мать Алексея оставила бабушке для передачи родственнику — это были его деньги. Деньги лежали в прикроватной тумбочке в спальне.
     Днем 1 августа Алексей приехал в казино.
     Играл до 21 часа, затем приехал домой за деньгами на продолжение игры. Второй раз он приехал между 4 и 5 часами утра. Поскольку мы говорим о предположениях и доказательствах, сошлюсь на показания работников казино, водителя машины, на которой Алексей приехал во второй раз. Потому что именно с этого времени доказательства начинают стремительно убывать. Алексей утверждает, что ранним утром онприехал в казино и вызвал Свету. При этом он отдал ей четыре тысячи триста долларов (они ведь собирались пожениться), и впоследствии эти деньги были изъяты милицией. На них были обнаружены отпечатки пальцев Светланы и Алексея.
     По словам Алексея, он вернулся домой в 9 часов утра.
     Дверь в холл, в который выходят 4 квартиры, была закрыта. А дверь в квартиру не заперта, но аккуратно прикрыта. Ужасающий беспорядок, все перевернуто. В Алешиной комнате лежал труп бабушки, а в гостиной — труп деда. Деньги исчезли.
     Алексей вызвал милицию.
     Сотрудники ОВД “Крылатское”, конечно, не остались равнодушны к сообщению Алексея о том, что он весь предыдущий вечер и всю ночь провел в казино. Его доставили в ОВД и предложили сознаться в убийстве. От этого предложения было невозможно отказаться — как сотрудникам милиции, так и Алексею Хренову. Милиция так редко раскрывает преступления по горячим следам, а тут к тому же двойное убийство. А Алексея до вечера, как он утверждал на протяжении всего предварительного следствия и суда, били. И не только. Ему доходчиво объяснили, что, если он будет запираться, под стражу возьмут и его невесту. А он, похоже, по-настоящему любил девушку. И в ночь со 2 на 3 августа Хренов дал показания о том, что убил бабушку и дедушку за то, что ему не давали взять деньги для игры. Показания эти он дал в отсутствие адвоката, от которого ему “порекомендовали” глухой ночной порой отказаться за ненадобностью. Допрашивали Алексея следователь прокуратуры ЗАО Аркадий Эйдельман и Вадим Галкин..
     Благодаря их мастерству Алексей на вторые сутки рассказал, что нож, которым были убиты дедушка и бабушка, он выкинул недалеко от дома, на берегу Москвы-реки.
     Слава создателю, дело было расследовано молниеносно и триумфально прибыло в Мосгорсуд.

* * *

     Дело слушала судья Л.Г.Гусева, разменявшая восьмой десяток лет.
     Люди, сидевшие в зале, в один голос утверждают, что на всех заседаниях она дремала, а заседатели, боясь нарушить покой судьи, не задали ни одного вопроса.
     Между тем вопросов оказалось больше, чем ответов.
     Начнем с того, что оперуполномоченный Клочков, к руке которого был пристегнут наручниками Алексей Хренов во время осмотра места происшествия, в суде заявил: “В моем присутствии он сказал, что на него оказывают физическое воздействие... Начали осмотр... минут через пятнадцать Хренов сделал заявление, что он не хочет участвовать в осмотре, так как на него оказывают психологическое воздействие... Видеозапись при этом проводилась. Я эту видеозапись просматривал. На ней было то самое, что и было на самом деле” (протокол суд.заседания).
     Эта видеозапись, представьте себе, во время предварительного следствия пропала. Получается как нельзя кстати. Во время этой видеозаписи Алексей просил предоставить ему адвоката, говорил, что его били, запугивали — словом, это было весомое доказательство того, что признание в убийстве бабушки и дедушки он сделал после ряда “профилактических” мероприятий, повсеместно распространенных в качестве передового опыта российской милиции.
     Почему-то пропал и протокол осмотра места происшествия. Тот, что имеется в деле, несомненно, сделан взамен первого. Почему пропал — об этом ниже, а что это факт, выяснилось опять-таки в суде, поскольку соседка с нижнего этажа Мячина подробно рассказала участникам процесса о том, как ее пригласили в качестве понятой в квартиру, где находились убитые, когда это было, что она там увидела. Мячина подписывала протокол — а ее подписи в документе нет. Зато есть автографы других “понятых” Н.Бобковой и И.Брониной. Эти дамы — студентки юридического факультета МГУ, проходившие практику в прокуратуре Западного округа. Как видно, прошли удачно. Бобкова, допрошенная в суде, не смогла описать ни квартиры, ни мебели, а на вопрос адвоката Алексея Хренова о поле судмедэксперта, проводившего исследование трупов, уверенно ответила, что это была женщина с темными волосами. На самом деле осмотр трупов проводил эксперт-мужчина. Добавлю кстати, что в протоколе судебного заседания черным по белому написано, что допрашивали и вторую “понятую” — Бронину, — а она в это время была в другом городе и в процессе участия не принимала.
     Пропало, вы не поверите, и объяснение соседки Вахрушевой — важнейший документ, с которого начинается исследование вопроса о времени наступления смерти потерпевших. Вахрушева живет этажом ниже, прямо под квартирой Хреновых. Как на предварительном следствии, так и в суде она показала, что приблизительно в 7 часов утра услышала шум в квартире Хреновых: “Падение чего-то мягкого и тяжелого. Был глухой удар, как будто на пол упал ящик”. Оперуполномоченный С.Евченко и старший группы немедленного реагирования ОВД “Крылатское” А.Кунцевич в суде заявили, что после опроса Вахрушевой им стало ясно, что время совершения убийства — начало восьмого утра.
     Допрошенная в суде судебно-медицинский эксперт М.Макарова тоже признала, что время наступления смерти Н.Н.Тарасовой и В.С.Кравцова при ориентировании на температуру тел погибших соответствует началу восьмого часа.
     Но в это время Алексей Хренов был в казино — это факт, который никем не опровергнут. А между четырьмя и пятью часами утра он был дома. Конечно, для следствия просто подарок “исчезновение” бланка, на котором А.Кунцевич записал объяснения Вахрушевой. Этот подарок дал возможность считать временем наступления смерти двух беспомощных стариков именно то время, когда Алексей Хренов точно находился в квартире. А заключения экспертов, исследовавших трупы погибших, нуждаются в тщательной проверке, поскольку сделаны на основании неверных исходных данных. К моменту начала осмотра температура тел была 34 градуса, а температура воздуха в квартире около 25 градусов. Но согласно справке Мосгидрометцентра, температура воздуха в Крылатском в тот день была значительно ниже: к моменту, о котором идет речь, она составляла 19 градусов. Такой огромной разницы в температуре на улице и в квартире без отопления быть никак не могло. А цифры эти имеют едва ли не решающее значение для установления времени гибели стариков, а значит, и для установления виновности внука. С большой вероятностью можно предположить, что именно для подгонки времени наступления смерти и был переписан первый протокол осмотра места происшествия.

* * *

     Теперь о важнейшем вещественном доказательстве — об орудии убийства.
     Как мы помним, на следующий день после убийства Алексей “показал” на берегу Москвы-реки, недалеко от дома место, где выбросил нож.
     По счастливому стечению обстоятельств нож нашли именно 11 августа, в тот день, когда было получено медико-криминалистическое заключение по ножу, которым было совершено убийство. Ножи бывают разные: маленькие перочинные, охотничьи, да и тесаки для разделки туш тоже принято называть ножами. Стали известны параметры ран, из них, как при проявлении фотопленки, проступили очертания ножа — и появился нож. Однако водолаз Симаненков в суде рассказал, что слышал, что этот нож искали и раньше, сразу после взятия Хренова под стражу — но не нашли. Если так — где протокол проведения водолазных работ?
     Нож, который был “обнаружен” на дне Москвы-реки, на следствии не предъявляли для опознания родителям Хренова. Я уже давно не слышала ничего подобного. Мать и отец Алексея увидели его в зале суда. Раньше они такого ножа никогда не видели.
     Погибшим были нанесены множественные ранения. Хренов в своих признательных показаниях объяснил, как убивал бабушку и дедушку, но экспертиза установила, что раны нанесены были, когда потерпевшие находились в положении лежа, а Алексей рассказывал, что бабушка стояла к нему вполоборота. На трупе бабушки имеется рана глубиной 12,4 см, а длина клинка найденного ножа — 9,3 см. Каким же ножом убили Н.Н.Тарасову? Или их было два? Зачем убийце два ножа? Или это была “стрельба” по-македонски, из двух рук?
     Поскольку раны и нож, которым они якобы были нанесены, вступили в противоречие друг с другом, суду ничего не оставалось делать, как провести комиссионную экспертизу. На комиссионную суд не взошел, а просто вызвали судмедэксперта М.Гусева, который провел дополнительное исследование. Научная обоснованность его результатов оставляет желать лучшего: как следует из показаний эксперта, он не мог сослаться на научно-методические рекомендации, которые использовал для столь важного исследования, а руководствовался лишь личным опытом. И получилось, что кричащие противоречия, связанные с механизмом нанесения ударов и их количеством, так и остались неуясненными.
     Но может быть, на одежде Алексея остались изобличающие его следы?
     В смывах с ладоней следов крови не обнаружено.
     На срезах ногтей — тоже.
     На тапочках, в которых Алексей встретил вызванную им милицию, — тоже.
     На двух парах ботинок, которые были в квартире, крови не обнаружено.
     На рубашке обнаружены так называемые помарки. Согласно заключению эксперта, кровь попала на рубашку Хренова не в результате борьбы или при разбрызгивании во время нанесения удара, а при соприкосновении с поверхностью, на которой было очень незначительное количество крови. Следы очень малы. Алексей объяснил, что наклонялся к погибшим, надеясь услышать стук сердца.
     В подногтевом содержимом погибших волокон с одежды Алексея нет.
     А что же есть?
     Есть, например, вопрос: куда девалась вся верхняя одежда погибшего Кравцова? В квартире, где произошло убийство, были обнаружены лишь его трусы и майка, в которых он был в последние минуты жизни. Выходит, он в них же и приехал к дочери из своей квартиры на другом конце города? Ни брюк, ни рубашки, ни его обуви — не нашли ничего.
     Если считать, что убийство совершил Алексей, объяснять исчезновение одежды невозможно. А если предположить, что убивал кто-то другой, причем не один, найдется и объяснение: убийца так испачкался кровью, что понадобилось переодеться.
     Резонно спросить, есть ли какие-нибудь основания для возникновения другой версии? Версии, как известно, дамы свободные и равноправные. Можно предположить, что в квартиру ворвались инопланетяне, закон предписывает разобраться в ней. А нет ли чего-нибудь посущественней?
     В том-то и дело, что есть.
     Из протокола осмотра места происшествия: “В комнате №2 (в которой обнаружили труп бабушки Алексея — прим. О.Б.) ...между диваном и входной дверью в комнате на полу лежит черное кожаное портмоне с имеющейся в нем черно-бурой фотографией, на которой запечатлена группа людей, и с записью на обороте красителем зеленого и синего цветов “март 1976”, “26/II-76 г. Жуковский”.
     Протокол этот, как мы предполагаем, сделан после уничтожения первого, то есть изготовлен с учетом надобностей следствия. Ни Алексей Хренов, ни его родители и адвокаты не имеют к его появлению на свет никакого отношения. Стало быть, когда его писали, не сочли возможным избавиться от описания находки. Возможно, на фотографии были сфотографированы убийцы. Где же она? Где черное портмоне?
     Не догадываетесь?
     Там же, где и видеозапись выхода на место происшествия, протокол опроса соседки Вахрушевой, подлинный протокол осмотра места происшествия, подписанный понятой Мячиной, — пропали.
     Нету.
     Ни следствие, ни суд по какой-то необъяснимой причине не захотели выяснить, кому принадлежит след ладони, оставленный на паркетном полу рядом с трупом Кравцова, кровяные следы кроссовок с эмблемой “Келме”, след пальца, обнаруженный на удостоверении отца Алексея? В ЭКУ ГУВД есть следотека, в которой хранятся следы рук, изъятые с мест нераскрытых преступлений в Москве, там же имеется и картотека следов обуви. Даже запросы не направлялись, даже ради приличия...
     Алексей Хренов настойчиво повторял, что его били. Адвокаты заявили ходатайство о проведении освидетельствования. На эту процедуру его повезли люди, которых он обвинял в избиении...
     На основании изложенного Московский городской суд приговорил Хренова Алексея Игоревича признать виновным по статье 105 п. II и назначить наказание в виде лишения свободы сроком на 18 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.
     Определением коллегии по уголовным делам Верховного суда России приговор Московского городского суда отменен и дело направлено на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе судей со стадии судебного разбирательства.
     Десять месяцев назад дело поступило судье Юрию Анатольевичу Пасюнину.
     Выполняя указания Верховного суда, Пасюнин назначил несколько экспертиз, но при этом сказал матери Алексея, что когда экспертизы будут готовы, дело рассматривать он не будет — некогда.
     В свое время этот занятой человек 14 месяцев продержал под сукном дело Сесикова, о котором писали многие газеты — Сесиков обвинялся в убийстве и решением Московского городского суда был освобожден из-под стражи, потому что он никого не убивал.
     Все законы нарушены, все сроки вышли, а Алексей Хренов сидит в тюрьме, так как судья Пасюнин не могут-с. Заняты-с.

* * *

     Убитый восьмидесятилетний В.С.Кравцов три года пробыл в немецком плену. За это время его жена вышла замуж за его друга. Выжил, простил, женился на женщине с ребенком и прожил с этой женщиной полвека в согласии и любви. Он был прекрасным мужем, прекрасным отцом и прекрасным дедом.
     Убитая семидесятилетняя Н.Н.Тарасова всю жизнь с радостью давала людям, чем сама была богата, и со слезами брала.
     Нина Николаевна и Виктор Степанович воспитали внука. Он любил их. И я верю в то, что не его они видели в последние страшные минуты своей жизни.
     Чем бы ни закончилось это дело, Алексея ждет самый строгий суд на земле — суд матери. И когда они наконец останутся наедине друг с другом, она спросит его про казино. Про игру, которая закончилась кровью и смертью ее родителей. Если он, сам того не ведая, привел убийц за собой — пусть сам себя казнит. Если убийцы пришли не оттуда — его не было дома, и он не защитил стариков, потому что играл.
     Игра окончена.
     Судья Л.Г.Гусева, приговорив человека, против которого не было ни единого доказательства, к 18 годам тюрьмы, ушла на заслуженный отдых. Последнее дело судьи Гусевой закончилось отменой приговора, но звание заслуженного юриста России ей все же присвоили.
     Последнее слово подсудимого Алексея Хренова:
     “Насколько я понимаю, судебно-следственная система существует для того, чтобы разобраться в преступлении и не допустить того, чтобы невиновный человек отбывал наказание за то, чего он не совершал. Если расследовать каждое дело так, как расследовали это, — можно просто покупать патроны и расстреливать и обойтись без судебных процессов. Данное следствие и судебный процесс — это похороны не только прав человека, но и морали. Теперь я знаю, что, если рядом убивают или грабят, надо бежать, а то в этом обвинят именно вас, как получилось в моем случае. В Бутырской тюрьме все говорят, что я сумасшедший: надо было уходить из квартиры, как только я увидел мертвых бабушку и дедушку, а не вызывать милицию.
     В нашей квартире преступники оставили около 30 следов, но ни одного доказательства того, что я совершил убийство, в квартире нет. И никого это не волнует...
     Перед судом мне оправдываться не в чем. Если вы сейчас видите во мне убийцу, загляните себе в душу и посмотрите, действительно ли вы это видите. Позаботьтесь о себе. Моя совесть чиста. Я хочу, чтобы у вас совесть тоже была чистой”.
    



Партнеры