Ртутные реки, мертвые берега

Через полвека в России произойдет катастрофа, которая затмит Чернобыль

23 мая 2002 в 00:00, просмотров: 1156
  До сих пор Иртыш — глубокая сибирская река — был знаменит своими утопленниками. В XVI веке здесь утонул Ермак, месяц назад — депутат Госдумы. Но сегодня перспективы “главной водной артерии Сибири” блестящи как никогда. Через несколько десятилетий об Иртыше заговорит весь мир. Поскольку река станет смертельно опасной для полутора миллионов человек.
Вместе с потоком подземных вод из Казахстана к Иртышу движется ртутное пятно. На севере бывшей союзной республики в окружающую среду выброшено огромное количество — более 1000 тонн ртути. Аналогов этому загрязнению в мире до сих пор не было.
Сотрудники Управления ГОЧС Омской области уже всерьез готовятся к масштабной экологической катастрофе и даже эвакуации населения. По прогнозам ученых, городу осталось существовать не больше 50 лет.

Смерть, разлитая по полу

Мутная вода, на берегу старые прогнившие таблички “Купаться запрещено”.
Весной Прииртышье кажется особенно грязным и неухоженным. Тем не менее мальчики с удочками встречаются часто. Пока выловленная здесь рыба отличается от своих сородичей из других водоемов разве что описторхозом — рыбьими глистами. Ловить ее не рекомендуют, покупать с рук тоже, но это не смертельно. Максимум, чем может кончиться “рыбный день”, — диареей. Худшее — впереди.
— О том, что в Павлодаре разлита тонна ртути, мы узнали в 1996 году совершенно случайно,— говорит Вячеслав Пеков, замначальника Главного управления по делам ГОЧС Омской области. — В СМИ прошло небольшое сообщение. Казахские коллеги молчали, хотя это самая большая утечка в мире.
Павлодар от Омска в трех часах езды на машине. В этом казахском городе раньше работал химзавод. С 1975 по 1993 год здесь производили соду, используя для этого ртуть. Время от времени случались утечки ртути — а как без этого? Рабочим за “вредность” выдавали молоко и отправляли на курорты. Чтобы обезопасить прилегающую к заводу территорию, работала специальная дамба, рядом с заводом был накопитель отходов — озеро Былкылдак.
После развала Союза все резко изменилось. В начале 90-х завод обанкротился, и все цеха — в том числе цех ртутного электролиза — встали. Давно не ремонтированная дамба не выдержала, и подземные воды, наполненные ртутью, пошли к Иртышу. В 1994 году кабинет министров Казахстана специальным постановлением закрыл производство. Минпрому и минэкологии республики поручили “принять меры” и выполнить “демеркуризационные работы” (т.е. собрать и утилизировать ртуть). Но...
— Казахские товарищи просто все побросали и сбежали, — говорит Анатолий Соловьев, руководитель Омского отделения Международной академии наук экологии и безопасности жизнедеятельности. — Цех ртутного электролиза закрыли, тогда-то и выяснилось, что более 1000 тонн ртути ушло под землю в основание цеха и озеро Былкылдак. Мы выезжали туда в 1996 году вместе с представителями нашего штаба ГОЧС, облСЭС и горСЭС. Ртуть была разлита по полу цеха, мы ходили по ней. Это был настоящий кошмар.
Тогда на заводе осталось всего несколько человек, зарплату они получали нерегулярно, да и то не деньгами, а средством для белья “Белизна”. Соловьев вспоминает, как казахские коллеги встретили омскую делегацию, накрыли стол, а потом к омичам робко подошли несколько девушек-рабочих, судя по всему, больных меркуриализмом (заболевание, вызванное ртутным отравлением), и попросили кусочек хлеба...
В середине 90-х губернатор Павлодарской области г-н Жакеянов объявил о введении чрезвычайного положения. И даже, говорят, получил под это дело немалые деньги. Но на этом дело и кончилось.

Ртутный столбик лезет вверх

Из материалов исследований, проведенных профессорами Омского танкового института и штабом ГОЧС:
“В результате комплексного геологического обследования установлено:
1. В бетонных полах и грунтах цеха ртутного электролиза сосредоточено около 970 тонн ртути.
2. Загрязнена ртутью поверхность промплощадки общей площадью 520 тысяч кв. м.
3. Ртутное пятно, преимущественно в форме хорошо растворимой сулемы, перемещается на северо-запад. Объем загрязненных вод — 2 млн. куб. м.
Таким образом, на территории города Павлодар и прилегающих к нему районов общей площадью более 500 кв. км формируется поток подземных вод, загрязненный ртутью, представляющий реальную угрозу загрязнения Иртыша”.
Иртыш — одна из крупнейших рек России (длина — больше 4 тысяч километров). По протяженности он превосходит Енисей и Обь. Его бассейн превышает волжский и охватывает больше полутора миллионов квадратных километров. Но главное, Иртыш — единственный источник водоснабжения Омской области. Кроме того, воду из этой реки используют в Тюмени и Тобольске. Иртыш течет на север, так что казахские отходы производства так или иначе дойдут до Омска, а потом и дальше.
Еще 8 лет назад омские ученые и спасатели хорошо поняли, чем это грозит, и вопреки нежеланию казахской стороны, отсутствию денег и бездействию властей всех уровней продолжили работу по изучению катастрофы и оценке ее последствий.
— В следующий раз мы отправились в Павлодар через год, в 1997-м, — говорит Соловьев. — Тогда мы взяли на анализы пробы воды из озера Былкылдак. Предел допустимой концентрации ртути был там превышен в 24 тысячи раз.
Ученые создали полевую лабораторию. Брали на анализы пробы почвы, воды, планктона, рыбы. Результат оказался ошеломляющим: предел допустимой концентрации в некоторых местах был превышен в несколько десятков тысяч раз.
Офицеры Омского штаба ГОЧС тоже исследовали ситуацию, но с другой стороны. Чтобы понять, насколько опасно для России заражение Иртыша ртутью, были устроены специальные командно-штабные учения с участием вице-губернаторов, глав районов области, представителей СЭС. Что делать, если в Иртыш попадет большое количество ртути? Воду из реки в таком случае нельзя будет не только пить. Ее невозможно будет использовать для полива и даже для отапливания помещений. Поскольку ртутная вода моментально разъест чугунные батареи. Вывод оказался фатальным: в случае попадания ртути в Иртыш, Омск и область придется закрыть на 25 лет, а все население эвакуировать. Поскольку альтернативных источников водоснабжения просто нет.
В 2000 году омские исследователи обнаружили ртуть уже в 100 (!) метрах от Иртыша. Пробы показали: содержание смертельного металла в подземных водах неуклонно увеличивается.
С паводковыми водами растаявший ртутный снег уже течет в Иртыш. Киевский НИИ (КНИФ ГОСНИИХЛОРПРОЕКТа) дал заключение: через 50 лет концентрация ртути в Иртыше будет достаточной, чтобы область вымерла полностью.
Но, по мнению некоторых омских ученых, количество перейдет в качество гораздо раньше. Один из профессоров Омского политехнического университета уверял меня, что уже через пару лет цены на жилье в Омске резко упадут. Потому что жить здесь будет опасно.
Ртуть относится к чрезвычайно опасным веществам. А соединения ртути с неметаллами (рыба, планктон, водоросли и т.д.) значительно опасней для человека, чем ртуть в чистом виде или даже ее пары. Латентный период отравления ртутью исчисляется месяцами. Но еще до начальных признаков отравления наблюдаются изменения в мозге. Этот феномен получил название “скрытое поражение”.
“Безумен, как шляпник”, — говорили в Англии сто лет назад. На первый взгляд выражение лишено смысла. Но в действительности английские производители головных уборов XIX века и впрямь были не вполне здоровы. Выделка фетра осуществлялась тогда с помощью ртути, и шляпники страдали токсикозом.
К тому же не зря печально известное семейство Медичи предпочитало травить своих врагов сулемой.

Заграница не поможет

Самые опасные люди, считают ученые, — это скептики. Те, кто, даже изучив материалы исследований, говорит: мол, куда торопиться? Еще целых пятьдесят лет можно жить спокойно. И вообще пока ведь никто не умер.
Это почти официальная позиция Казахстана. Ближайший сосед России ждет от нее денег. Убеждает, что раз наша страна — правопреемник СССР, то все расходы по ликвидации завода и ртутного загрязнения должна взять на себя.
Омские власти тоже не суетятся. Средств на ликвидацию катастрофы не выделяют и предпочитают не ссориться с казахским соседом из-за такой мелочи.
Несколько лет назад была разработана специальная программа очистки территории, которая получила название “Стена в грунте”. Стоимость проекта — 13 миллионов долларов. Суть его состояла в следующем. Требовалось разобрать цех, в основании которого скопилась ртуть, прорыть по периметру цеха (то есть с четырех сторон) траншею глубиной 25 метров и забить ее глиной, не пропускающей ртуть. Работы начались в 1994 году. И до сих пор не закончились. Казахские “ликвидаторы” смогли создать лишь одну глиняную стену предполагаемого саркофага. Так что ртуть по-прежнему расползается.
— “Стена” — это вообще не решение проблемы, — говорит полковник Пеков. — Там же весь грунт пропитан ртутью, его надо вынимать, производить демеркуризацию. Это очень дорого, но необходимо.
Кстати, “вынутую” ртуть девать будет некуда. Могильников в России тоже нет. Раньше ее везли на Украину — там был завод по переработке. Сейчас его уже не существует. Собранные омскими спасателями 200 кг ртути хранятся в штабе ГОЧС. Зато офицеры штаба за эти годы в совершенстве овладели навыками составления петиций.
— Кому мы только не писали по поводу самой масштабной в мире ртутной катастрофы! — говорит Пеков. — И “крепкому хозяйственнику” Черномырдину, и Кириенко, сейчас вот составили письмо Касьянову. Но, похоже, единственные, кого эта проблема волнует, — иностранные экологи. Они приезжают со всего мира. И такое ощущение, что этих “зеленых” интересуют только другие “зеленые”, с портретами президентов США. Командировочные они здесь получают такие, будто работают на прифронтовой полосе.
Недавно средства для срочной ликвидации ртутного загрязнения предложила выделить Франция. На фоне игнорирования проблемы русскими властями интерес французов безмерно удивил.
— Я их представителя спрашиваю: вам-то что? — рассказывает Анатолий Соловьев. — Сена вроде не левый приток Иртыша... Отвечают: а если ртуть пойдет дальше — в Обь, а потом — в Северный Ледовитый океан?
Сейчас правительство Казахстана рассматривает предложение французской стороны о финансировании ликвидационных работ. Офицеры Омского штаба ГОЧС готовят очередное письмо в Правительство России. Ученые готовятся к новым исследованиям. А власть безмолвствует.
В 1952—1953 годах люди, живущие в рыбацких деревушках вдоль залива Минамата в Японии, умирали от таинственной болезни. Они гибли в страшных мучениях, а на их лицах застывала гримаса, похожая на улыбку. Болезнь назвали “улыбка Минамата”, и лишь некоторое время спустя заболевание квалифицировали как отравление ртутью. Оказалось, жертвы ели моллюсков, содержащих ртуть, которая попала в залив со сточными водами фабрики. Интересно, как скоро “улыбающиеся” трупы появятся в России?




Партнеры