"Здравствуйте, шикарный Фигаро"

Андрея Миронова не хотели похоронить на Новодевичьем

16 августа 2002 в 00:00, просмотров: 1585
  Этот день запомнился людскими слезами и проливным дождем. 15 лет назад в этот день умер Андрей Миронов. И страна, и природа оплакивали его каждая по-своему. Площадь Маяковского, если на нее смотреть сверху, напоминала один большой зонт, накрывший многотысячную очередь к Театру сатиры. Она пришла проститься со своим Фигаро.
     Время притупило боль потери, но не отменило скорбной даты. Похоже, не отменит никогда: как никого другого, Миронова помнят и любят. Время только поднимает цену его таланта. Недаром есть фестиваль его имени. Есть спектакль “Андрюша”. Есть звезда “Андрей Миронов”, которая летает где-то в бесконечности.
     Правда, до сих пор в Москве нет улицы его имени. Но есть несколько адресов, связанных с артистом.
    
     Адрес №1: Петровский переулок (бывшая улица Москвина).
     Средняя школа №1278 с углубленным изучением английского языка полвека назад значилась как мужская средняя школа №170.

     — Что вы, какое сочинение Миронова, все давно сдано в архив... — охладила наш пыл секретарь.
     — Да он был самым обычным учеником, чистым гуманитарием, — вспоминают учителя школы. — На уроках физики и математики ему было скучно. Больше тянуло к иностранным языкам и литературе. Вот если на школьных вечерах ставились какие-то пьесы или литературные постановки, Андрей был на коне.
     По словам учительницы истории, Андрей был невероятным аккуратистом — настолько всегда наглажен и начищен. “Он просто блестел”.
     На третьем этаже — стенд, посвященный именитым выпускникам. Под фотографией, с которой улыбается ученик Миронов, — комментарий: “В классе Андрей был неформальным лидером, заводилой, стержнем и душой всех интересных дел...” Но помнившие его учителя утверждают, что кумир женских сердец в школьные годы был тихим, скромным юношей.
     В свою альма-матер Андрей Миронов заглядывал нечасто. Но была у него любимая учительница географии. Незадолго до смерти он успел положить цветы на ее могилу...
     В школе сменилось не одно поколение выпускников. Мы решили выяснить, что знает молодая поросль о талантливом артисте, прославившем их школу.
     — Ребята, кто такой Андрей Миронов?
     Ответы самых мелких — второклассников — поражали информированностью и мифотворчеством:
     — Миронов — это певец.
     — Он в фильме стулья воровал. В полосатом пиджаке, длинном шарфе и в морской фуражке...
     — Миронов — ученый такой был. В школе нашей учился.
     — Андрей Миронов — это артист. В “Приключениях итальянцев в России” он за львом бегал. Еще он бриллиантовую руку Никулина хотел обворовать...
     Более продвинутыми в этом вопросе оказались старшеклассники.
     — Какие фильмы помните с участием Миронова?
     — “Соломенная шляпка”, “Достояние республики”, “Обыкновенное чудо”, “Мой друг Иван Лапшин”... У нас каждый год вечера памяти, посвященные Миронову, проходят.
     — Девчонки, а могли бы в Андрея Миронова влюбиться?
     — Если бы, как в фильме, оказались с ним на одном теплоходе, который шел в Стамбул, то, конечно, влюбились бы...
     И хором запели:
     — Весь покрытый зеленью, абсолютно весь, остров невезения в океане есть...
    
     Адрес №2: Триумфальная площадь. Театр сатиры.
     Каким был Миронов — здесь знают как нигде. Партнер — фантастический, но рядом с которым не расслабишься. Играть рядом с ним “вполноги” — это не проходило. Сам терпеть не мог халтуры. Накануне спектакля никогда не позволял себе выпивать. В театр приходил за несколько часов.
     Юрий Васильев:
     — Однажды он взял меня с собой на два концерта в Тирасполь, на ткацкую фабрику. Ну что такое Миронов и коллектив ткацкой фабрики?! Ему достаточно было выйти, чтобы женщины обомлели. Но мы приехали за несколько часов до начала, он поставил свет, придумал выход, прошел все с концертмейстером Инной Москвиной. У меня было ощущение, что концерт будет не на фабрике, а по меньшей мере в Кремлевском Дворце съездов...
     За время выступления он сменил две рубашки, и женщины прямо от станка принесли ему две новые.
     Любовь народа к Миронову — особая статья, имеющая много ярких иллюстраций. Например, такую: Новосибирск, ночь, работает только вокзальный буфет. Миронов с группой артистов, решивших прикупить выпивки-закуски после спектакля, стучится в окошко буфетчицы. Заспанная, она с недовольным видом открывает, но, столкнувшись с Мироновым, с ходу начинает петь:
     — А бабочка крылышками бяк-бяк-бяк-бяк!..
     Пока не закончила, товар не отпустила.
     Впрочем, находились отдельные несознательные элементы, которые возвращали звездного артиста на землю. Однажды за то, что автомобиль Миронова шел в левом ряду при свободном правом, его остановил гаишник. Артист вышел из машины, привычно улыбаясь и готовясь, опять же по привычке, отделаться автографом.
     — Ваши права! — строго сказал сержант.
     — Да я... вы что... — опешил артист.
     — Ваши права! Вы нарушили.
     — Вы меня не узнаете?!
     Миронов совершенно не ожидал такого поворота событий. После долгих уговоров он посмотрел на гаишника и серьезно сказал:
     — Далеко пойдешь, сержант...
     “Художника обидеть может каждый” — любимое выражение Андрея Миронова в этот момент было как нельзя кстати.
     Завидовали ему? Безусловно, как всякому таланту. В том же Новосибирске, где гастролировала “Сатира”, произошел прелюбопытнейший случай. Миронов шел по гостиничному коридору. Дверь в один из номеров была открыта, и он услышал, как один артист, игравший в “Женитьбе Фигаро” лакея, перед артистками разносил Миронова: “Как он ужасно играл! Вы видели?!”
     Обсуждение носило массовый характер. И вдруг на пороге возник Миронов. Немая сцена. Он выразительно посмотрел на лакея и ушел. На следующем спектакле после каждой мизансцены Андрей подходил к нему и спрашивал: “Ну как? Сегодня я хорошо играю?..” Лакей с трудом дотянул до конца спектакля.
     Андрей широкий был человек, щедрый. И шикарный. По размаху щедрости у него в “Сатире” был только один соперник — заместитель директора Геннадий Зельман . Конкуренты любили друг друга, но еще больше обожали необъявленную игру “кто кого”. Кто шикарнее накроет стол. У кого роскошнее будет букет для дамы...
     Администраторы знали, что если Миронов кого-то приглашал на свой спектакль, то всегда покупал билеты. Никогда не пользовался бесплатными пригласительными и контрамарками. Играл спектакль, а перед этим говорил: “Пожалуйста, организуйте стол для моих гостей”. Давал деньги, а после спектакля не всегда даже заходил. Его спрашивали: “Андрей Александрович, подойдете?..” — “Да нет, угощайте людей”. Или когда на гастроли уезжали, в аэропорту тоже всех угощал: понимал, что нет у артистов денег, суточные — 2 рубля 60 копеек.
     И никому в театре не отказал в просьбе: всегда ходил хлопотать за артистов — кому телефон, кому квартиру пробить. Только предупреждал: “Тогда-то я снимаюсь, не могу, но в назначенное время буду”. И точно приходил в начальственные кабинеты.
    
     Адрес №3: — не московский. Рига. Оперный театр.
     Время уносит в вечность детали, подробности и оставляет главное. А главное — он был великий артист для публики. И не потому, что так говорят о всяком, кто умер на сцене. Вокруг последнего мига жизни Андрея Миронова много слухов, и чем дальше, тем больше — легенд.
     Директор Театра сатиры Мамед Агаев в 1987 году работал главным администратором театра и является одним из немногих свидетелей тех трагических событий:
     — Спектакль идет. До конца остается буквально 3—4 минуты. Вдруг ко мне в кабинет прибегает наша актриса Таня Егорова , кричит: “Андрей упал на сцене!” Я в первую очередь звоню по “О3”, из кабинета выбегаю на сцену. А на сцене что творится: его положили на стулья, артистки кричат, а зрители — каждый — пытаются сунуть ему таблетки... Вот тогда я орал первый раз в жизни в театре — всех выгнал.
     Подъехала машина “скорой помощи”. Ему дали что-то выпить, и он начал говорить: “Сильно болит голова...” Больше он ничего не говорил. Кто-то рассказывает, будто он продолжал монолог Фигаро, — это вранье все. Спустили его в “скорую” на носилках — и в машине он хрипел сильно. И опять: “Сильно болит голова...” Это были его последние слова.
     Агаев с Ширвиндтом сели в машину и поехали за “скорой” в больницу. Приехали, вышла медсестра и начала снимать с него костюм. Пыталась снять грубо. “Дайте мне ножницы”, — сказал Агаев и разрезал театральный костюм. Сняли. Цепочку и кольцо отдали администратору, а тот потом передал Ларисе Голубкиной. И все.
     Известный врач-невропатолог Кандель , который знал Андрея и лечил его, оказался в это время в Риге. Он приехал в больницу минут через 20—25. Зашел к Андрею, вышел: “Ничего нельзя сделать. Конец”.
     — А то, что Андрея три дня держали “на аппаратах”, — это просто делали вид, что медицина боролась за его жизнь... — добавляет Агаев.
     16 августа, в половине шестого утра, ему позвонил в гостиницу дежурный врач реанимации и сообщил, что Андрей Миронов скончался.
     В тот же день руководство Театра сатиры приняло решение не прерывать гастроли.
     — Как вы считаете, это было верное решение — продолжать работать в такой момент, когда труппа лишилась своего короля, а до этого еще одного прекрасного артиста — Анатолия Папанова?..
     — Это была ошибка. Ведущие артисты уговаривали Валентина Плучека остановить гастроли. Но он не захотел. Он принял неправильное решение.
     — Театр продолжал играть спектакли. Кого отпустили на похороны?
     — Кто не был занят в спектаклях — все отправились в Москву. Кто хотел, тот уехал, и не было такого, чтобы театр отказался платить за билеты.
     Его привезли из морга к театру оперы, где выступали сатировцы. Артисты, жившие в разных гостиницах, кто смог или захотел, подошли попрощаться. Народу было немного. Из машины его не выносили, открыли заднюю дверь. Прощание длилось минут 5—10.
     Плакали все...
    
     Адрес №4: Ваганьковское кладбище.
     С местом захоронения Миронова были проблемы — те же самые, с какими в свое время столкнулись друзья и родственники Высоцкого.
     Александр Ушаков, друг Андрея Миронова еще со школы:
     — Со сводным братом Андрея — Кириллом Ласкари, с Геннадием Хазановым и руководителем одного из комитетов тогдашнего Моссовета, Александром Никитиным , мы встречали на Рижском вокзале Ларису Голубкину. Разговор был только об одном: где похоронить Андрея?..
     В нарушение всех существовавших строжайших бюрократических правил и условностей Лариса из кабинета Никитина по “вертушке” позвонила тогдашнему члену Политбюро, министру обороны Дмитрию Язову и просила оказать содействие в захоронении Андрея на Новодевичьем кладбище. Язов хорошо знал и любил Андрюшу. Он обещал перезвонить через несколько минут.
     Перезвонил: “К сожалению, в Москве сейчас нет Ельцина (в то время первого секретаря МГК партии), а без него этот вопрос решить никто не может”. Председатель Комитета по культуре Москвы Игорь Бугаев сам нашел Ларису и сказал, что есть решение Моссовета: похоронить Андрея не на Новодевичьем, а на Ваганьковском кладбище.
     Мы поехали на Ваганьково. Просили похоронить Миронова рядом с церковью, недалеко от входа, — сказали: “НЕЛЬЗЯ”. Были места и около колумбария — тоже “НЕЛЬЗЯ”. Это теперь стало можно хоронить и около церкви, и около колумбария, но для народного артиста России Андрея Миронова там места не нашлось...
     Я поехал к Марии Владимировне Мироновой. Она сказала: “Я должна сейчас быть одна: я не верю, что он умер. Поверю только когда увижу его на кладбище, а для этого мне нужно за оставшиеся два дня набрать очень много сил”.
     За час-полтора до отъезда на прощальную панихиду в Театр сатиры к моргу Института Склифосовского приехал Иосиф Кобзон и привез белый смокинг для последнего свидания Миронова со зрителями: “Лара, Андрюша перед отъездом в Ригу примерял этот смокинг. Он ему очень понравился, и мы договорились, что после его возвращения с гастролей смокинг будет его”. Но Лариса настояла, чтобы Андрей был одет в черный смокинг. А не в костюм Фигаро, как теперь рассказывают.
     На Ваганькове от самых ворот до могилы под дождем в два-три ряда стояли скорбные люди. Перед гробом шел Роман Карцев и последний путь Андрея устилал цветами...
     Поклонницы Миронова, которые давно выросли, продолжают отправлять на его адрес письма. С такими строчками: “Здравствуйте, шикарный Фигаро...”
    


    Партнеры