Коп - толоконный лоб

Американцам продемонстрировали сериал “Менты”

28 апреля 2002 в 00:00, просмотров: 698
  Самостийная Украина своих участковых инспекторов милиции переименовала в шерифов. Сержантам, прошедшим переподготовку по специальной программе, выдали следственно-криминалистический саквояж и духовое восьмизарядное ружье “Мосберг”. Получат гарные хлопцы и пейджер “для оперативного информирования о состоянии криминогенной ситуации на “своей” территории”.
     Зачем бывшим сельским участковым сверхмощное штурмовое ружье, они, вероятно, и сами не знают. “Подобные ружья есть на вооружении американской полиции только у специальных подразделений, — поделились с репортерами “МК” российские сыщики, которые полтора месяца стажировались в Штатах. Работая бок о бок с американскими копами, они сделали вывод: — Специфика полицейской службы в Америке во многом отличается от милицейской службы в России”.
Нас предупредили: “Вы будете живой мишенью”
     До столицы штата Южная Каролина, где располагалась полицейская академия, летели в общей сложности... 16 часов. В дорожных сумках громыхали сувениры — милицейские фуражки, водка “Юрий Долгорукий”, деревянные игрушки и гжель. В головах у сыщиков витали отрывки и обрывки английских фраз. Разговорную речь они осваивали по ускоренной программе — после работы, в темном учебном классе, при свечах, — так что освоить удалось не очень много.
     Встречать российских коллег собрался весь департамент полиции города Колумбия. “Высшая школа управления московской полиции”, — прокричал у трапа переводчик.
     После фуршета и приветственных речей московских сыщиков, осоловевших от разницы во времени, отпустили отсыпаться. В парковом ансамбле для них приготовили двухэтажные коттеджи. Продавцы в близлежащих магазинчиках поспешили сообщить: “Для друзей из России введены скидки”.
     Перед отлетом с российских милиционеров сняли мерки. За океаном их должна была ждать сшитая на заказ форма американского спецподразделения “Sled”, но выдали им только фирменные полицейские куртки. И тут же предупредили: “Ходить в них нежелательно. Если при ограблении в магазинах, в барах или банке преступник увидит вашу форму со словами “Sled”, то в первую очередь стрелять будет в вас!”
“Уголовное дело — три бумажки”
     — Штат тихий: квартирных грабежей и разбоев практически не бывает, — в первый же день поделились с российскими коллегами американцы. — Случаются кражи со взломом. А вот что донимает — так это уличная преступность.
     — Южная Каролина стоит на пути наркопотоков из Латинской Америки в Северную, — рассказывает капитан Андрей Тестов, возглавляющий в Московском уголовном розыске отдел по борьбе с разбойными нападениями. — В первую же неделю нас включили в бригаду по задержанию наркоманов. Остановив машину на тихой темной улочке, у амбала со шрамом мы купили три дозы крэка, у входа в захудалый кабачок — героин и экстази.
     Сделав по городу круг, мы сами превратились в продавцов наркотиков. То, что у нас считается провокацией, у американских копов — норма. В Америке в темных подвалах и барах мы с полицейскими в штатском предлагали расфасованные в пакетиках заменители наркотиков. Все операции купли-продажи фиксировались на видеопленку.
     Возвратившись в полицейский участок, мы тотчас сдали купленный товар на экспертизу. Когда с расшифрованной пленки были получены фотографии, поехали с ними на задержание. На следующее утро полицейские рапорта уже лежали на столе у судьи.
     Понятых у американцев вообще нет. Доверие к полицейским — безграничное. Задержанному на заседании суда показали фотографии, познакомили с результатами экспертизы, он сказал: “Согласен”. Судья вынес решение: “1,5 тыс. долларов штрафа. Не согласен? Тогда два года ареста”. 30% штрафа пойдет в федеральный бюджет, 30% — в штат, 40% — в бюджет самого полицейского участка. Чем лучше копы трудятся, тем красивее живут...
     В России уголовное дело нередко состоит из десятков и сотен томов. У американцев при более жестких законах оно может состоять из трех бумажек. От задержания до вынесения приговора может пройти не более... 15 минут.
     Оперативно действует и патрульная служба, выезжающая на дорожно-транспортные происшествия, которые рассматриваются в Штатах как настоящие правонарушения. “Нам было непривычно видеть, как выбравшиеся из помятых машин водители с улыбками и извинениями пожимают друг другу руки, — рассказывает Андрей Тестов. — Никаких “пальцев веером” и разборок — кто кому будет платить. У всех страховка...” До приезда эвакуатора у детектива есть не больше десяти-пятнадцати минут. За это время ему нужно успеть составить под копирку протокол и сфотографировать машины. Офицер будет выступать главным свидетелем и обвинителем. В его добропорядочности никто не смеет сомневаться: ни судья, ни простой гражданин.
     Полицейские в Америке привыкли полагаться прежде всего на послушание. Когда Андрей Тестов без лишних слов с ходу скрутил цветного наркомана, копы просто опешили. Они собирались сделать ему устное предупреждение... Слово полицейского в Америке веско и категорично. Коп на правах судьи может вмешиваться в семейные скандалы. Не подчинился приказу — значит, нарушил закон, придется дебоширу узнать силу ударов полицейских дубинок. Но лежачего бить запрещено. Наши сыщики стали свидетелями одного судебного разбирательства, когда на скамье подсудимых оказался полицейский. Он автоматически нанес удар резиновой дубинкой пьяному хулигану, когда тот уже свалился на землю без сознания. Правопорядок не надлежит нарушать никому.
     Полицейский в Штатах не имеет права делать предупредительные выстрелы в воздух и палить в убегающего преступника, будь то маньяк или насильник. Считается, что убегающий человек не представляет опасности.
“Если вы еще на свободе, это не ваша заслуга, а наша недоработка”
     Так любят шутить американские полицейские. С юмором они относятся и к сленговому выражению “коп”. На телевидении в штате Южная Каролина ежедневно идет развлекательная программа под названием “Коп”. Подростки стараются ее не пропускать: в ней сплошь приколы и ритмичная музыка.
     Откуда появилось это сленговое словечко, вам ответит далеко не каждый полицейский. По одной версии, ранее представителей закона именовали “копперами” — от английского слова “coppery” — “цвета меди”, так как на груди у них красовались большие медные бляшки. Согласно другой версии, слово “коп” происходит от английского “cope” — “взять в плен”, “повязать”.
     — В полицейской академии — строгий отбор, — продолжает рассказывать Андрей Тестов. — Но нам показали негритянские кварталы, по которым можно передвигаться только на машине, причем на предельной скорости. Человеку со светлым цветом кожи там нельзя прогуливаться пешком даже днем. Или ограбят, или убьют. Нормальный полицейский в этом районе вряд ли продержался бы больше месяца. За порядком там присматривает “свой среди своих”. На то, что он с трудом выводит буквы, — просто закрывают глаза.
     Неизменным остается другое требование: представитель закона обязан выглядеть безупречно при любых обстоятельствах. У каждого из копов в машине — запасной комплект отглаженной формы.
     Если у американского полицейского спросить о графике работы, он тут же выдаст дежурную фразу: “24 часа в сутки, 7 дней в неделю, 365 дней в году”. Однако после смены нашим оперативникам ни разу не удалось застать напарников на рабочем месте.
Полицейские-факиры
     Если у нас о работе милиции судят по тому, сколько уголовных дел удалось направить в суд, у американцев основной показатель работы полицейских — опрос населения. Если население довольно работой полиции — значит, все в порядке.
     У каждого детектива с собой всегда ворох визиток, которые он раздает направо и налево. На глянцевой поверхности — большая цветная фотография “участкового”, на обратной стороне — с юмором написанная информация о владельце. Тут же указан телефон экстренной помощи. Любой житель квартала в случае опасности может обратиться к полицейскому, как к знакомому человеку.
     — Первый раз, когда мы зашли с напарником в бар и нам начали хлопать, я просто опешил... — говорит Андрей. — Оказывается, так принято приветствовать копов в общественном месте.
     Американские полицейские гордятся своей воспитательной миссией.
     — Я поразился, когда увидел своего напарника Майкла на детской площадке, — говорит Андрей. — Он показывал малышам фокусы, связанные с полицейской тематикой. Детвора на Майкла смотрела как на волшебника. Позже мы увидели, что сержанты-постовые нередко устраивают для детей праздники, на которых раздают печенье и конфеты.
     По-разному работают детские инспектора милиции у нас и школьные полицейские в Америке. Нашим оперативникам довелось наблюдать, как однажды к школе подкатила разрисованная машина, из которой американские коллеги вытащили огромные динамики. Через пять минут лужайка перед учебным заведением превратилась в танцзал. Школьные полицейские устроили своим подопечным дискотеку. “А как же? — объясняли свои действия москвичам копы. — В штате немало молодежных банд...”
     Воспитательную миссию американские полицейские понимают своеобразно. Привлекая на свою сторону ребятню, они делают их осведомителями. Детишки лихо стучат друг на друга. Впрочем, и сами копы с потрохами сдают друг друга. Каждый полицейский в Америке стремится сделать карьеру. От занимаемой должности зависит его благосостояние. Рядовой коп получает в месяц 1500—1800 долларов. По американским меркам это немного, если учесть, что килограмм хлеба в Штатах стоит в среднем 3 доллара, а говяжьей вырезки — 8. С другой стороны, всем полицейским на льготных условиях помогают обзавестись домиком, выдают служебную машину, минимальную страховку. Впереди маячит пенсия, которая составит половину от заработной платы.
“Американцы выпить тоже не дураки”
     В винно-водочном отделе копы просвещали наших милиционеров: “Это левый товар, из Польши, — брать нельзя, можно отравиться, а вот это — качественная водка”, — рассказывает Андрей. — В будний день спиртное в Штате Южная Каролина можно было купить лишь до шести часов вечера, а в выходные дни винные отделы в магазинах вообще не работали”. В многочисленных кабачках и барах выпивка лилась рекой, а вот из закуски предлагались лишь сухарики, орешки да печенье-крекер. Все крепкие спиртные напитки американцы запивали легким пивом с непонятным вкусом. Но, несмотря на потребляемую в больших количествах смесь типа нашего “ерша”, пьяных американцев на улицах городка практически не видно.
     Забрели однажды в кабачок, который содержал русский эмигрант. Когда Андрей взял в руки гитару и запел “Ой, да не вечер...”, в зале мгновенно воцарилась тишина. После импровизированного концерта каждый из присутствующих в баре посчитал за честь подойти и пожать Андрею руку. “Если что, парень, приходи ко мне на работу”, — сказал ему на прощанье хозяин кабачка и подарил на память о Колумбии гитару.
     Посетили наши менты и высокогорное поселение индейцев. “Стали фотографироваться с чинно восседающим на кресле вождем, — рассказывает Андрей Тестов. — Вдруг краем уха уловили русский мат... Разукрашенный перьями вождь краснокожих ругал своего помощника — Быстрого Оленя — за нерадивость. Разговорились. Оказалось, “индейцы” — выходцы из Армении, в высокогорной деревне подрабатывают, фотографируясь с туристами. Нас они приняли за братков... Удивительно, но и на рынке в Green-city — Зеленом городе на берегу океана, — услышав нашу русскую речь, продавцы стали перешептываться: “Русская мафия”.
     В торговом центре Колумбии один из начальников УВД увидел за прилавком Гришу Левинсона, которого он в свое время за мошенничество отправил за решетку. Эмигрант остался верен делу своей жизни: предлагал покупателям ювелирные украшения. Узнав оперативника, Гриша прослезился: “Куда рафинированным американским копам до бесшабашных русских ментов!”
    



Партнеры