СПИД теперь спит.

СО ВСЕМИ ПОДРЯД

18 мая 2002 в 00:00, просмотров: 394
  Та мелочь, что федеральный бюджет выделяет на борьбу со СПИДом, скоро уже никого не защитит. Эпидемия растет с каждым днем. Причем теперь можно заразиться, даже будучи добропорядочным гражданином. Сегодня у нас 192 тысячи ВИЧ-инфицированных. Правда, ни народ, ни правительство эти цифры по-прежнему не впечатляют. Зато паникуют врачи: они-то знают, что время, когда начнутся массовые смерти от СПИДа, не за горами...
     О том, что нас ждет, говорит Вадим Покровский, руководитель Федерального СПИД-центра.
    
     — За два последних года количество ВИЧ-инфицированных в России увеличивается в страшной геометрической прогрессии. По вашим прогнозам, эпидемия и дальше будет расти, не сбавляя темпов?

     — Как раз в этом году мы ждем уменьшения количества первичных больных. Как известно, основная масса ВИЧ-инфицированных — это наркоманы. Все, кто в поле зрения, уже стоят на учете... у друг друга. И они уже перезаражались, оставшиеся — будут выявляться потихоньку. Но снижение эпидемии будет обманчивым. Так как количество тех, кто заразился половым путем, наоборот, увеличивается: в прошлом году их было 3% от общего числа, а в этом уже — 4,5%. И это вполне добропорядочные граждане, которые наркотики не принимают, однополыми связями не интересуются, поэтому не считают нужным предохраняться во время полового акта и тем более — проверяться на ВИЧ... Так что по цифрам врачи будут рапортовать, что мы победили вирус, а по сути он, снизив темпы роста в группах риска, начнет скрыто расходиться веером среди остального населения. И мы предполагаем через два-три года новую вспышку заболевания, связанную уже с половым путем передачи.
     Тем более росту эпидемии ВИЧ-инфекции способствуют другие венерические заболевания — сифилис, гонорея, гепатиты В и С, — а с этими заболеваниями у нас ежегодно фиксируется до 200 тысяч новых случаев заражения.
     — У Минздрава есть план действий на тот момент, когда у сегодняшних ВИЧ-инфицированных заболевание перейдет в решающую стадию, и они начнут умирать от СПИДа тысячами?
     — К счастью, до сих пор так остро эта проблема не вставала: эпидемия у нас в стране еще “молодая”, большинство заразилось после 98-го года, и поскольку средняя продолжительность жизни с ВИЧ составляет 12 лет, то умирать эти люди начнут после 2010 года, если к тому времени не будет должного лечения.
     А пока в России умерло 2270 человек, из них 145 — в Москве и 38 — в области. Но сегодня в столице уже около 15 тысяч инфицированных, а в Подмосковье — 16 тысяч...
     — Значит, в области эпидемия идет сильнее, чем в Москве?
     — Нет. Там просто ведется более активное выявление зараженных пациентов в группах риска, хотя областной СПИД-центр появился всего три года назад. Иногда медики даже устраивают совместные рейды с милицией, ходят по притонам и насильно подвергают наркоманов анализу на ВИЧ.
     — Разве это законно?
     — Нет. По закону тестирование на ВИЧ всех групп населения должно проходить только с их добровольного согласия. Так что принудительный анализ на ВИЧ — это, конечно, явное нарушение прав человека. Но ведь и у здоровых членов общества тоже есть свои права — кто их будет защищать от эпидемии?!
     — А сейчас на лечение больных СПИДом денег у нашей медицины хватает?
     — Из зарегистрированных 192 тысяч зараженных в специальной терапии пока нуждаются всего 2—3 тысячи. Все они получают необходимое лечение, и затрачивается на это где-то треть всех денег, выделяемых бюджетом на Федеральную программу по борьбе со СПИДом. Правда, на пациентах приходится экономить, комбинировать препараты и давать так, чтобы всем хватило, — ведь терапия нужна только при снижении иммунитета, а это происходит периодически; еще нам помогают местные и городские бюджеты. Остальные деньги идут на обследования пациентов, тесты, анализы. Но уже через 5—6 лет нам только на лечение ВИЧ-носителей не хватит бюджета всего здравоохранения!
     Поэтому сейчас необходимо предотвратить хотя бы новые случаи заражения. И важнейшей частью борьбы со СПИДом является профилактика, но на нее выделено всего 20% бюджета программы. Это примерно 30 млн. — на всю страну!
     — Но что-то новое по сравнению с прошлыми годами в нынешней Федеральной программе по борьбе со СПИДом появилось?
     — Программа этого года пока что вся на бумажках: там очень обтекаемо изложены наши перспективные планы, ничего конкретного нет, и как все будет на деле, еще неизвестно.
     — Но хоть какая-то работа уже ведется?
     — Задача номер один на сегодня — профилактика вертикальной передачи вируса, то есть от ВИЧ-инфицированной матери к ребенку. Мы предлагаем ввести обязательный анализ на ВИЧ для всех беременных женщин. Ведь многие не знают о своем диагнозе, другие не встают на учет, чтобы не “светиться”, а страдают в любом случае дети. Наркоманки являются в роддом вообще перед самыми родами, хотя уже сейчас есть методики, которые позволяют ВИЧ-инфицированным женщинам в 95 случаях из ста рожать здоровых детей.
     Эти матери должны принимать специальные лекарства во время беременности и в процессе родов, новорожденному тоже полагается профилактическое лечение. Сейчас мы занимаемся закупкой этих препаратов и распределением их по роддомам. Для этого исследовали статистику — сколько в России потенциальных беременных. Проводили опросы среди акушеров: оказалось, в работе с ВИЧ-беременными практикуют самые разные подходы. Одни настоятельно посылают их на аборты. Причем врачи считают это чуть ли не профилактикой ВИЧ. Другие уповают на кесарево сечение, которое прежде всего зависит от опыта хирурга. А в Казани профилактические препараты дают вообще всем подряд роженицам, которые не были ранее обследованы на ВИЧ. Для беременности это не опасно, но может вызвать аллергию и у новорожденных, и у матерей. Экономической выгоды никакой — разве что врачам мороки меньше.
     — Есть прогресс в разработке лекарственных препаратов?
     — Наметился прогресс с новыми тест-системами. Мы добились сокращения инкубационного периода: теперь можем выявить вирус через две-три недели после заражения вместо трех месяцев. Тесты уже поступили во все пункты переливания крови — там такая скорость в цене. Хотя, по статистике, за все время эпидемии СПИДа в России таким образом заразились всего 27 человек. Просто люди почему-то очень боятся заразиться именно через переливание крови, а половым путем совсем не боятся. Это чисто психологический аспект. Но такому заблуждению подвержены и власти, выделяя на это основные деньги и упуская действительно важные вещи.
     На разработку одного лекарственного препарата уходит от полумиллиарда долларов, поэтому их в основном производят транснациональные компании. В нашей Федеральной программе впервые в этом году была выделена отдельной строкой статья расходов на научные цели — положили 6 млн. рублей плюс 4,5 млн. от Министерства науки. До этого власти считали, что СПИД у населения сам как-нибудь пройдет, и отдельных средств на эти цели не отпускали. Сейчас какой-то проблеск понимания появился, хотя что мы на эти деньги можем разработать? Смешно...
     — То есть основная проблема в борьбе со СПИДом — отсутствие денег?
     — Скорее отсутствие понимания того, какая угроза исходит от ВИЧ-эпидемии в очень скором будущем. Когда до правительства наконец дойдет, что за ближайшие 15 лет мы можем потерять около миллиона молодых людей, не доживших до 30 лет, на СПИДе у нас экономить перестанут. Но будет поздно.
    


Партнеры