ТЕХНОГЕННЫЙ ТАИФУН

А машиниста молодого несли с пробитой головой...

27 апреля 2002 в 00:00, просмотров: 505
  Первомайская солидарность московских трудящихся выражается в том, что на “длинные” праздники они дружно разъезжаются кто куда. Прагматики отбывают на дачные участки сажать картошку, серьезные девушки улетают к морю, романтики уплывают на байдарках, студенты едут в Питер, а остальные путники садятся в поезда и отправляются навещать родных и близких, открывая напряженный летний сезон железной дороги.
    
     Поезда всегда считались у нас самым дешевым и безопасным видом транспорта. Однако страшная авария, случившаяся три недели назад на Ярославской железной дороге, заставила в этом усомниться. Причем сомнения появились не только у обывателей, но и у людей, близких к “железке” — в частности, у железнодорожной милиции. Вероятно, поэтому в минувшую среду Московское управление внутренних дел на железнодорожном транспорте провело на подступах к Павелецкому вокзалу учения по плану “Тайфун”.
     Легенда была такая: в районе блок-поста дежурного по станции Москва-Павелецкая столкнулись два поезда — пассажирский “Астрахань—Москва” и грузовой маневровый локомотив. Один вагон загорелся, а пассажиры получили травмы, но жертв и тяжелых увечий нет, и паники среди пассажиров не наблюдается.
     Журналистов для освещения учений на всякий случай пригласили не к началу мероприятия, а к середине. Так что когда они прибыли, пожар был уже потушен, а “пострадавшие” эвакуированы. Большая группа милицейских начальников сгрудилась вокруг своего генерала, а тот со скептическим видом слушал полковника милиции Пугачева, во владениях которого проходили учения. Когда полковник стал рассказывать, что “на перегоне всегда можно установить связь”, журналистам велено было отойти и не слушать. Связь — это государственная тайна.
     Возле поезда сидела на ящиках оперативно-следственная группа из очень молодых людей. Следователь что-то писал, криминалист фотографировал, дознаватель Светлана скучала. “Надо допросить специалиста, чем могло быть вызвано столкновение”, — сказал следователь. Светлана стала лениво оглядываться в поисках специалиста.
     Группа начальников тем временем плавно перемещалась вдоль платформы. Ярких событий не предвиделось, и журналисты пошли собирать информацию на другую сторону от якобы пострадавшего поезда. Там было чрезвычайно грязно, но зато происходило действие — трое военных поливали из огнетушителя пустую платформу.
     Главный по группе пожарных — начальник инспекции ИГПС ЛУВД Москва-Павелецкая майор в/с Лукашов Александр Николаевич — объяснил журналистам, что столкновение могло быть вызвано тремя причинами: стрелки не перевели — раз, невнимательность машиниста — два, сбой в графике движения — три. Он мог бы и больше рассказать, но тут возле пожарных появилась оперативно-следственная группа.
     Криминалист стал фотографировать потухшее бревно. Светлана закурила. Следователь присел на корточки и посмотрел, нельзя ли пролезть под поездом обратно — туда, где люди. Журналисты тоже присели и увидели на той стороне интересное — мужчину на носилках и врачей. Пришлось снова перемещаться — от пожарных к врачам.
     Мужчина лежал с забинтованными рукой и ногой и закрытыми глазами. Выглядел он очень эффектно, но телеоператору показалось этого мало. Ему хотелось динамики. “У нас есть капельница?” — спросил фельдшер у медсестры. “Есть, но открывать не дам”, — строго сказала медсестра. Капельницу не стали открывать, поставили понарошку.
     Нести носилки должны были настоящие носильщики — частные предприниматели, которые трудятся на вокзале. Им выдали оранжевые тужурки, и они превратились в санитаров. Впрочем, как объяснил один носильщик, у них с вокзалом есть договоренность, что в случае реальной необходимости они действительно приходят на помощь — к примеру, если больного надо выгрузить из поезда или инвалида на каталке...
     “Берете и несете головой вперед”, — скомандовала медсестра носильщикам. Травмированного отнесли от поезда метров на десять, поставили носилки и стали разбинтовывать.
     На этом учения закончились. “Все работы прекратить, проверить имущество по описи, — скомандовал в мегафон полковник Пугачев. — Личному составу по рабочим местам”.
     Теперь начальство освободилось и уже могло обратить внимание на журналистов. Начальник Московского УВД на ж/д транспорте объяснил, что учения проводились вовсе не из-за аварии на Ярославской дороге, а по плану. Тем более во время той аварии существенных ошибок у милиции не было, но тогда шел снег с дождем, была ночь, а работники не были должным образом экипированы, и это им мешало выполнять следственные действия в полном объеме. А что касается сегодняшних учений, то они прошли успешно.
     Замначальника по безопасности товарищ Зазулин также дал положительную оценку учениям по ликвидации последствий аварий и прочих техногенных катастроф на железной дороге. “А бывают ли у вас учения по предупреждению подобных аварий?” — поинтересовались журналисты. Зазулин разъяснил, что все сотрудники ежедневно и ежесменно проходят инструктаж по охране труда и личной безопасности, а кроме того, они обязаны работать по инструкции.
     Если они по ней работают, никаких аварий не бывает. А если не работают — ну что же, тогда приходит милиция и организует спасение по правилам, добросовестно отработанным в ходе проведенных учений. Так что покупайте билеты на все направления — железная дорога не подведет.
    


    Партнеры