Новокузнецкие киллеры

7 апреля 2002 в 00:00, просмотров: 1991
  Автор родился в 1959 году. В 1986 г. окончил юридический факультет МГУ. После окончания университета работал в Московском уголовном розыске, затем в Интерполе. В 1994 году защитил кандидатскую диссертацию. В настоящее время является экспертом по вопросам организованной преступности.
     Эта банда из Новокузнецка наводила ужас на криминальную Москву. Бывший спецназовец Владимир Лабоцкий создал настоящую машину смерти, не имевшую себе равных в преступном мире. На фоне их изуверств бледнеет даже громкая кровавая слава “курганцев”. Они не искали покровительства авторитетных людей, абсолютно не воспринимали принципов бандитского сосуществования.
     По вашим многочисленным просьбам “МК-Воскресенье” публикует новый отрывок из книги Артема Рудакова.
    

     К офису торгового дома, который располагался на Первомайской улице, новокузнецкие подъехали на двух машинах. Предварительную беседу с должниками должен был провести Баскаков. Для того чтобы найти взаимопонимание с охранниками, постоянно находившимися в офисе, он прихватил с собой пятерых пацанов покрепче.
     Бригадир новокузнецких не стал нажимать на кнопку звонка, а со всей дури шарахнул по двери ногой. Интерком отозвался разгневанным голосом охранника:
     — Але, кто там ломится?
     — Открывай, лох, — рявкнул Баскаков, — крыша приехала.
     Пацаны дружно заухмылялись.
     — Какая еще крыша, — проворчал охранник, но все же дверь открыл. При виде ввалившейся внутрь кодлы парень забеспокоился.
     — Эй, эй, ребята, кто вы такие?
     — Где хозяин? — бросил Баскаков.
     — Да вы-то кто?
     — Ты чо, не понял, — левой рукой Баскаков прижал его к стене, а правой вдавил в лоб холодный ствол “ТТ”, — говори, а то мозги на хрен вышибу!
     Охранник оказался понятливым.
     — Кабинет номер 3. Прямо по коридору и налево.
     Заметив на его ремне наручники, Баскаков распорядился:
     — Пацаны, прикрутите этого лоха вон к трубе.
     Охранник оказал сопротивление, но его быстро приковали браслетами к вентилю отопительной трубы. На шум потасовки из какой-то боковой комнаты выбежали двое широкоплечих, коротко стриженных типов в спортивных костюмах. Это были представители крыши. В то бурное время каждая столичная группировка держала в офисах крупных подшефных фирм одного-двух своих бойцов, задачей которых являлось ведение переговоров с чужой братвой, залетавшей на фирму с целью пробивки.
     Измайловские не стали хвататься за оружие или бросаться на чужаков с кулаками. Они вели себя спокойно и попытались разобраться по понятиям:
     — Привет, братва. Мы крыша этой фирмы. Какие проблемы?
     Новокузнецкие направили на них оружие:
     — Ну-ка, пацаны, ложитесь на пол по-хорошему, — предложил Баскаков.
     — Опусти “волыну”, братан. Давай нормально побазарим. Кто вы такие? Откуда?
     По знаку старшего новокузнецкие в темпе распластали на полу обоих измайловцев.
     — Белый и Колян, присмотрите за ними, — бросил Баскаков, — остальные за мной.
* * *
     Президент торгового дома “Континент” Александр Розенфельд смотрел по телевизору сводку биржевых новостей. Сам он не увлекался игрой на фондовой бирже, но, как человек деловой, считал себя обязанным быть в курсе текущего уровня котировок ценных бумаг. При виде вломившихся в кабинет четверых головорезов Розенфельд выключил звук и с беспокойством спросил:
     — В чем дело, господа?
     Баскаков плюхнулся на стул возле президентского стола. Братки молча встали рядом, сверля хозяина офиса недружелюбными взглядами.
     — У тебя большие проблемы, мужик, — заявил Баскаков.
     Коммерсант заерзал на стуле:
     — О каких проблемах вы говорите?
     — Ты хорошему человеку деньги должен. А отдавать не хочешь. Не-хо-ро-шо, — раздельно произнес новокузнецкий, выразительно покачав головой.
     Розенфельд похолодел:
     — Кому должен?
     — Кемеровской фирме “Меридиан”. Пол-лимона.
     — Но... Но ведь этот вопрос уже уладили.
     — Никто ничего не уладил. Иначе бы я с тобой тут не базарил.
     Баскаков резко вскочил и взял со стола пульт. Подошел к телевизору, включил звук. В кабинете загремели модные западные поп-ритмы: биржевые новости закончились, на коммерческом канале показывали видеоклипы.
     — Всякую херню смотришь, — прокомментировал Баскаков. — Если хочешь знать, по ящику много полезной информации передают. Я вот вчера слышал насчет убийств коммерсантов. Знаешь, из-за чего их чаще всего убивают?
     Баскаков проткнул жестким взглядом испуганного Розенфельда.
     — Из-за долгов. Зa жадность наказывают. И правильно делают!
     Внезапно он железной хваткой вцепился в горло коммерсанта и, брызгая слюной, проорал: — Будешь платить, крыса?!
     В глазах коммерсанта застыл животный ужас. Баскаков отпустил его, когда несчастный находился на грани потери сознания. Розенфельд шумно и жадно дышал, как выброшенный на берег дельфин.
     Не давая коммерсанту опомниться, новокузнецкий схватил его за волосы, приподнял и поднес к лицу листок с цифрой 500 000.
     — Смотри сюда! Запоминай! Я позвоню завтра. И не дай бог возникнут какие-то проблемы. Мы тебя, как бумагу, порвем.
     Бандиты наконец ушли. Белый как мел коммерсант тряской рукой схватил мобильный телефон и набрал экстренный номер своих защитников.
* * *
     Говоривший с Розенфельдом измайловский авторитет прежде всего поинтересовался, где были поставленные от братвы охранники. Коммерсант передал им “трубу”. Оба долго и путано оправдывались, что, мол, залетела целая кодла со “стволами”, говорить ни о чем не хотели и устроили беспредел. Полчаса спустя авторитет по кличке Аксен появился в офисе для подробного разбора. Прежде всего на глазах коммерсанта он пожурил охранников: “Вам бы, пацаны, в колхозе сараи охранять”. Затем в знак дружбы выпил с хозяином фирмы рюмку французского коньяку и предложил: “Говори, как все было”.
     Сбивчивый рассказ Розенфельда не произвел на Аксена особого впечатления. Ему почти каждый день приходилось выслушивать подобные истории. Доходных точек стало слишком мало, а всякой братвы развелось по Москве слишком много. Все вокруг хотели “снимать” с коммерсантов и кошмарили их при этом немилосердно.
     — Ладно, успокойся, все нормально, — сказал Аксен.
     — Ничего себе “нормально”, — возмутился Розенфельд. — Вы же говорили, что решили этот вопрос.
     — Ну, ясно, решили.
     — Как это решили, если они на меня снова наехали?
     — А с чего ты взял, что именно те самые?
     — Как с чего? А кто же еще?
     — Ты в бизнесе реально шаришь, это да. Но вот нашей жизни не знаешь. По новой те же самые никак не могли на тебя накатить. Этот крысенок кемеровский другую братву нанял.
     — Кого?
     — Пока не знаем, но скоро узнаем. Говоришь, завтра должны позвонить?
     — Да.
     — Ну вот и ладно. Как позвонят, передай им, что надо бы стрелочку забить. Наш номер им дай.
     Аксен хлопнул Розенфельда по плечу:
     — Да не менжуйся ты. С теми козлами разобрались и с этими разберемся. Ты же нас знаешь. Так что все будет тип-топ.
     — Что-то неспокойно у меня на душе, — пожаловался коммерсант.
     — Не боись, — Аксен поднялся, — ладно, поеду я. Сам знаешь, время — деньги. Завтра вместо этих двоих пришлю тебе других бойцов, покруче.
     Коммерсант поблагодарил за заботу. Когда авторитет отбыл восвояси, он позвонил в частное охранное агентство и попросил для себя двух квалифицированных телохранителей. Оператор с апломбом ответил ему, что в агентстве работают инструкторами бывшие офицеры спецподразделения “Альфа”, так что уважаемый клиент отныне может не беспокоиться — безопасность ему гарантирована. Сумма была названа довольно крупная, но Розенфельд не стал торговаться. Ведь деньги на тот свет с собой не заберешь. Гораздо лучше жить с ними на этом свете.
* * *
     Бандиты позвонили в условленное время. Розенфельд продиктовал им номер своих измайловских хозяев и сказал, что без согласования с крышей не может выплатить ни цента. В ответ коммерсант был послан подальше вместе со своей крышей. Бандиты дали отбой. Розенфельд долгое время сидел с трубкой в руке и думал, что все это значит. Но в тот день звонков больше не было. Розенфельд решил, что бандиты опомнились, не захотели связываться с его крышей.
     Свой рабочий день президент “Континента” закончил как обычно, в шесть часов. В сопровождении двух крепких телохранителей он вышел из офиса. Поежился: на улице падал неприятный мокрый снег. Добраться до машины Розенфельд не успел.
     Проходившая мимо женщина вдруг выхватила из-под пальто пистолет с глушителем. Два негромких хлопка — и телохранители коммерсанта рухнули в грязный снег. Из припаркованной рядом “девятки” резво выскочили двое амбалов. От быстрого, профессионального удара под дых Розенфельд согнулся знаком вопроса. Бандиты схватили его и, как мешок, швырнули в салон “девятки”. Женщина оказалась коротко стриженным парнем с очень жестким взглядом. Устроившись на переднем сиденье, он сдернул с головы парик и передал по мобильной радиостанции:
     — Игорь, это Кондрат. Мы его взяли.
     Коммерсанта предупредили:
     — Раскроешь рот — станешь трупом.
     “Девятка” выехала на Щелковское шоссе и помчалась по направлению к кольцевой автостраде. Совершенно подавленного Розенфельда вывезли за МКАД, в загородный лесной массив. На какой-то лесной развилке похитители встретились со старшими. Разобраться с коммерсантом прибыл лично Лабоцкий. Босс в три минуты выбил из несчастного данные соучредителей торгового дома. Избитому коммерсанту дали мобильный телефон. По требованию бандитов он обзвонил соучредителей, прося срочно собрать пятьсот тысяч долларов. Теперь Розенфельд был уже не нужен бандитам живым.
     Лабоцкий навел на него пистолет и неторопливо прицелился.
     Коммерсант встал на колени:
     — Пощадите. Все отдам, клянусь!
     — Что ж ты, лох, раньше не подсуетился? — с усмешкой спросил Лабоцкий. — Все на крышу надеялся. А нам твоя крыша побоку.
     Три пули разворотили живот Александра Розенфельда. Коммерсант упал спиной на снег. Подошедший Баскаков несколько раз сфотографировал труп “Полароидом”. Осмотрев снимки, босс остался доволен. По его приказу Кондрашов отрезал у покойника два пальца с перстнями и снял с левой руки золотые швейцарские часы. Даже не потрудившись забросать снегом тело, бандиты покинули место расправы.
* * *
     С обеспокоенными соучредителями разговор был короткий. Двум предъявили фотографии и окровавленные пальцы, третьему — фотографию с прилагавшимися часами. Коммерсанты очень хорошо поняли, что против таких беспредельщиков им никакая крыша не поможет. Деньги были собраны в двадцать четыре часа.
     Тело Розенфельда милиция обнаружила через несколько дней после убийства. Однако вовсе не коллеги покойного по бизнесу оказали содействие правоохранительным органам. В ОВД “Измайлово” поступило заявление жены коммерсанта на предмет безвестной пропажи мужа. Что касается трупа, то на него в лесу наткнулся житель одной из подмосковных деревень и сообщил куда следует. Однако ни причин, ни обстоятельств убийства следствию выяснить не удалось. Деловые партнеры Розенфельда как воды в рот набрали. История окончилась тем, что к столичной статистике нераскрытых убийств добавился еще один “висяк”.
    


Партнеры