МИНТАИная канцелярия

Евгений НАЗДРАТЕНКО: “Нужно вернуть подаренную американцам часть Берингова моря”

10 июня 2002 в 00:00, просмотров: 516
  Этой зимой Дальний Восток лихорадило — здесь шла великая битва за минтай. Речь идет не о том минтае, хвосты которого мы покупаем кошкам. А о “золотой рыбке”, которая ценится за рубежом наряду с крабами и является главным в рыбной отрасли поставщиком валюты в страну.
     Ситуацию с “золотоносным” минтаем уже называют катастрофой. Охотское море — единственное в стране, кроме Берингова, где водится этот “экспортный” минтай, — истощено до предела. Последняя путина закончилась на два месяца раньше срока — рыбы больше нет. По прогнозам ученых, в следующем году улов может быть нулевым.
     Как мы дошли до такой ситуации? Почему Россия стремительно перестает быть великой рыбной державой? С этими вопросами корреспондент “МК” обратился к председателю Госкомитета РФ по рыболовству Евгению Наздратенко.
  
   — Развал рыбной отрасли начался после приватизации, где она проходила в наиболее уродливой форме. Пострадали все рыбоперерабатывающие предприятия, которые оказались вынуждены искать для себя сырье самостоятельно. Многие из них разорились и продолжают разоряться — рыбакам выгоднее сдать улов японцам или корейцам. Разные страны мира буквально вычерпывают наши моря. Вы только вдумайтесь в эти цифры: Советский Союз продавал за рубеж лишь 20% рыбной продукции, все остальное шло нам, а сейчас соотношение изменилось с точностью до наоборот! Дальний Восток стал “рыбным цехом” Японии, Кореи. При том что в наших морях ловят рыбу все кому не лень, российских рыбаков отовсюду буквально вышибли. Россия не пролонгировала практически ни одного международного договора, заключенного при СССР. На Баренцево и Охотское моря сейчас легла тяжелейшая нагрузка...
     — Помнится, еще несколько лет назад лов в Охотском море хотели запретить на уровне правительства. Какова сейчас ситуация?
  
   — Действительно, Охотское море пытались закрыть дважды. Первый раз при Черномырдине, в 1996 году: уже тогда ученые прогнозировали, что через несколько лет минтая здесь не останется. Но тогда “минтаевое” лобби надавило на правительство, и все вернулось на круги своя. Второй раз указ о закрытии Охотского моря для промысла с 2002 года подписал, еще будучи премьером, Путин. И с этого года начался процесс поэтапного вывода иностранных кораблей из бассейна Охотского моря. Но проходит он очень тяжело. Во время межправительственной рыбной сессии в Южной Корее тамошний Минрыбхоз охраняли 19 полицейских автобусов — корейские рыбаки вышли на забастовку с требованием к России сохранить им прежние квоты на минтай. Но откуда мы их возьмем? У нас столько рыбы уже нет.
     СПРАВКА “МК”. Кроме Охотского и Берингова морей минтай водится только в Австралии. Австралийский не столь популярен в мире — он хуже нашего по качеству и дороже. А российский уникален тем, что жир, входящий в его состав, не окисляется. Потому он идет на производство дорогостоящих рыбных заменителей — суши, сурими, крабовых палочек. Филе российского минтая — один из самых ходовых товаров в Европе. Но на российский рынок такая рыба почти не попадает. В промышленности ценится только средний и крупный минтай, молодь рыбаки выбрасывают за борт. Поэтому численность рыбы в последние годы резко сокращается. Еще пять лет назад запасы минтая у нас можно было назвать неисчерпаемыми. Три года назад мы добывали 3,6 миллиона тонн минтая, год назад — 1,5 миллиона, в этом году — 900 тысяч тонн.
    
— Этот сезон для нас был очень сложным. Зимой с начала путины развернулась небывалая драка за минтай. Ведь это — самая валютоемкая рыба, за один сезон палубный супертрайлер зарабатывает на минтае до двух миллионов долларов чистой прибыли. Так вот, на аукционах (теперь наши рыбаки покупают право ловить рыбу на аукционах. — Авт.) минтай шел по какой-то фантастической цене, 800 долларов за тонну. Получается, сырье предлагали вдвое дороже его средней рентабельности, ни в одной стране мира нет таких цен. Неизвестно, сколько предприятий в этом сезоне обанкротилось. Известно только, что в четырех из шести приморских регионов налоговые поступления сократились на 8—15 процентов.
     — Все, что вы рассказываете, — ужасно. Можно ли найти какой-то выход из данной ситуации?
 
    — Ужасно? На самом деле все еще хуже. Вслед за иностранными придется выводить из Охотского моря и наши корабли. Но вся беда в том, что выводить их не-ку-да! У нас больше нигде нет минтая. Существенным подспорьем стала бы наша бывшая территория в Беринговом море, больше десяти лет назад подаренная американцам министром иностранных дел СССР Эдуардом Шеварднадзе. Это целых 8 тысяч 230 квадратных километров!
     СПРАВКА “МК”. О т.н. линии Бейкер—Шеварднадзе “МК” уже писал. В 1990 году во время визита в США Шеварднадзе “избавил” Россию от затянувшейся проблемы с границей в Беринговом море. Во время встречи с госсекретарем США, г-ном Бейкером, он просто провел на карте прямую линию. И тем самым отрезал от нашей морской территории 8 тысяч 230 квадратных километров. Американцы сразу же ратифицировали подписанный Шеварднадзе договор. Российская сторона его до сих пор не ратифицировала.
  
   — Это просто пиратство! Интересно, отрезал бы сейчас Шеварднадзе такой же кусок от Грузии в пользу соседней страны? Думаю, Бейкер ошалел от такой щедрости. Делалось все втихаря, Рыжков лично говорил мне, что правительство в курс дела даже никто не вводил. Впрочем, об этом вообще никто не знал. На тот участок между нашими рыбаками даже были распределены квоты. И когда во время путины они прибыли на старое место лова, их встретила американская береговая охрана. С тех пор американцы не подпускают нас к линии ни на кабельтов, они охраняют ее так, словно это национальная граница: преследуют наши корабли, стреляют. Но ведь это не граница! Ни на одном корабле капитаны не выкинули старых карт. Потому что новых, с линией Бейкера—Шеварднадзе, быть не может, пока договор не ратифицирован парламентом.
     — Если эту территорию каким-то образом удастся вернуть, что получит от этого Россия?
    
— Каждый год на подаренной американцам территории мы теряем минимум по 200 тысяч тонн минтая! Крупного, породистого — не смейтесь! Это самый продуктивный шельф Берингова моря, как раз здесь рыба набирает жирок и становится особенно ценной для промышленного производства. В этом районе можно было бы разместить около 500 высокопроизводительных кораблей и обеспечить работой несколько тысяч человек.
     — Как вы считаете, что должны предпринять власти, чтобы вернуть России утраченную таким глупым образом территорию? После нашей статьи один из комитетов Госдумы взялся вроде расследовать ситуацию, даже хотели создать специальную комиссию, но пока о результатах ничего не слышно.
  
   — Может быть, вызывать на ковер Шеварднадзе и не стоит. Но созвать в Думе совещание по этому вопросу нужно. Со своей стороны мы, я имею в виду Комитет по рыболовству, готовы дать всю информацию и высказать точку зрения по этому вопросу. Юристы могли бы объяснить депутатам, насколько правомерна сложившаяся ситуация. Вначале провести переговоры на уровне спикера Думы Селезнева и его коллеги с американской стороны, а затем постепенно развивать тему. Кроме того, на днях мы обратились к нескольким российским законодательным собраниям с тем, чтобы те вышли с инициативой пересмотреть линию Бейкера—Шеварднадзе.
    


Партнеры