"Бриллиантовая двойка"

За военными песнями Высоцкого стояли реальные герои

22 июня 2002 в 00:00, просмотров: 3176
  “Братские могилы”, “Штрафные батальоны”, “Тот, который не стрелял”, “Разведка боем”... — песни, по которым поколение, появившееся на свет спустя двадцать лет после победы в Великой Отечественной, узнавало правду о войне. Ему писали фронтовики со всего Союза: “Были ли вы на Третьем украинском фронте?”, “Не тот ли вы Владимир Высоцкий, с которым под Оршей мы выходили из окружения?” А Владимиру Семеновичу, когда началась война, было всего три года, когда закончилась — семь.
     С детства он как губка впитывал рассказы отца, Семена Владимировича, — военного связиста, дяди, Алексея Владимировича, — полковника-артиллериста и их друзей-фронтовиков. У многих героев военных песен Высоцкого — реальные прототипы, именно поэтому все они написаны от первого лица.
 
    Когда умер дядя Владимира Высоцкого, впереди гроба летчики несли на сафьяновых подушках только ордена. Медали класть было некуда... Рядом шагал друг семьи — дважды Герой Советского Союза, генерал-полковник Николай Михайлович Скоморохов. Именно этому легендарному вояке Высоцкий посвятил “Балладу о погибшем летчике”.
     Удалось найти старую магнитофонную запись одного из многочисленных концертов Высоцкого. Владимир Семенович рассказывает историю написания своей песни. Оказывается, в 43-м году, во время воздушной битвы над Кубанью, капитан Николай Скоморохов потерял лучшего друга. Его машину сбила немецкая “бриллиантовая двойка” — самолеты, летающие в паре. “Бриллиантовыми” называли летчиков знаменитой дивизии “Удэт”. Все они были кавалерами бриллиантовых крестов, лично награжденные Гитлером.
     Скоморохов начал вылетать на индивидуальную охоту, искать именно тех двоих из “бриллиантовой двойки”. Он запомнил номера на фюзеляжах. В очередном бою Николай нашел и уничтожил обоих. Один из немецких асов успел спрыгнуть из горящего самолета на парашюте, попал в плен. При допросе спросил: “Кто меня сбил?” Когда услышал: Скоморохов — не поверил: “Это неправда. Нас всегда предупреждали, когда Скоморохов в воздухе”.
     Владимир Высоцкий ошибся в одном. Как удалось выяснить, лучший друг Николая Михайловича его тезка Николай Горбунов погиб не над Кубанью, а в небе над Будапештом.
     — Это было в самом конце войны, в мае 44-го, — рассказывает двоюродная сестра Владимира Высоцкого Ирэна. — “Бриллиантовая двойка” — гордость фашистских люфтваффе — сбила над Дунаем близкого друга Скоморохова — Николая Горбунова. Прозевал ведомый...
     Летчик ходил чернее тучи, спал урывками, все рвался в воздух. Спустя сутки все-таки достал “мессера” на вертикали и очень сожалел, что немецкий самолет взорвался. Попробуй теперь узнай, кто был его противником. А то, что “мессер” пилотировал отменный ас, — Скоморохов почувствовал еще в начале боя.
     Спустя две недели Николая атаковала в небе четверка “желтококих” фашистских истребителей. Один из “мессеров” все время тянул вверх — набирал высоту. Скоморохов принял вызов. Его “Лавочник” не отставал. Высота росла. Шесть тысяч, шесть пятьсот, семь... Что фашист задумал, в горячке боя понять было трудно. Солнце ослепило Скоморохова. Разворот — и немец бросил машину в лоб. По почерку фашист напомнил Николаю летчика, сбитого им две недели назад. Этот тоже обрывал сложные фигуры высшего пилотажа на самых невероятных местах. Прибор высоты — альтиметр показывал девять тысяч двести. Самолеты с бешеной скоростью сближались, оба летчика нажали на гашетку... В глазах у Николая потемнело, какая-то сила начала вращать “Лавочник” вокруг оси. Скоморохов провалился в пустоту... В шлемофоне послышался голос: “Лавочник”, “Лавочник”! Кто штопорит?!” Собрав остаток сил, Николай глубоко вздохнул и, пересилив себя, открыл глаза. Он успел заметить белое полотнище парашюта.
     Сбитый летчик на допросе с вызовом заявил: “Бриллиантовая эскадра! Я есть заместитель командира эскадры. Я есть ас — пятьдесят шесть самолетов на счету”.
     Выяснилось, что две недели назад Николай сбил командира — лучшего летчика эскадры.
     “Кто-то скупо и четко отсчитал нам часы
     Нашей жизни короткой, как бетон полосы.
     И на ней — кто разбился, кто взлетел навсегда...
     Ну а я приземлился, а я приземлился —
     вот какая беда”.
    
Написал Владимир Высоцкий в память о Скоморохове и его погибшем друге .
     А Николай Михайлович после войны окончил Военную академию имени Фрунзе, стал маршалом авиации. Ему повезло — во время Великой Отечественной более шестисот раз поднимался в небо на своем “ястребке”, уничтожил 46 фашистских самолетов, не был ранен, его самолет не горел, ни разу не был подбит. А погиб Скоморохов после войны — в автомобильной катастрофе.
     А песню “Тот, который не стрелял” Владимир Семенович, как рассказала нам двоюродная сестра Высоцкого Ирэна, посвятил генерал-полковнику в отставке Ивану Колесникову. Это был еще один близкий друг дяди Высоцкого, который во время войны служил командиром батальона. После победы Колесников занимал в военном ведомстве высокий пост и очень не любил вспоминать, что на фронте его приговорили к расстрелу за измену Родине и он чудом спасся.
     Во время обороны села Плавни у батальона, которым командовал Колесников, оказались открыты фланги. Из-за паники они сообщили об этом командованию открытым текстом. Немцы перехватили сообщение и начали их давить. Иван приказал отступать. Несмотря на то что был он человек заслуженный, награжденный, за этот приказ по навету особиста его арестовали. Как в песне, в Колесникова должен был стрелять “поутру из ружей целый взвод”. Но приказ не был приведен в исполнение — начался сильный артобстрел, батальон отошел, потеряв много людей. Его командиру “не пришлось загнуться”, и он “довоевал”.
     Когда Владимир Высоцкий спел песню “Тот, который не стрелял” самому Колесникову, тот долго молчал, а потом сказал: “Да, это было, точно было...”
     Когда Высоцкого спрашивали, почему у него так много песен посвящено Великой Отечественной войне, он отвечал, что “у каждого из нас болит совесть, что мы не приняли участие в этих сражениях”. Возможно, что Владимир Семенович, который по натуре, как он сам признавал, был солдатом, в песнях “довоевывал” за тех, кто “не вернулся из боя”.
    


    Партнеры