Действуй, сестра!

Динара САФИНА в эксклюзивном интервью “МК”: “Слава брата на меня больше не давит”

20 августа 2002 в 00:00, просмотров: 394
  Кто талантливей: Марат или Динара — рассудит время...
     Многие не спали в ночь после недавней победы 16-летней теннисистки в польском Сопоте-2002, взбудораженные успехом восходящей теннисной звезды. Родители, испанский тренер, даже глава российской сборной Шамиль Тарпищев. Единственным, кто спокойно отключился с чувством выполненного долга, была сама Динара.
     Наконец-то она получила свой первый серьезный гонорар — 50 тысяч долларов. Теперь она настоящий профи. Не просто сестренка звездного Марата...
    
     ДОСЬЕ:
Динара Сафина
     Родилась 27 апреля 1986 года. Рост — 182 см, вес — 70 кг. Профессионал с 2001 года.
     Как и брат, практически круглый год живет в Валенсии. Тренируется под руководством матери и испанского тренера Панчо Альварино.
     Динара — 92-я в мировом рейтинге и будет выступать в предстоящем турнире “Большого Шлема”.
     Победительница профессионального турнира WTA в Сопоте-2002.
     Самый крупный гонорар — 50 тысяч долларов.
    
     — Мы с мамой даже не сговаривались, но, когда я выиграла, разом подумали об одном и том же... О грустном... — Странное начало разговора... Но Динара говорила очень быстро, нервничала.
     — 3 июля погиб очень близкий друг нашей семьи... Павел Щербаков. Долгое время он был моим спонсором, столько нам помогал... До сих пор в голове не укладывается. Его застрелили в упор, прямо в кабинете. Парню было 29 лет. Осталось двое детей... В общем, эту победу я посвящаю Паше.

БУДУ РАБОТАТЬ — И СЛАВА ПРИДЕТ!

     — Тяжело быть сестрой Марата?
     — Было очень тяжело. И так задевало. Я — не Динара, а именно сестра Марата. А так хотелось собственной славы... Но потом я поняла, что так будет всегда, чего бы я ни добилась. Марат есть Марат. Пришлось смириться. А потом мне стало все равно. И кто там что говорит — наплевать.
     — Неужели не хочется собственной славы?
     — Еще как хочется. Что ж — буду работать и добьюсь чего хочу.
     — А ведь тебе больше повезло, чем брату. Тебя мама тренирует. С Маратом ей работать не разрешили... Кстати, признайся, маменька — суровый тренер?
     — Только с виду. Ну там... брови может сдвинуть, сделать грозное лицо... А в душе она — добрая, мягкая. Даже когда я не слушаюсь.
     — И часто такое бывает?
     — Случается. У меня же своя голова на плечах.

В ИСПАНИИ ДЕШЕВЛЕ, ЧЕМ В РОССИИ

     — Почему вы решили тренироваться именно в Валенсии?
     — Дешевле. В Испании все дешевле. И корты, и жилье...
     — Снимаете дом?
     — Да нет — обычную квартиру в двенадцатиэтажном доме.
     — Куда собираешься потратить честно заработанные 50 тысяч?
     — Сорок. Десять процентов забрали на налоги.
     — Не слабо...
     — ...На счет положу. Буду копить. Сумма-то, в общем, не такая большая. Если учесть, как все дорого.
     — Знаешь, Марат на всех пресс-конференциях только и твердит: “Я зарабатываю деньги, деньги, деньги...” Такое впечатление, что ему не всегда хватает на хлеб. Ты не боишься стать такой же — из милой девочки превратиться в “стервятника”?
     — По-моему, Марат прав. Он профессионал. Я — тоже. Профессионалы должны зарабатывать деньги — это нормально. Это работа. А я, поверьте, много работаю. Это окружающим почему-то кажется, что деньги сыплются просто так.

ПРИДЕТСЯ НАПРЯЧЬ МОЗГИ

     — Если не ошибаюсь, ты в этом году заканчиваешь школу?
     — Да, и с ужасом думаю об экзаменах.
     — В какой школе учишься — с языковым уклоном?
     — Да нет, в обычной московской школе. А с языками у меня и так никогда не было проблем. Английский знаю неплохо, испанский вообще за несколько месяцев выучила.
     — Если не секрет — как с успеваемостью?
     — У меня никогда не было троек. Не признаю плохих оценок. Если уж чем-то заниматься, то хорошо.
     — Но ведь ты бываешь в Москве месяца два в году... Сколько же времени проводишь за партой?
     — Нисколько. До восьмого класса ходила в школу со всеми. А с девятого — на домашнем обучении. Русский, алгебра, язык — все. На другие предметы времени нет. Ну и книжки, конечно, читаю. Классику. В самолет всегда беру “Трех мушкетеров” или “Графа Монте-Кристо”...
     — Так тебе аттестат будут по трем предметам выдавать?
     — Придется все остальные тоже сдавать. Как я это буду делать — ума не приложу. Видно, придется напрячь мозги.
     — Динар, при росте метр восемьдесят два — у тебя никогда не было комплексов?
     — Никогда. Я с 13 лет такая. Но, кстати, в классе я была вторая.
     — А мальчики — они же стесняются высоких барышень?
     — С ребятами я всегда общалась запросто. У меня много друзей. А вот чтоб всерьез влюбиться — такого у меня еще не было.

АДВОКАТ АННЫ КУРНИКОВОЙ

     — Насколько я помню, Мартина Хингис и Аня Курникова тоже в шестнадцать лет заявили о себе — им было легче, чем тебе сейчас?
     — Конечно. Тогда ведь не было никаких ограничений: они могли играть хоть по тридцать турниров в год. Представляете, с какой скоростью рос рейтинг? А сейчас в юношеских возрастах ограничения очень жесткие, чтобы молодые игроки не могли быстро набирать очки. Например, в моей категории — от 16 до 17 лет — разрешается участвовать всего-то в десяти турнирах! Хорошо, что “Большой Шлем” в них не входит. А я сейчас 92-я в мире, так что по рейтингу свободно туда попадаю. (На турниры “Большого Шлема” допускаются 128 ведущих теннисисток. — Е.Ш.)
     — Тебе не хотелось бы помимо спортивной карьеры сделать еще и модельную, как Анна Курникова?

     — Да, Ане спасибо надо сказать! — Динара резко возмутилась. — Она же такой интерес к женскому теннису привлекла! Не понимаю, почему ее все так поверхностно воспринимают. Я вот в детстве с ней на одном корте тренировалась в “Спартаке”. И хоть я младше, мы много общались. Поверьте, Аня очень серьезный человек.У нее многому можно поучиться...

МАМА — ПЕРВОЕ СЛОВО

     С Раузой мы познакомились на “Кубке Кремля” три года назад. Мило болтали минут сорок. Что самое приятное — почти ни о чем. Кстати, в этот момент на одном из кортов играл Марат, но она не торопилась на трибуны.
     — Простите, я, наверное, вас задерживаю, вы же нервничаете из-за сына...
     — Я — нервничаю? С чего это? Ну играет и играет. Если каждый раз психовать, никакого здоровья не хватит...
     распорядок дня
     7.00 — подъем. 7.30 — завтрак: чай, обязательно йогурт и хлеб с медом — любимое лакомство. 9.00 — 11.00 — тренировка. 11.30 — 16.00 — отдых. Все что угодно, только не сон. Можно погулять, поплавать в бассейне в гостях у друзей. 19.00 — 21.00 — Общая физподготовка...
     — Я ужасно соскучилась по Валентине Алексеевне Герасимовой (кстати говоря, рекордсменке мира в беге на 800 метров. — Е.Ш.). — Это мой любимый тренер по ОФП. Я такая кислая иной раз на тренировку прихожу. Но Валентина Алексеевна мгновенно взбодрит:“Ну-ка, вставай. Пошли вместе пробежимся!” Через десять минут я уже как новенькая — просто мечтаю тренироваться дальше...
— А чем любишь занимаешься после девяти? Не возникает желания покрасоваться “на людях” в вечернем платье?
     — Так сил не остается. А с друзьями в основном по Интернету общаюсь. Узнаю последние новости. С Галей Фокиной иной раз часами в чате сидим.

МОЙ БРАТИК — МАРАТИК

     — Марат что-нибудь подарил тебе на последний день рождения?
     — Нет. У него вообще нет привычки делать подарки. Только на Новый год. В детстве брат подарил мне золотое колечко с сердечком. А в прошлом году — цепочку с кулончиком, маленьким бриллиантиком.
     — Часто видитесь с братом или в основном — по телефону?
     — Почему, он прилетает. Вот за неделю до Сопота был у нас.
     — Поддержать хотел?
     — Вообще-то ему к зубному надо было...
     — Гм... Но ведь не мог же он совсем ничего тебе не сказать перед столь ответственным турниром?
     — Он сказал: “Расслабься, сестренка. Играй и получай удовольствие!”
     — Получается, не швыряешься ракетками, как брат?
     — Швыряюсь. Но редко. Стараюсь сдерживаться...
     — Прости за нескромность, а что, зубы Марат лечит исключительно в Валенсии?
     — Да нет, просто тут его любимый дантист. Брат больше никому не доверяет.
     — А я вот ни до врача, ни до парикмахера своего добраться не могу, — неожиданно грустно включилась в разговор Рауза. — Тут недавно так обкорнали, что чуть не разрыдалась, когда в зеркало посмотрела... Совершенно нет времени хоть немного собой заняться. Даже комплексы появились. Хочется ведь чувствовать себя женщиной. Ухаживать за руками, ногтями. Но какое там... Только тренировки, тренировки... Бесконечные перелеты, гостиницы. А все почему-то думают, что теннис — это сплошной праздник. Рутина! Бездонный колодец.

КАРЬЕРА ЗА ПОЛМИЛЛИОНА ДОЛЛАРОВ

     — Во сколько же карьера Динары обошлась вам на данный момент?
     — На данный момент — около полумиллиона долларов...
     — Кто за все это платил?
     — Сами. Гостиницы, авиаперелеты, аренда кортов, машина, питание... Медицинские страховки — и те за свой счет. Конечно, нам и спонсоры помогали. Но сейчас Марат все взял на себя. Выкупил сестру. Если бы не он, едва ли мы смогли бы ее поднять. По нынешним временам — затея неподъемная.
     — Но ведь и отдача есть. Помнится, вы говорили, что Динара талантливей, чем Марат. Теперь она это доказывает?
     — Так и есть. В ее возрасте он таких результатов не показывал.
     — Марат вкладывает в сестру деньги как деловой человек или как любящий брат?
     — Конечно, как брат. Это и есть его главная помощь семье.

ГЛАВНАЯ УСТАНОВКА РАУЗЫ

     — Важнее всего — уберечь Динару от травм. А поскольку мы с отцом с детства знали, что низенькой Динаре быть определенно не в кого, то мы с самого начала продумывали все детали тренировок с учетом ее, мягко говоря, немаленького роста.
     — Ее рост, вероятно, сильно неудобен соперницам?
     — Естественно, он дает определенные преимущества.
     — А как насчет таких матерых львиц, как сестры Уильямс?
     — У них силовой теннис. Против него одно оружие — голова. К счастью, мозги у Динары есть.
     — Скажите, Рауза, вы собираетесь отдавать Динару в институт?
     — Зачем? Это же чистой воды цинизм. В Москве она почти не бывает. Ясно же, что учиться не будет. Так зачем устраивать показуху?

ЗАВИСТЬ ОНА УЖЕ ИСПЫТАЛА

     — Динара, прости за прямой вопрос: тяжело выживать в теннисном мире — деньги, интриги?
     — Мне многие завидуют, это правда.
     — В классе ты — знаменитость?
     — Такая же, как все. А то, что я сестра Марата, значения не имело. Подумаешь, сестра: я же никогда этим не кичилась...
    



    Партнеры