С серебром — и не в обиде

Борис Михайлов: “Моя сборная не хуже олимпийской”

20 мая 2002 в 00:00, просмотров: 171
После хоккейного чемпионата мира в Швеции главный тренер российской сборной Борис Михайлов — нарасхват. Обычное дело для победителей. А серебряные медали наших хоккеистов, с которыми они вернулись из Швеции, чем вам не победа? Тем более что на мировом пьедестале мы не стояли с 93-го года, когда наша сборная в последний раз выиграла “золото”. Под руководством, кстати, Бориса Петровича.   В Гетеборге успех к российской сборной пришел вопреки устоявшемуся мнению: побеждать, мол, реально, если из-за океана десантируется энхаэловский спецназ. До Швеции добрались только три бойца: Дмитрий Калинин, Роман Ляшенко и Максим Афиногенов. Остальные же серебряные призеры — сплошь “россияне”, доказавшие в какой-то мере, что пересуды о глубоком кризисе российского хоккея — ни к чему.
     Михайлова мы недолго упрашивали прийти в редакцию “МК”: “Назначайте время и кофе покрепче заварите”, — ответил легендарный хоккеист и заслуженный тренер. И во время “прямой линии” Борису Петровичу приходилось даже останавливать поток поздравлений и требовать, чтобы звонившие задавали свои вопросы...
    
     — Борис Петрович, говорит москвич Алексей Калашников. Я не буду поздравлять вас с серебряными медалями. Потому что помню времена, когда блистала ваша тройка: Михайлов — Петров — Харламов...

     — За оценку моей игры спасибо, но вы живете прошлым. Почему вас не радует второе место сборной? Лично я считаю этот результат достойным уважения. И я рад за ребят, которые показали хоккей высокого класса... Но если вам безразличен наш успех, то бог вам судья.
    
     — Звонит вам Дмитрий. Мне 39 лет, 32 из которых я поклонник ЦСКА. Спасибо за хороший результат в Швеции. Желаю вам хорошенько отдохнуть и обязательно продолжить работу в сборной. Надо поднять российский хоккей на тот уровень, на котором был советский.
     — Учту ваши пожелания.
     — И еще. Желаю, чтобы ваш сын Егор поднялся в мастерстве и заменил вас.
     — Передам ему ваши слова.
    
     — Борис Петрович, это Владислав Борисович. “Серебро” — это все-таки прорыв, скачок. Вот интересно узнать: уровень российского чемпионата в этом году повысился или пребывает в прежнем, дремотном состоянии?
     — Российская суперлига в этом сезоне сделала очень качественный скачок: приехали интересные легионеры, хороший тренер — я имею в виду Владимира Вуйтека из ярославского “Локомотива”. Да и круг кандидатов в сборную значительно расширился, больше стало крепких мастеров.
    
     — Это Татьяна Волкова из Мытищ. Скажите, Борис Петрович, а наш женский хоккей совершенно бесперспективен?
     — Перспектива, как и надежда, умирает последней. Ваш вопрос адресован федерации, там сидят специалисты, ответственные за женский хоккей. Но, видимо, они не очень любят прекрасный пол, иначе относились бы к его представительницам, как все нормальные мужчины — более внимательно и заботливо.
    
     — Борис Петрович, Надежда Федоровна Сысоева. Вы тренер и все знаете. Скажите, холостые парни играют лучше, чем женатые?
     — Бывает по-всякому. Но я не припомню, чтобы хорошая и дружная семья мешала росту хоккеиста... А у вас что, дочь выходит замуж за хоккеиста?
     — Нет, сын-хоккеист женится.
     — И правильно делает. Только вы его невесту научите готовить как следует и вообще быть хорошей хозяйкой и верной женой.
    
     — Москвич Сергей Попов. Борис Петрович, не ощущает ли наш хоккей дефицит тренеров? В суперлигу иностранцев стали приглашать.
     — Этот процесс закономерный и наверняка полезный. Идет обмен специалистами, а значит, все лучшее, что имеет, скажем, чешская школа, узнают наши хоккеисты. Напомню, что уже много лет наши специалисты работали и работают за рубежом — братья Майоровы, Юрзинов, Богданов, Старшинов, Васильев, Шадрин, Якушев... Их работа оценена высоко... А что касается дефицита, то думаю, что суперлига его не испытывает. Есть хорошие тренеры Цыгуров, Белоусов, Билялетдинов...
    
     — Это Юра, мне 16 лет. Спасибо за медаль. У нас была настоящая сборная, даже лучше, чем на Олимпиаде.
     — Сборная, которая играла на чемпионате мира, не хуже, чем олимпийская.
     — Считаете ли вы, что пока не пройдет эпоха Буре и прочих “профессионалов”, нам ничего не светит?
     — Нет, конечно. И, на мой взгляд, это неправильно — делить наших хоккеистов на “россиян” и “энхаэловцев”. В любом случае в команду игроков приглашает тренер. Он показывает свою позицию и пытается отстоять ее игрой.
    
     — Кирилл из Серпухова. Почему в мировом хоккее нет такой системы, как в футболе, когда клубы сами договариваются о переходе и цене игроков?
     — Этот вопрос и меня интересует. Но решить его не в моих силах.
    
     — Меня зовут Семен Игнатьевич, я давний поклонник армейской команды. Волнует ли вас судьба хоккейного ЦСКА?
     — Естественно! Армейская команда — мой второй дом. Но что сейчас будет с ней — не знаю. На протяжении двух лет я пытался объединить два ЦСКА, но мои усилия ни к чему не привели. Все зависит от того, смогут ли руководители трех структур убрать свое самолюбие и пойти на компромиссы ради великой команды.
     — Спасибо. Очень был рад слышать именно такой ответ.
     — Взаимно. До свидания.
    
     — Это Михаил Федорович из Кунцева. Борис Петрович, не огорчайтесь, что мы проиграли Словакии.
     — Я не огорчаюсь. Потому что мы проиграли очень сильной команде, с хорошими исполнителями...
    
     — Это Владимир из Видного. Спасибо, что напомнили о себе как о великой хоккейной державе. Скажите, в квалификационном раунде вы давали установку играть плохо?
     — Конечно, нет. Любой тренер требует одного — играть на победу. Но не всегда наши слова доходят до хоккеистов.
    
     — Меня зовут Алексей, я болельщик ЦСКА. А почему не приехал на чемпионат мира Леша Яшин?
     — Он сказал, что у него травма, и очень сожалел, что не сможет помочь сборной.
    
     — Анастасия Терехина. А у молодого нападающего Ивана Ткаченко есть данные, чтобы стать классным хоккеистом?
     — Он вам понравился?
     — Да, симпатичный парень, я за него болела.
     — Думаю, что он вырастет в классного хоккеиста.
    
     — Никита Соловьев. Вы будете привлекать в сборную хоккеистов молодежной сборной, которая в начале этого года выиграла “золото”?
     — Это нужно сделать обязательно, но прежде чем приглашать их в первую команду, необходимо ребят обкатать, например, во второй сборной. Все-таки резкий переход из молодежной команды в основную — серьезная проблема. Многие ломаются именно в этот момент.
    
     — Это Раис, фанатичный болельщик сборной. И во времена неудач, и в годы побед я всегда переживал за нашу сборную. И всегда буду болеть за вас.
     — Такие болельщики, как вы, очень нужны.
    
     — Игорь из Ростова. Не собираетесь ли вы тренировать какой-либо клуб суперлиги?
     — Поступят предложения — буду рассматривать.
    
     — Борис Петрович, это болельщик из Балашихи. Я вас обвиняю в том, что в финальном матче наша команда увлеклась атакой и не смогла удержать ничейный счет. В дополнительное время, глядишь, могли бы и выиграть.
     — Соглашусь с вами: следовало подождать овертайма. Но хоккеисты захотели победить в основное время. И я под влиянием своих эмоций не сумел их успокоить.
    
     — Борис Петрович, здравствуйте! Это Наташа из Москвы. Хотелось бы задать вам такой вопрос. Не было ли конфликта в команде с Максимом Соколовым после игры?
     — Никакого конфликта не было. И откуда вы только берете эти ложные сведения о каких-то конфликтах, разборках?
     — А в дальнейшем вы будете возглавлять нашу национальную сборную?
     — На этот вопрос я всем отвечу 1 июня.
    
     — Меня зовут Сергей, мне 30 лет. Борис Петрович, почему вы доверили ворота Максиму Соколову, а не Николаю Хабибулину?
     — Вы уж меня извините, но разве Хабибулин приехал в Швецию?! У нас были три классных вратаря: Егор Подомацкий, Максим Соколов и Виктор Чистов.
     — Почему в финальных играх стоял Соколов?
     — На тот момент Макс был лучший.
     — А почему в чемпионате не участвовал Павел Буре?
     — Насколько я знаю, после Олимпиады в Солт-Лейк-Сити он публично заявил, что за сборную играть больше не будет. Надо, мол, дать дорогу молодым.
    


    Партнеры