Приговор по переписке

Детство с петлей на шее — 2

5 июня 2002 в 00:00, просмотров: 625
  На прошлой неделе “МК” рассказал страшную историю о том, как накануне майских праздников в далекой Танзании были приговорены к казни через повешение двое российских подростков — Иван Очиров и Дмитрий Косяков. Россиян приговорили к смерти, по нашему глубокому убеждению, совершенно безвинно. Сразу после нашего выступления МИД РФ, упорно молчавший накануне, сделал официальное сообщение, где утверждалось: чиновники начали принимать свои меры сразу после оглашения приговора.
     Однако мы утверждаем: если бы российские власти вмешались сразу, то Ване и Диме не пришлось бы пройти через побои и пытки в тюрьме Занзибара.
     Сегодня мы продолжаем тему, публикуя более подробный рассказ о злоключениях наших соотечественников.

    
     Иркутские врачи, нейрохирург Сергей Очиров и его супруга, доктор-лаборант Марина, приехали в Мозамбик в 1993 году в рамках межправительственного соглашения, чтобы лечить местных жителей. В 1996 году Марина Николаевна, уже как доброволец ООН, переехала в Танзанию, чтобы помогать африканцам бороться со СПИДом. Нужно сказать, что ВИЧ-инфекция для Африки сегодня — одна из главных проблем, которая одновременно является для многих стран Черного континента одним из главных источников пополнения бюджета. ООН вкачивает в Африку огромные средства для финансирования программ типа “Антиспид”.
     Россиян на острове было немного, и все хорошо друг друга знали. Ваня Очиров, поступивший в 97-м году на Занзибаре в профессиональную школу подводного плавания, особенно сдружился с Димой Косяковым и 15-летним Алешей Сотниковым. Друзья часто встречались, вместе проводили время, играли на гитаре, плавали. Одним словом, общались, как нормальные молодые люди.
     14 декабря вечером Ваня должен был улетать в Мозамбик, навестить отца. Накануне он и Дима решили поехать попрощаться с Алешей — семья Сотниковых снимала квартиру в коттедже на окраине Занзибар-тауна. Но, приехав к дому Сотниковых, друзья увидели замок на двери и, не слезая с мотоцикла, развернулись в обратную сторону.
     Около 9 часов вечера в местную пожарную часть поступил сигнал о дыме из квартиры Сотниковых. Огонь быстро потушили, но в одной из комнат был обнаружен труп Алеши Сотникова. А уже через несколько часов в дом Очировых пришли за Иваном.
     — Это был какой-то кошмар, — рассказывает Марина Очирова. — Нам даже не предъявили никаких документов. Просто спросили, кто Иван, и тут же его скрутили. А когда я попыталась протестовать, то врезали и мне.
     — Как?
     — Кулаком, по лицу...
     То же повторилось и в семье Косяковых. Несовершеннолетний Дима оказался вместе с Иваном в камере для взрослых преступников. Лишь через две недели судья вынес вердикт о заключении наших ребят под стражу на время следствия по обвинению в неумышленном убийстве.
     Еще более странно повело себя российское посольство в Танзании. Доку Завгаев, бывший руководитель Чечено-Ингушского обкома компартии, а ныне посол РФ, заявил, что он дипломат и в судебные дела не лезет. Родителям отказали в любой, даже самой элементарной помощи. Судя по всему, именно эта наплевательская политика родного государства и сыграла свою роль. Как правило, в подобных случаях местные власти все-таки опасаются международного скандала. Россия, имеющая более чем солидное представительство в ООН, могла в два счета решить эту проблему. Дело в том, что для Занзибара деньги ООН и доходы от туризма были чуть ли не единственным источником финансирования. Если пойдет слух, что на острове убивают белых, да еще сотрудников гуманитарной миссии, это может здорово навредить местным властям. А так выдвинутая версия очень хорошо сглаживала все разногласия — “это просто разборки между русскими”.
     С мотивом убийства получилось вообще абсурдно. Занзибарские следователи сначала предположили, что Ваня Очиров — агент КГБ. Однако потом, видимо, сообразили, что такая версия не подходит по возрасту. И заподозрили убийство ради денег. Однако позже и это обвинение пришлось снять. Короче, в итоге решили... судить пацанов вообще без всяких мотивов. Наиболее вероятную версию преступления местные полицейские почему-то в упор не желали замечать — Сотниковы были единственной белой семьей в районе. Причем район этот являлся одним из самых неблагополучных, полным наркоманами и нищими. У любого здесь могла возникнуть зависть к благополучной семье работников гуманитарной миссии, получающих огромные — по местным меркам — деньги...
     Но вернемся к хронологии событий. Следствие шло без малого три года. Первый суд состоялся в мае 2000 года. Что же накопали за это время местные сыщики? Ноль. За все это время ребята ни разу не были допрошены. Первые свои показания они дали только на суде. За три года так и не был установлен факт насильственной смерти Алеши. Полиция провела лишь поверхностный осмотр в доме и в качестве причины смерти предположила следующее: смерть могла наступить в результате удушья, ожога или удара по голове. Далее — еще больше. Не была установлена причина пожара. Здесь вновь одни предположения: либо поджог, либо короткое замыкание. То есть не следствие, а меню какое-то: какое у судьи будет настроение, такие варианты он и может выбирать.
     Собственно, судья именно так и поступил. Судил ребят нигерийский юрист, приехавший на Занзибар вершить правосудие по контракту. Выслушав дело, он тут же уехал обратно в Нигерию, выслав свой приговор по почте через год! Причем в своих выводах африканский специалист так и написал: поскольку прямых доказательств вины россиян нет, то приговариваю их за неумышленное убийство к 15 годам.
     Впрочем, спустя некоторое время выяснилось, что нигериец-то был добрейшей души человек. Занзибарское законодательство даже за неумышленное убийство предусматривает или пожизненное заключение, или смерть через повешение. Поэтому через год, 23 апреля 2002-го, был вынесен новый приговор — повесить! Теперь наших ребят могут казнить в любой момент...
     Особо хочется рассказать о содержании наших ребят под стражей. По сравнению с африканскими застенками наши тюрьмы — милые студенческие общежития. Все годы следствия ребята находились в переполненных камерах на страшной жаре, спали на полу. Поскольку по местным законам питание подозреваемым не полагалось, кормили Диму и Ваню родители. Если по каким-то причинам свидание не происходило, до следующего раза ребятам приходилось голодать. После года с небольшим Ваня Очиров, крепкий здоровый парень (ученик школы аквалангистов), попал в госпиталь с крайней степенью истощения и сердечной аритмией. Диму Косякова зверски избили только за то, что парень возмутился — после приговора им по-прежнему не давали еды. Его привезли без сознания в госпиталь с переломом челюсти, и через несколько дней он оглох на левое ухо. Нейрохирурги утверждают, что это — первый признак перелома черепа.
     И тем не менее ребята не сдаются. Ваня Очиров, владеющий пятью языками, пользуется невероятной популярностью среди заключенных — к нему выстраивается настоящая очередь на консультацию. В нищем Занзибаре, где простому человеку трудно нанять адвоката, это для многих — единственная возможность получить юридический совет. Сокамерники называют Очирова “доктор Ваня” — санитарный пост в местной тюряге не предусмотрен, и русский парень, который еще до ареста освоил при госпитале азы медицины, никогда не отказывает в помощи. С Димой “доктор Ваня” занимается португальским.
     — Знаете, ребята страшно тоскуют по России, — говорит мама Ивана, Марина Николаевна. — Им очень долго не разрешали читать русские книги, а когда разрешили, они немедленно запросили Чехова. Ваня очень любит Цоя и Розенбаума, а песню про уток всегда поет мне на свиданиях. Помните: “Учили отец мой да мать: летать так летать, лечить так лечить”... — Марина Николаевна плачет, потом собирается с силами и продолжает: — А вообще они не сдаются — крепкие ребята, настоящие сибиряки. У Вани, знаете, такой философский подход уже выработался ко всем бедам. Но если честно, он живет только надеждой на Россию. Не на этих чиновников, а на Россию. Верит: ну не может такого быть, чтобы своих ребят она бросила... Когда каждый день ждешь смерти, все эти понятия — Родина, родители, соотечественники — совсем по-другому воспринимаются. Помогите, пожалуйста, нам! Ведь больше некому!..
    
     Р.S. 13 июня у стен посольства Танзании в Москве состоится митинг протеста против расизма в этой стране. 14 июня Марина Николаевна Очирова улетает в Танзанию на приговор местного апелляционного суда.
    




Партнеры