Фонтан “Золотой голос”

14 июня 2002 в 00:00, просмотров: 231
  Когда-то кресла в зале заседаний Госдумы были красно-бордовыми. Потом их поменяли — обивка стала серовато-бежевой. Хоть это новшество и было чисто “хозяйственным”, но весьма удачно легло в канву политических изменений последних лет.
     Хотя на прошлых думских выборах КПРФ и лидировала по партийным спискам, провела в Думу 46 одномандатников и создала “сателлит” — Агропромышленную группу, левые получили возможность контролировать лишь меньше трети от общего числа депутатов. Для того чтобы диктовать свою волю в парламенте — явно недостаточно.
     Голосование коммунистов за разные законы чаще всего напоминает спектакль в ТЮЗе: можно “постоять на голове”, побузить, но зрители в зале понимают — все это понарошку... А можно и не бузить — если режиссер уж очень просит, чтобы все было чинно-благородно. И пусть в этом случае зрители (читай: электорат) недовольны вялостью действа. Главное, чтобы зарплату в бухгалтерии вовремя платили!
   
  В начале 2000-го, перед президентскими выборами, отношение Кремля к КПРФ в Думе было скорее союзническим. Они вместе дружили против ОВР. Чтобы не допустить избрания Евгения Примакова спикером, Кремль отдал коммунистам целых девять думских комитетов (те самые, которые совсем недавно отобрал) и спикерское кресло.
     Осчастливленные такой “благодатью”, красные позабыли про свою идейность. И в числе прочего поспособствовали узакониванию новой госсимволики: левые отдали часть голосов за трехцветный флаг, хотя и продолжают называть его “власовским”, и двуглавого орла...
     Еще один знаковый эпизод: в том же 2000 году, в сентябре, Дума обсуждала постановление о создании независимой депутатской комиссии по расследованию обстоятельств гибели “Курска”. Не секрет, что среди военных, в том числе и моряков, немало тех, кто голосовал за КПРФ. И как же отнеслась партийная фракция к анализу причин трагедии? За постановление не проголосовало ни одного коммуниста, а 67 “красных” вообще не приняли участия в голосовании!
     ...Нынче, критикуя курс России, члены КПРФ предпочитают “персонально” нападать не на президента, а на правительство. В первую очередь на его главу Михаила Касьянова. Однако давайте вспомним, как шло голосование в Думе за то, чтобы его назначили премьером. “Против” было лишь 28 человек, а “за” — 36. Семнадцать членов фракции опять-таки не проголосовали вовсе, еще семеро, показав “принципиальную” гражданскую позицию, воздержались...
     “Мать-земля русская” — понятие, часто встречающееся в опусах левых. Но, похоже, на чистоту этой самой “матери-земли” им откровенно наплевать. Пример? Пожалуйста. В апреле 2001 года Дума принимала во втором чтении поправку к закону “Об охране окружающей среды” — о ввозе ядерных отходов в Россию. “За” высказалось больше трети “красной” фракции — 33 человека, “против” — 20, а 31 (!) опять ушел от голосования — эти товарищи спрятали голову в песок. Только вот песочек, увы, может оказаться радиоактивным.
    
     Иногда, когда речь идет о проблемах, совсем уж для коммунистических избирателей небезразличных (например, об обороте сельхозземель), фракция КПРФ все же “трепыхается” и фонтанирует, поднимая шум вокруг неприемлемых, на их взгляд, инициатив.
     Попытки перенести, отложить рассмотрение законов (на осень, на весну, до всенародного обсуждения, хотя бы на неделю), апелляция к мнению регионов, громы и молнии в зале, пикеты у стен Госдумы — вот средства из их скудного арсенала. В зале заседаний левые ведут себя очень активно: среди выступающих и желающих задать вопросы докладчикам их, как правило, подавляющее большинство. В последнее время все чаще коммунисты выступают в Думе в роли резонеров: “Ай-ай-ай, как нехорошо, центристы! Рот затыкаете, обсуждать закон не хотите, регламент нарушаете!” Все чаще вспоминают коммунисты противное им прежде слово “демократия”, напоминая о правах меньшинства. Вот что значит почувствовать на своей шкуре, что такое быть в меньшинстве: в прошлой Думе те же коммунисты с удовольствием сворачивали обсуждение и сквозь пальцы смотрели на соблюдение процедуры, если это было им политически выгодно.
    
     Лоббистские возможности коммунистов в Думе сейчас сильно ограничены. В 2000 году при работе над бюджетом на 2001 год они голосовали “против”, но при дележке денег на конкретные объекты (это называется “федеральные инвестиционные программы”) выбили для своих чуть ли не больше всех. Потому что инвестиционные деньги делились в основном в Комитете по промышленности, строительству и наукоемким технологиям, который до недавнего времени возглавлял коммунист Юрий Маслюков. Но при работе над бюджетом на 2002-й правительство, опираясь на сложившееся в Думе большинство, чувствовало себя более уверенно и откровенно поддерживало лишь выделение денег на “центристские” объекты. Коммунисты были взбешены, но поделать ничего не смогли...
    
     Партийная и фракционная дисциплина в КПРФ — понятие относительное. Чтобы кого-то исключили за неправильное голосование или заявления, не совпадающие с линией партии, — такого в этой Думе еще не было (хотя случалось в других депутатских коллективах — ОВР, “Единстве” и “Народном депутате”). Регулярно по 2—3 человека, а то и больше, идут не в ногу с фракцией по тем или иным вопросам. Например, за “антинародный” трудовой кодекс проголосовали три коммуниста, за третий срок для губернаторов — один, за бюджет на 2001 год — двое (один из них Геннадий Селезнев).
    
     Потери комитетов и поста спикера для КПРФ — тяжелая утрата, сколько бы они ни утверждали обратное. Эта партия — партия советского типа, члены которой привыкли к тому, что каждая следующая ступенька в партийной карьере должна сопровождаться определенными льготами и привилегиями. Как было в СССР — чтобы знать, к чему стремиться. Отсюда и “милые слабости”, присущие левым. Эти защитники народа обычно с готовностью поддерживают любые предложения по расширению депутатских привилегий (например, они голосовали за новый закон о статусе, устанавливающий для депутатов пенсию в размере 75% министерского оклада, — “за” высказалось 87,6% состава фракции!), а потом наотрез отказываются отменять эту льготу. Притом что другие доходы народных избранников от КПРФ тоже, судя по всему, не мизерные. Иначе почему бы в этом году, обсуждая поправки в уже упомянутый закон о статусе, которые подразумевали, что депутаты должны публиковать свои декларации о доходах, “против” было лишь 9 коммунистов, “за” — ни одного, а 75 человек дипломатично не проголосовали...
    


    Партнеры