Москва опять вздрогнула

Люди так привыкли к терактам, что отказываются верить в “бытовуху”

22 августа 2002 в 00:00, просмотров: 407
  21 августа. На часах — 23.07. Кто-то смотрит “Вести”, кто-то допивает вечерний чай, а кто-то уже видит десятый сон. Через мгновение эта идиллия нарушится.
     Город, который за три года успел оправиться от страшных взрывов домов на улице Гурьянова и Каширском шоссе, вновь охвачен страхом. И хотя вчера весь день официальные лица различных рангов твердили как заведенные, что причина трагедии на улице Академика Королева — всего лишь взрыв бытового газа, москвичи снова боятся возвращаться вечером в свои дома. У многих в голове одна мысль: кто следующий?
     Все минувшие сутки у взорванной пятиэтажки в 300 метрах от Останкинского телецентра дежурили корреспонденты “МК”.

Страшная ночь

     Не случись взрыва, о существовании пресловутого дома 32 по улице Академика Королева вряд ли когда-нибудь узнала бы широкая общественность. Такие пятиэтажки в Москве именуют “непрестижными” и “бесперспективными”. “Хрущоба” стоит на отшибе, окна выходят на железную дорогу, ломать ее не собираются (дом-то кирпичный), а продать здесь квартиру — дохлый номер.
     Время — 23.50. Картина возле дома напоминает съемки фильма-катастрофы. Только все до жути натурально: крики, плач, толпа зевак, машины “скорой”, неровный свет прожекторов и телекамер. И, конечно, тяжелее всего видеть стоящих на улице жильцов злополучного дома — кто в накинутой наспех одежде, а кто и в одном халате...
     Сергей Борисович живет в 1-м подъезде. Вместе со своими гостями, приехавшими в Москву из Ставрополья, он нервно ходит возле развалин.
     — Как шарахнуло, у меня цветочный горшок в кровать залетел, стекла из окон посыпались. Ну я в штаны впрыгнул, паспорт захватил — и на улицу. Потом еще успел зайти посерьезней одеться, а теперь не пускают. Почему взорвались? Да потому, что дом ведомственный. Нам в жилконторе так и говорили: “Мы с вашего дома только коммунальные платежи берем, а все остальное к городу отношения не имеет”. Ни газона у нас путного, ни ремонта. Подвальные помещения в аренду посдавали. Хорошо еще, газовые трубы протянули снаружи. Я этим летом в Мосгаз звонил, предупреждал. Но никто так и не пришел проверить. Я вообще здесь пятый год живу, а ни одного газовщика не видел.
     Спасатели тем временем оценивали масштабы разрушений. “Конечно, с Каширкой не сравнить, — говорит один из них. — Видите, первый этаж практически уцелел, просто середину дома как бы выплюнуло наружу. На взрыв бомбы совсем не похоже”. “Да ладно тебе, — отмахивается другой. — Что я, взрывов газа не видел, что ли? Газ так не взрывается”.
     Начинается эвакуация жителей пострадавшего дома в ближайшие отели. Граждан везут в “Останкино” и “Алтай”. Конечно, не обходится без курьезных ситуаций. Одна женщина отказывается ехать, пока не найдет среди обломков свою... косметичку. “Мне завтра на работу, а я выгляжу как обезьяна”.
     Но гораздо больше историй с печальным концом. Мать 19-летнего подростка не отходит от груды развалин. Ее сын работал на компьютере, когда подъезд взорвался. Юношу пока не нашли. Женщину уговаривают пойти поспать, но она лишь мотает головой. Смотреть на нее страшно... Молодой парень с пятого этажа рассказывает, что под обломками осталась лежать его 82-летняя бабушка. “Как вы думаете, у нее есть шансы?” — спрашивает внук всех подряд. Вопрос повисает в воздухе.

Хмурое утро

     Вдруг доносится какой-то шум из подъезда, соседнего со взорванным: в квартире найден живой человек. 61-летний Борис Ланцов спал, когда за стенкой громыхнуло. У него случился гипертонический криз, а вызвать помощь пенсионер не мог — телефон вырубился. Так и лежал без движения, ждал помощи.
     Служебные собаки делают стойку над завалами на уровне второго этажа. Возможно, там есть еще живые, хотя сами спасатели настроены скептически. Но люди все равно не расходятся. Мать парня-компьютерщика, не отрываясь, смотрит на завалы.
     С утра развернута полевая кухня. Спасателей кормят бутербродами с сыром и колбасой. Это совсем не лишнее: многие из участников спасательной операции жалуются на усталость, легкое недомогание. Всего к 10 часам врачи амбулаторно “обслужили” 33 работников различных спецслужб и еще 22 гражданских лица.
     Всех слегка шокирует представительный гражданин — жилец пострадавшего дома. Почти как директор рынка из кинокомедии “Гараж”, он настойчиво требует у представителя управы “Марфино” справку о... взрыве здания. “Меня с работы уволят, если я не принесу оправдательный документ!” Чиновница объясняет, что все справки с печатями — в управе, но сию секунду она туда не пойдет. Гражданин кипятится и в конце концов сам удаляется в сторону управы.
     Около 10 часов под завалами находят еще два трупа. Труповозки стоят наготове, но первый рейс в морг состоится нескоро. Над изуродованными телами склонились эксперты. В качестве одной из версий рассматривается и такая: преступник совершил убийство, а потом, чтобы скрыть следы, включил газ и ушел. Подобные случаи уже не раз бывали в практике московской милиции. Именно поэтому на трупах усиленно ищут огнестрельные и ножевые ранения.

День после катастрофы

     К взорванному подъезду один за другим подъезжают “КамАЗы”. Взмах ковша экскаватора — и грузовик, разворачиваясь, укатывает на свалку. Этот мусор уже отфильтрован: вывозят пока только то, что не пригодится при расследовании. Так, на наших глазах уехал в “небытие” чей-то рояль. Вещи, документы, фотографии — все это складируется прямо на земле. Возле кучи вещдоков выставлен “почетный караул” из военнослужащих. Проводится опись имущества. Один мужчина, опасаясь, что из его незапертой квартиры пропадут вещи, начал перечислять все свое вплоть до ложек. Девушки старательно записывали.
     О жертвах теракта соседи отзываются с горечью и болью. Особенно страшно слушать о семье Сурковых. Наталья жила в квартире №36 вместе с двумя детьми, 25-летней Катей, 15-летним Ярославом, зятем Сергеем и внучкой Юленькой (13 августа ей исполнился год). Как раз вчера счастливое семейство вернулось из деревни под Тулой, где они отдыхали. Незадолго до взрыва молодые легли спать, а Наталья пошла к соседке Ольге Поздняковой на первый этаж, в 24-ю квартиру. Женщины обсудили общие проблемы, потом вышли покурить на лестничную площадку, и тут раздался взрыв. Поскольку лестничный марш уцелел, обе подружки почти не пострадали. А вся семья Натальи погибла. Оля — та самая женщина, сын которой, Владислав, сидел за своим компьютером. Его откопали последним, в 14 часов. Погибла и 75-летняя Антонина Самородова с пятого этажа. Ее сын спасся чудом. Якобы Василия вместе с диваном выбросило на улицу, и он спланировал во двор.
     Хотя все официальные источники твердят о взрыве газа, многие москвичи в это не очень-то верят. “Не верьте телевизору, там все врут”, — говорят они. В частности, Алексей, у которого в доме №32 живет родственник (к счастью, уцелевший), рассказывает о “подозрительной” квартире №28, где жили армяне и где, как предполагают милиционеры, произошел взрыв. О жилище действительно ходят странные легенды: якобы южанин заключил фиктивный брак с пенсионеркой, а когда спустя два года бабушка умерла, мужчина стал полновластным хозяином квартиры. С тех пор и завертелось... В квартире часто менялись квартиранты, причем совсем недавно кто-то из них предлагал соседям (а в доме жили в основном малообеспеченные старики) сдать свои квартиры.
     Спасательные работы заканчиваются. Усталые спасатели и потрясенные жильцы крепятся из последних сил. Кто-то вдруг вспоминает, что во взорванном доме было зарегистрировано ООО “Горячие парни” — фирма по продаже видеокассет. “Может, это они?” — хохочут мужчины. Но это смех — сквозь слезы. По-другому смеяться москвичи, похоже, скоро отвыкнут.

Временный приют

     После звонка из управы “Марфино” в гостинице “Останкино” моментально был организован один из эвакопунктов. Еще никто не предполагал, сколько именно приедет пострадавших, а номера уже подготовили на всех этажах. Дежурная по этажу подтвердила, что в пользу пострадавших были “отчуждены” даже забронированные и заранее оплаченные номера — теперь придется возвращать деньги.
     — Первого пострадавшего принесли к нам на импровизированных носилках из одеяла часов в 12 ночи, — рассказала корреспонденту “МК” зам. директора гостиницы Людмила Валикова. — Привозили и на машинах “скорой помощи”, и на милицейских, и на частных. Сейчас у нас из взорвавшегося дома 21 человек (данные на 14.00 вчерашнего дня. — Авт.). Много пожилых, есть дети. Мы их ни о чем не расспрашивали, просто сразу провожали в номера.
     В гостинице дежурили медицинские бригады из 200-й взрослой поликлиники и 55-й детской. Такие круглосуточные бригады организованы сейчас при каждой поликлинике. Сообщения о ЧП принимает главврач, который тут же по телефону обзванивает и собирает своих дежурных врачей и медсестер. В “Останкино” за ночь понадобилась помощь примерно половине пострадавших, в основном это были гипертонические кризы. Одного мужчину сразу же госпитализировали. Утром на высокое давление пожаловались еще двое, а одной женщине сделали перевязку порезов от стекла. На смену дежурным бригадам вчера пришли врачи из поликлиники №75. Говорят, что пока, к счастью, ничего серьезного.
     Работники ресторана гостиницы организовали для пострадавших бесплатное питание (еще ночью на место взрыва отвезли горячий чай с бутербродами).
     Зинаиде Николаевне Бурлаковой из квартиры №10 78 лет. Вот что она рассказала:
     — Я живу одна. Квартира моя уцелела. Вечером я легла, под шум дождя задремала. И так вдруг грохнуло, я еще подумала: неужели гроза? Потом показалось, будто куда-то проваливаюсь, а потом все стихло. С верхних этажей побежали. Мне крикнули, что дом взорвался — выходи. Но я сама не хожу, взяла и снова легла. Тут нагрянула милиция, стали стучать в дверь. Накинула на рубашку халат, взяла документы и деньги. Сосед Сережа с пятого этажа помог спуститься к лавочке. Сидела на лавочке, потом привезли сюда. Оказали медицинскую помощь. У меня давление подскочило. Утром звонили родственники из Наро-Фоминска. “Жива, — говорю, — только никак не везут к дому, хотя первому и четвертому подъезду вроде бы разрешили взять что надо из вещей”.
     Лидия Варфоломеева, второй подъезд, квартира №26:
     — Квартира уцелела, но дверь вывалилась, и ее переклинило. Мы не могли выйти, пока не приехали пожарные. Сначала решили, что ничего серьезного: кто-то взорвал дымовую шашку. У меня муж инвалид, пожарные его вынесли. Было темно и очень страшно. Но паники не было. Я даже документов не взяла. В гостиницу нас привезла “скорая”.
     В гостинице мертвая тишина: люди сидят по номерам, кто-то отсыпается, а кто-то уже уехал, пытаясь прорваться через оцепление к своему дому и проверить, что творится в квартире. Пострадавшие все как один опасаются мародеров.
    



Партнеры