Пещера Аладдина

1 июня 2002 в 00:00, просмотров: 458
  Жертвы рекламы — вот мы кто. Наслушаемся всяких глупостей, рты пораскрываем и бежим приобретать. Вот оно, спасение! Сейчас мечты сбудутся, я наконец помолодею, похудею, поумнею, побелею, поздоровею.
     Но время идет, а никакого эффекта. Не молодеется и не здоровеется. М-да. Похоже, опять обманули, ах как это подло!
     Ощущать себя жертвой, принесенной в угоду неким божествам, — нормальное состояние россиянина. Избежать его невозможно. Каждый человек — даже самый недоверчивый и подозрительный — время от времени ловится на вдохновенное вранье, заглатывает крючок и попадает впросак. Думает, что приобретает большое и прекрасное, а оно на деле оказывается маленьким и жалким. В результате получается сплошное разочарование и неприятный привкус во рту. Дурак я, дурак, сколько лет прожил, а все клюю на их удочку.

* * *

     То же самое происходит и с событиями общественной, политической и культурной значимости.
     Дабы внушить населению патриотизм, победный дух и гордость за страну, телевидение раскручивает их безудержно и несоразмерно реальным масштабам. Соответственно, ожидания начинают превышать всякие разумные пределы. Следует рассчитывать на полкило успеха, а ждут тонну. Или две.
     Потом, конечно, случается неминуемый облом, надежды с треском лопаются, а население испытывает разочарование и неприятный привкус. Губы раскатали, вот по губам и нашлепали... Однако телевидение не сдается и ведет свою партию до конца, кляня несправедливость. Граждане с удовольствием подхватывают. Клясть мы любим.
     И без конца — то у нас в Каннах фильм российского режиссера непременно возьмет все призы во всех номинациях, то на каком-то Евровидении наша банда всех заткнет за пояс, то на чемпионате мира наша футбольная команда обязательно займет если не первое место, то хотя бы второе. А потом — пожалуйста, встаем утром и узнаем, что в Каннах облом, фильм, разумеется, не получил вообще ни одной премии. На Евровидении наши претенденты тоже закономерно пролетели мимо. Чем обернется чемпионат мира — даже думать не хочется.
     Иногда, правда, бывает и наоборот, как, например, получилось с самой красивой девушкой Вселенной, оказавшейся при ближайшем рассмотрении простым питерским милиционером. Никто не думал не гадал, и даже телевидение знать про нее не знало, и президент не приезжал ее напутствовать, а она взяла и победила, кто бы мог подумать.
     Да, в этом случае рекламная машина опоздала, обидный промах. Включилась поздно, но зато сразу на полную катушку, и давай раскручивать милиционера так, что уже к вечеру всем стало понятно — это не девушка, а ангел во плоти, неужели такие еще бывают. Рекламный шар надулся. Теперь остается дождаться, пока он, как обычно, лопнет. Милиционер проявит себя с неожиданной стороны или выяснится что-нибудь такое, житейское. Типа того что это любимая подруга какого-то нашего нефтяного магната или высокого чиновника, не особо умная и довольно стервозная барышня, в общем, ничего особенного, но ее тянут, потому что, ну, словом, сами понимаете.

* * *

     Повышение зарплат бюджетникам в два раза — вот где была всем рекламам реклама. Правители соловьями заливались, телевизор неустанно пел хвалу и прикидывал неуемный рост уровня жизни, а президент при каждом удобном случае напоминал о повышении как о главном своем подвиге. Сказочные горизонты открывались перед врачами-учителями, в два раза больше денег, подумать только, было три тысячи, станет шесть, поистине царский подарок, даже если не в два раза, а в один и восемь десятых, как уточнил премьер.
     Да, но теперь стало постепенно выясняться, что горизонты не совсем там, где представлялось. В два раза — это только оклад увеличивается, а надбавки остаются, как были, поэтому реально зарплата растет в лучшем случае процентов на тридцать—сорок, да и то не везде, потому что регионы не платят, хотя их обязали.
     Обязать обязали, но у них в бюджете нет таких денег, чтоб учителям платить. Максимум что они могут — одной рукой повысить зарплаты, а другой — снять с учительских заработков свои региональные надбавки, которые были введены еще раньше. В итоге получается та же сумма или даже меньше.
     Вот вам и повышение. Вот тебе, бабушка, и Юрьев день.
     А сколько шума было.

* * *

     Сейчас, когда минула неделя с тех пор, как к нам приезжал американский президент, самое время попытаться понять, ради чего он приезжал. Каков итог этого широко разрекламированного события, которым страна жила несколько дней?
     Ну да, подписали договор о сокращении ракет. Но он был готов уже несколько лет назад, и почему с ним тянули — непонятно. Видимо, тоже из-за каких-то высоких мотивов типа гордости за страну. Жалко было расставаться с такими хорошими ракетами, несмотря на то что они уже все равно никуда не годятся, срок годности у многих закончился или заканчивается в ближайшие годы...
     А что еще кроме ракет? Да ничего. Договорились, что нефть нашу американцы будут покупать? Но это пока только намерения, к тому же цену за нее предложили совсем не ту, какую мы хотели.
     Похоже, весь ажиотаж был нужен, только чтоб показать: Путин и Буш — друзья.
     Впрочем, кажется, была еще одна тихая тщеславная цель — поразить друга Буша фантастическим богатством сияющего великолепия кремлевских покоев.
     Если это так, то здесь наш план удался в лучшем виде. У Буша прямо на лице было написано: “Вот это бьютифул, вот это ни хера себе”. А принимающая сторона посмеивалась, довольная произведенным эффектом: “Вот такие мы простые ребята, едим на серебре, спим на золоте...”
     Действительно, кремлевские внутренности производят сильное впечатление на иностранцев. Но не обилием золота, а разительным несоответствием чрезмерного богатства и функционального предназначения.
     Если бы это был музей, открытый для всех, — никто бы не удивлялся. Но ведь это не музей, это всего лишь офис, где трудятся государственные чиновники, оплачиваемые гражданами страны, которые сами едят и спят отнюдь не на золоте (читай выше про повышение зарплат). Обыкновенное рабочее помещение, которое содержится на деньги налогоплательщиков. Устраивать из него пещеру Аладдина, с точки зрения западного человека, — просто неприлично, дурной тон.
     Это не демонстрация силы и богатства страны. Это демонстрация отношения власти к своим гражданам.
     ...Однако вернемся к итогам визита американского президента. Так вот я, честно сказать, как ни старалась, так и не поняла, зачем он приезжал и ради чего было поднято столько шума и истрачено столько денег.
     По большому счету весь этот визит вызывает не столько удовлетворение, сколько досаду. Ну что же мы тут плясали-плясали вокруг Буша, а американские сенаторы тем временем голосовали за ненавистную поправку Джексона—Вэника, откровенно давая понять, что им глубоко плевать на все наши пляски и ужимки.

* * *

     Та же картина с НАТО. Раньше нам вдалбливали, что НАТО — враг, потому что расширяется на восток. Предпринимались героические усилия, марш-броски, захваты аэродромов — лишь бы показать, что мы тоже не лыком шиты. Генералы устраивали пятиминутки ненависти на телеэкранах, НАТОй пугали детей, а бойцы в армии тренировались на чучелах, одетых в натовскую форму. Военно-патриотический шар ненависти и страха надували старательно и вдумчиво, он качался над нашими головами — огромный и внушительный, не оставляя места даже для сомнений во враждебной сущности НАТО.
     На минувшей неделе и этот шарик лопнул. Теперь, оказывается, НАТО — соратник. Тот же генерал Балуевский, раньше ругавший политику блока последними словами, не может нарадоваться на установление партнерских отношений, а о расширении на восток никто и не вспоминает. Все хорошо, зря вы нервничали, товарищи. НАТО — друг.
     И вообще приготовьтесь, сейчас будем надувать новый шар про друга.

* * *

     Подобных примеров можно привести сколько угодно. Скажем, саммит России и стран ЕС, проходивший на минувшей неделе. Он тоже был разрекламирован как большая победа — а как же, нас ведь признали страной с рыночной экономикой.
     ...На слух звучит как “срыночная экономика”. Положа руку на сердце, надо сказать, что такое определение подходит нам как нельзя лучше. Страны ЕС, видимо, тоже об этом догадываются. На самом деле они еще ее не признали, а только “выразили твердое намерение признать”. А Штаты, кстати, даже не выразили. Так что наша срыночная экономика — пока под большим вопросом. Но шар все равно уже надут, можно праздновать.
     Еще одна рекламная акция недели — раскол коммунистов. Исключение из КПРФ таких видных товарищей, как Селезнев и др., вызвало недовольство в рядах, теперь ряды расколются, половина уйдет к Селезневу в партию обновленных коммунистов, друзей президента Путина, а у Зюганова останутся одни ошметки, беззубые старухи и городские сумасшедшие. “Рейтинг коммунистов резко упал! — с восторгом объявляет телевизор. — Менее трети избирателей готовы сегодня голосовать за КПРФ!”
     Менее трети — это тридцать два процента, у коммунистов примерно столько всегда и было. И столько же будет, потому что за Селезневым уйдут единицы, лично заинтересованные в благорасположении властей. Иных причин уходить за ним — просто нет. Прав он или не прав — не так важно, но если он член партии, то должен слушаться, иначе зачем такая партия вообще нужна, если там каждый чего хочет, то и делает? Нигде — ни в одной политической или государственной структуре — не станут держать на ответственной должности человека, который не подчиняется решениям руководящего органа. Это нормально. Кто не согласен, тому — скатертью дорожка.
     Но рекламная кампания пошла, и сам президент гладит спикера по головке, и успокаивает, и обещает оставить спикером. И вот Селезнев уже почти герой, и шар его надувается, переливаясь радужными красками.
     Лопнет он, надо думать, на выборах, когда коммунисты, как обычно, наберут свою треть голосов.

* * *

     В общем, если принимать близко к сердцу и верить всему, что по телевизору говорится, раскручивается и надувается, — с ума сойдешь. Или будешь все время ходить расстроенный и подавленный от того, что патриотизм, победный дух и гордость за страну, не успевая толком обосноваться в душе, лопаются там вместе с радужными шарами. И постоянно ощущать себя жертвой, принесенной в угоду каким-то непонятным божествам.
    



Партнеры