Шпиону - шпионская смерть

Последняя тайна Эдварда Ли Ховарда — русского “крота” в ЦРУ

5 августа 2002 в 00:00, просмотров: 1032
  О том, что бывший офицер ЦРУ, агент КГБ Эдвард Ли Ховард умер, стало известно лишь 22 июля, спустя десять дней после его смерти. Как и жизнь, гибель шпиона до сих пор полна странностей и недомолвок. Хотя прошло уже достаточно времени, официальная причина смерти до сих пор неизвестна.
     Первые сообщения о его смерти, как в советские времена, появились в западной прессе. Некий друг Ховарда сообщил, что тот погиб, упав с лестницы на своей даче в подмосковном закрытом поселке Жуковка и сломав шею.
     В любом случае наступил финал одной из самых знаменитых шпионских историй “холодной войны”. 50-летний Ховард был первым оперативным сотрудником ЦРУ, перешедшим на сторону СССР.

     Ховард родился в 1951 г. в Аламогордо, недалеко от полигона, где прошли первые в мире испытания атомной бомбы. Его отец — специалист по ракетному вооружению — служил на местной авиабазе. Мать была испанкой из Нью-Мексико. Семья постоянно моталась по стране из-за частых переводов отца с одной базы на другую. В 1972 году Ховард окончил Техасский университет, недолго поработал в ирландской компании “Эксон Корп”, а затем завербовался в Корпус мира и оказался в Колумбии. Там он встретил будущую жену, такого же добровольца, как и он сам. Вскоре Корпус мира остается в прошлом, а Ховард уже магистр по управлению бизнесом в Перу. В 1980 году с ним выходит на связь отдел кадров ЦРУ, куда годом ранее он отослал документы о приеме на работу.
     Около года Ховард был “курсантом” и прошел 18-недельный курс разведывательной подготовки в Кэмп-Пири, учебном центре ЦРУ.
     В 1981 году Эдвард Ли Ховард официально поступил на службу в ЦРУ, в отдел СССР и Восточной Европы — самую засекреченную часть оперативного управления, но уже через два года был уволен. Его вместе с женой Мэри, тоже сотрудником разведки — секретаршей начальника оперативного управления, хотели отправить на ответственную работу — в Москву, где он должен был “вести” нескольких агентов под дипломатическим прикрытием и под чужой фамилией. Именно для московского направления его и готовили. Его даже ознакомили со списком псевдонимов основных советских агентов, завербованных ЦРУ. Но Ховард не прошел тест на детекторе лжи в канун отъезда. Он употреблял наркотики еще со времен службы в Корпусе мира и попытался безуспешно скрыть это. Кроме того, по итогам проведенного расследования он был обвинен в мелкой краже и злоупотреблении алкоголем. Женщина, сидевшая рядом с ним в самолете, обвинила его в краже кошелька.
     ЦРУ помогло своему бывшему офицеру с работой — он стал экономическим аналитиком в законодательном собрании штата Нью-Мексико в городе Санта-Фе. К этому времени у него и Мэри родился сын. Однако Ховард не прекратил пить и в феврале 1984 года сцепился с кем-то в баре, начал стрелять по машине своих противников из “магнума” 44-го калибра, но, к счастью, ни в кого не попал. И в этом случае ЦРУ пришло бывшему сотруднику на помощь, хотя суд признал его виновным. Ранее у Ховарда не было судимостей, поэтому его освободили под подписку о невыезде, осудили условно на пять лет и назначили принудительное лечение в психиатрической клинике. Его мучила обида за испорченную карьеру разведчика, и он решил помогать советской разведке.
     Через три месяца он тайно приобрел недельный тур и вылетел в Европу “для закрепления реабилитационного курса”. Именно тогда Ховард впервые пошел на контакт с нашими разведчиками, просто придя в советское консульство в Вене.

* * *

     Вторая встреча состоялась в начале 85-го года. Личное активное участие в перевербовке американца принимал экс-генерал КГБ Олег Калугин... А курировал агента лично будущий председатель КГБ Владимир Крючков. После двух этих поездок Ховард показывал своим друзьям в Нью-Мексико новую коллекцию швейцарских золотых монет, дорогой “Ролекс”, а также, как пишет “Вашингтон пост,” головные уборы в русском стиле.
     Возможно, от Ховарда ждали информации о работе ЦРУ в Латинской Америке (соответствующее подразделение находилось в Санта-Фе).
     В августе 1985 года в американском посольстве в Риме попросил убежища сотрудник КГБ Виталий Юрченко. Допрашивал беглеца сотрудник ЦРУ Олдридж Эймс, который за несколько месяцев до этого начал работать на КГБ. Юрченко выдал американцам Ховарда как двойного агента — “крота”, работавшего на Москву. Он рассказал, что КГБ давно известна методика работы американской разведки, которую передал бывший агент ЦРУ по кличке Роберт. После некоторых сопоставлений ФБР пришло к выводу, что это Ховард, но на допросах тот отрицал свою вину. Видимо, тогда Ховард и решил бежать.
     Кстати, сам Юрченко тоже вскоре убежал от ЦРУ в посольство СССР, где заявил, что его похитили американцы. Служба внешней разведки еще долго будет хранить секрет, был ли побег Юрченко и выдача им Ховарда случайностью или хорошо законспирированной операцией прикрытия наших “кротов”. Эймс был задержан ФБР в 94-м, а Роберт Хансен — в прошлом году.

* * *

     Тем временем ФБР установило за его домом постоянное наблюдение, но это не помогло. За время подготовки в ЦРУ несостоявшийся резидент научился выявлять наружное наблюдение и уходить от него. Вечером перед побегом Ховард вместе с женой, нарядно одетые, выехали пообедать, по возвращении машину вела жена, а на пассажирское сиденье Ховард посадил манекен в такой же бейсбольной кепке, как у него, а сам улизнул. Войдя в дом, жена Ховарда начала звонить и проигрывать заранее сделанную Ховардом запись — таким образом, ФБР, прослушивая телефонные разговоры в этом доме, было уверено, что все его обитатели на месте. Тем временем сам Ховард уехал в аэропорт, оттуда — в Даллас, затем через океан — в Копенгаген и Хельсинки, где попросил убежища в советском посольстве. Очень скоро он пересек финско-советскую границу в багажнике посольской машины и попал в Москву. Советское правительство и КГБ предоставили ему квартиру и дачу. Ховард жил под Москвой как “гость государства”. Утверждают, что это он выдал России сотрудника разведки, работавшего под крышей посольства США, и за 150 тысяч долларов советского ученого — американского супершпиона в СССР Адольфа Толкачева, специализировавшегося на разработке технологии “Стелс” — самолетов-невидимок. Первого выслали из СССР, а второго арестовали, судили и расстреляли в 1986 году.
     Еще одной заслугой Эдварда считают выдачу информации о подземных кабелях “прослушки”. В 70—80-е годы подводные лодки США пытались подключиться к кабелям штаба советского ВМФ в Тихом океане и Баренцевом море. В итоге ЦРУ сумело провести “ремонтные работы” и установить подслушивающие устройства на линии правительственной связи за пределами Москвы. Но Ховард сдал эту информацию КГБ.
     Сам Ховард категорически отрицал, что выдал американских агентов. Но в ФБР считают, что из-за него были высланы из Москвы в 1984 и 1985 годах четыре сотрудника ЦРУ, работавшие под дипломатической крышей. В частности, второй секретарь американского посольства в Москве Пол М.Стромбаух, который и работал связным с Толкачевым, второй секретарь посольства Майкл Селлерс и военный атташе Эрик Сайтс.
     Жена перебежчика не была подвергнута преследованию за помощь в побеге. Ей и сыну Ховарда потом неоднократно удавалось встречаться с ним в европейских странах.
     Впрочем, существует легенда, что Ховард даже побывал нелегально в США через девять месяцев после бегства с фальшивым паспортом. Ему очень хотелось встретиться с женой. КГБ предупредило перебежчика, что жена немедленно донесет в ФБР. Но Ховард стоял на своем, и ему решили уступить. Подготовка длилась несколько месяцев, затем ему выдали настоящий американский паспорт на имя Скотта Алана Рота и отправили в Канаду, откуда он беспрепятственно въехал в США в июне 1986 года.
     Естественно, одного его не оставили. У Ховарда был с собой номер телефона некоего “друга”, который должен был доказать правоту КГБ. Телефон был записан задом наперед на крохотном листочке, моментально растворяющемся после проглатывания. Незнакомец назначил ему встречу в парке одного из городов Восточного побережья США и дал почитать секретные документы ФБР и министерства юстиции о его деле. Так Ховард узнал, что его жена — информатор властей. Он решил не встречаться с ней и вернулся в СССР, куда жена уже сама к нему приезжала.

* * *

     В 1987 году он посетил Венгрию, где даже дал интервью американскому журналисту. Но все изменил август 1991-го. США стали настаивать на выдаче Ховарда в обмен на экономическую помощь России. Он опять уехал в Будапешт, но под нажимом США был выслан.
     С декабря 1991-го он десять месяцев прожил в Стокгольме и даже получил там вид на жительство, но в августе 1992 года вынужден был опять вернуться в Россию. ЦРУ нашло его в Швеции и предложило все забыть в обмен на информацию о КГБ. Ховард отказался.
     К тому же подоспело дело Елены Орловой.
     28 августа 92-го года сотрудники ФБР заявили гражданке России Елене Орловой, что ей и ее дочери Саше запрещено покидать пределы США, где они находились по приглашению матери покойного мужа — советского разведчика Михаила Орлова (Гленна Майкла Соутера). Официальным предлогом послужило требование явиться в суд для дачи показаний по делу Эдварда Ли Ховарда. Дело в том, что на даче в Подмосковье они были соседями. В противном случае Орловой грозил арест.
     В 1988 году 30-летнему гражданину США Соутеру предоставили политическое убежище в СССР. Он был военным разведчиком — специалистом по спутниковой фотосъемке и работал на кораблях и базах 6-го флота. Соутер передавал разведданные ВМС США нашей разведке. ФБР взялось за его разработку, но в мае 1986-го он исчез, чтобы через два года объявиться в Москве. Гленн Майкл Соутер стал кадровым сотрудником КГБ СССР Михаилом Евгеньевичем Орловым. Женился на красавице-преподавательнице английского языка из Института разведки. Но 28 июня 1989 года покончил с собой. Завел автомобиль и закрылся в гараже. В предсмертной записке он завещал похоронить себя в форме советского разведчика.

* * *

     После исчезновения Ховарда руководство ЦРУ потребовало пересмотреть порядок подбора членов управления и порядок их подготовки. Но его побег отвлек подозрения от двух более крупных наших агентов — Олдриджа Эймса и Роберта Хансена, которыми ФБР заинтересовалось после расследования показаний перебежчика Юрченко. ЦРУ сочло, что именно Ховард выдал американских шпионов нашей разведке, и на какое-то время успокоилось, что дало возможность оставшимся агентам СВР еще какое-то время передавать информацию в Россию. Однако затем ФБР пришло к выводу, что Ховард мог знать только об одном двойнике, а следовательно, кроме него в ЦРУ работают и другие русские “кроты”.
     В 95-м в США вышли мемуары Ховарда — “Конспиративная квартира”. Впрочем, исследователи отмечали, что ничего нового своими воспоминаниями Ховард не сказал. “Его книга, как старая шляпа, навевает скуку”, — написал один из журналов.

* * *

     Он умер в коттедже, предоставленном ему нашей разведкой, где жил в тиши и одиночестве, лишь изредка наезжая в московскую квартиру. В последнее время выбирался в дальнее и не очень зарубежье. О “русском” периоде его жизни известно немного. Бывший шпион основал в Москве консалтинговую фирму, обслуживающую американские компании, открывающие филиалы в России.
     Ховард никогда не был верным семьянином, этаким классическим киношным цэрэушником. Он много пил, изменял жене.
     Нам удалось встретиться с бывшим сотрудником КГБ, сразу после побега охранявшего шпиона. В то время он жил не в Жуковке, а в Липках-2. Его дача располагалась рядом с шикарными особняками Зайкова и Ельцина. В пятикомнатном доме перебежчика обслуживали повар, горничная и круглосуточная охрана. Крепко выпив, Ховард любил, обманув охрану, пробраться на территорию дачи Зайкова и гулять там по тенистым аллеям парка. Кажется, ему доставляло истинное удовольствие обводить вокруг пальца сотрудников 9-го Управления КГБ. А уходить от “хвоста” бывший цэрэушник умел профессионально.
     Те сбивались с ног, пытаясь отыскать пропавшего подопечного, а он, в очередной раз подзаправившись спиртным, уже шагал в сторону Москвы. Два или три раза Ховарду это почти удавалось. Он сам останавливался возле поста ГАИ, чтобы уточнить, куда двигаться дальше. Там его обычно и забирали взмыленные и злые охранники. Но они все-таки любили “своего” шпиона. По словам моего собеседника, Ховарду несколько раз даже привозили дорогих девочек по вызову, до которых он был охоч. Впрочем, он вообще был совсем не равнодушен к женскому полу, хотя не забывал и жену, также изредка навещавшую Эдварда Ли.
     Затем Ховард переехал в Архангельское, после этого в Жуковку, и мой собеседник с ним уже не встречался. На вопрос, что же все-таки могло случиться, бывший охранник пожал плечами.
     — Так пить — надо иметь очень крепкое здоровье. К тому же он и раньше уже падал с лестницы. Правда, не со столь тяжелыми последствиями. А тут июль, жара... Может быть, сердечный приступ...

* * *

     Его покрытая пеленой недомолвок смерть породила в западной прессе многочисленные намеки на “странные обстоятельства”. Высказывались даже предположения, что это бывшие товарищи по тайной войне таким образом отомстили ему. Но ни одна разведка мира не взяла на себя ответственность за смерть Эдварда Ли Ховарда.
     Бывший глава Первого главного управления (внешняя разведка) КГБ СССР Леонид Шебаршин заявил, что не видит оснований сомневаться в сообщениях о кончине Ховарда. “Ничего не знаю о ее обстоятельствах, но считаю беспочвенными намеки на то, что этой смерти кто-то “помог”, — сказал Шебаршин. — Ховард никому не мешал, не представлял угрозы ни нашим, ни американским национальным интересам”.
     Другой соратник шпиона — ветеран нашей разведки, полковник в отставке и писатель Игорь Прелин был более откровенен. Он, кстати, лично знал Ховарда, а познакомился с ним в 1988 году, когда работал в пресс-службе КГБ и организовывал первое интервью перешедшего на нашу сторону советского сотрудника ЦРУ американской компании Эн-би-си. Прелин неоднократно бывал на московской квартире Ховарда, а в последний раз встречался с ним в ноябре прошлого года. “Тогда мы были с корреспондентами австралийского телевидения в пиццерии около гостиницы “Интурист”, ели пиццу, и все выпивали, кроме него”.
     — Пока доподлинно известно, что Ховард действительно умер, что его смерть была скоропостижной, скорее всего в результате несчастного случая, и к ней никто не причастен, — заявил Прелин. — Есть только несколько версий случившегося: фигурируют, например, несчастный случай, автомобильная авария, сердечный приступ.
     Эдвард Ли Ховард будет похоронен в США. Тело разведчика кремировали в Москве, и, по согласованию с американской стороной, жена и сын Ховарда отвезут урну с прахом на родину.
     После неопределенного молчания и вопросов журналистов разведслужбы вдруг заявили, что информация о причинах смерти бывшего американского разведчика будет одновременно обнародована в Москве и Вашингтоне 30 июля. Служба внешней разведки РФ и ЦРУ США так долго молчали по просьбе семьи Ховарда. Но затем спецслужбы вдруг отказались от такого заявления. Как всегда, без объяснения причин. Естественно, слухов от этого стало только больше...
    



Партнеры