Прах-человек

Как один батюшка епархию запугал

17 июня 2002 в 00:00, просмотров: 215
  Крещеный мирянин может практиковать веру, посещая храм, а может и вовсе не ходить в храм, никто его к тому не обязывает — это дело совести. Однако, отлепившись от Церкви, человек волей-неволей становится объектом собственных предубеждений — начинает быть подвержен приметам, наговорам, сглазам. То есть тем вещам, которые от веку существовали в любом народе параллельно Церкви.
 
   
     Ивсе же не устает удивлять тот факт, что отдельные представители духовенства сами являются проводниками бытового оккультизма. Наибольшую известность по этой части снискал себе архимандрит одного женского монастыря, что в Ивановской губернии. Назовем его, к примеру, отцом Арефой (Карабасовым). Так вот этот самый отец Арефа — большой любитель навести на неугодных ему людей порчу. Приехавший от него на днях священник рассказал, будто видел в монастырской трапезной ивановского батюшки прибитых к стене гвоздями кукол. Куклы эти символизируют неугодных ему людей — ослушников и обидчиков. Скажем, запретил батюшка Аленушке идти замуж за Иванушку, а она взяла и вышла без батюшкина благословения — значит, прибить ее гвоздем к стене, чтоб жизнь медом не казалась. Хворает Аленушка в женах или родить не может или еще что, а отец Арефа смотрит на “ее” куклу за трапезой, шепчет что-то да улыбается.
     Прихожане отца Арефу боятся как огня и пугают им других: “Да ты что, не знаешь, он же тайный цыган, у него штатные оккультисты есть. Натравит — несдобровать! Женщины все от рака помирают, мужики сплошь в автокатастрофах гибнут...” — такие вот в монастырском храме разговоры ведутся. Да что в храме, уедет куда-нибудь человек, хоть в Москву, и тут ему неспокойно, потому что у батюшки глаз-алмаз — он, если захочет, под землей достанет. Никуда от него не спрячешься. А батюшка Арефа знай себе трапезничает да на куклы поглядывает. А в трапезной у него все больше новые русские кушают. Батюшка кого из них венчал, кому ребеночка крестил, кого на путь истинный наставлял. Любит он с новыми русскими: они народ щедрый, на храм отстегивают регулярно. А не отстегнет какой из них — пришпилит гвоздем к стене. Будет такой печенью маяться, либо тормоза на трассе откажут.
     Есть у отца Арефы солидная коллекция видеозаписей — его любовь и гордость. Там все последние всхлипы и стоны его ослушников зафиксированы. Духовный ли сын, духовная ли дочь, покинувшие его, перешедшие в другой приход, утаившие что сладкое на исповеди, — обязательно слягут. Лишь только это случается, соколы батюшки Арефы тотчас слетаются к нему докладывать: “Прав ты был, отче, ой как прав!” Батюшка улыбается, однако к больному не торопится, ждет, пока болезнь поглубже в организм залезет. А как только ему об этом сообщают, хватает видеокамеру и спешит к одру, где душа христианская уже готова отойти к небу. Там он запечатлевает несчастную на пленку, повторяя: “Говорил я тебе, бросила батюшку, хотела как сама. Вот и получай итог твоей гордости”. Потом “кино” снимает морг, кладбище, надгробные речи, поминки... Бывает батюшка Арефа сам выезжает на место автокатастрофы какого-нибудь своего “крестника” и так же все подробно фиксирует на камеру. Этими фильмами ужасов он потчует паству, сотрапезников: мол, знай да не зазнавайся! Ну сущий оккультизм!
     А еще отец Арефа, исполняя должность игумена (духовника) женского монастыря, зарекомендовал себя с самой моральной стороны. По слухам, известными услугами, кои могут предоставить подчиненные ему молоденькие матушки да послушницы, он не пользуется. Зато имеет строгую привычку постращать некоторых из них. Но перед этим обязательно “заведет”, распалит, попросит раздеться. И вот когда такая разденется, он берет ее за руку, подводит к зеркалу и говорит: “Ну посмотри на себя, какая ты есть вся бесстыжая и голая. Гляди, гляди глазами своими козьими блудливыми и помни, что, кроме батюшки, никто тебе на твой позор не укажет! Но это между нами... Одевайся”, — и смотрит, чтоб одевалась непременно при нем, как и раздевалась.
     Порой отец Арефа читает монахиням и пастве свою книгу “Тайная исповедь при духовном руководстве женщин”. Книга хоть и компилятивная, но собрана основательно. Руководствуется ей батюшка во всех случаях жизни. Такое бывает у прихожанок на исповеди выспросит, что те потом не знают, куда глаза со стыда девать. Передали устной почтой такой случай. Батюшка Арефа исповедует молоденькую монахиню: “Много ли руками грешила, отвечай!” Она: “Да бывает, батюшка, то узелок не так завяжешь, то золотую ниточку порвешь...” Отец Арефа серчает: “Я тебя не про золотошвейное дело спрашиваю, а про рукоблудие!” — “Ой, а я и не знаю, что это”, — конфузится монахиня. “Ладно, — мягчеет наставник, — садись ближе, расскажу, что сие такое есть”. И рассказывает. Долго, с воодушевлением, чуть не облизываясь... Как прокомментировал ситуацию один очень маститый протоиерей, преподаватель и профессор богословия, нашлись бы две-три бывалые проститутки, пошли бы к нему в монастырь и, как Шахерезада, рассказывали бы ему ночи напролет сказки про свою забубенную жизнь, глядишь, их бы за этот подвиг к лику святых причислили. Все боятся отца Арефу, потому что он неслыханную власть над душами имеет. Боятся и уважают. А уважая, во всем советуются. Дефолт? Сразу все бегут к батюшке: “Помоги, отец родной, расскажи, что делать?” — “А будто не знаете! Не торопимся, спокойненько все фуры с таможни перегоняем сюда, весь товар держим здесь. Не торопимся, поняли, товар не сбрасываем, не топим, валюту тоже всю ко мне, а я помолюся, чтоб дефолт-то пережить. Уж я помолюся!” — “А за нас, батюшка, помолишься?” — “За всех помолюся, а за кого не помолюся, считай — ни здоровья, ни денег, прах-человек!”
     Согласно опросу, проведенному социологическим центром МГУ, среди христиан верят в колдовство, порчу и дурной глаз 47 процентов, в спиритизм — 18 процентов... “В условиях, когда лишь один священник из десяти имеет хотя бы семинарское образование, — пишет диакон Андрей Кураев в книге “Оккультизм в православии” (а такова сегодня статистика нашей Церкви — после того как 200 000 священнослужителей были расстреляны большевиками за годы их власти), — священник слишком часто оказывается воспитан и воспитуем своими прихожанками. Его знания ненамного отличаются от знаний клирошан, и он, увы, не всегда может отличить святоотеческое учение от сплетни...” Так что о чем тут размышлять — с кем поведешься, от того и наберешься.
    


    Партнеры