КУКЛА С ПЕРЕСАЖЕННЫМИ ОРГАНАМИ

Что может быть опаснее доброго сердца истерички?

25 августа 2002 в 00:00, просмотров: 202
  Бетти Фишер — странное имя для француженки, “Похищение для Бетти Фишер” (Betty Fisher et autres histoires, 2001 г., Франция—Канада, реж. Клод Миллер) — странное название для фильма. В действительности Бетти зовут Брижит. Так назвала ее мама в честь Бардо. Мать наградила Бетти не только именем, но и страшным шрамом на руке — пыталась пригвоздить свою малолетнюю дочь к двери купе в припадке редкой болезни. В детективах болезни встречаются часто. Они помогают покориться судьбе тем, кто в нее не верит. А без неверующих в детективах не обойтись — кто-то должен пытаться раскрыть преступление, настроиться скептичнее других ко всему, что видит и слышит.
     Фильм сразу перескакивает к взрослой Бетти. Шрам остался, привязанность к матери — тоже. Мать сыграна блестяще: ее доброта и мнительность завораживают, как часовой механизм взрывчатки. Бетти берет ее в провинциальный город, где вместе с сыном Жозефом прячется от скандальной славы, доставшейся в нагрузку к публикации бестселлера о богеме Нью-Йорка. Частью богемы был отец Жозефа, проклятый поэт, так и не снискавший популярности. Бетти прячется и от него. Тут фильм начинает дробиться на отдельные истории: о Жозефе, об официантке местного бара и ее любовниках, о любовницах этих любовников и т.д. История Жозефа самая короткая — мальчик случайно погибнет. Чтобы утешить дочь, мать Бетти похитит ребенка официантки. Полиция поставит под подозрение всех дружков официантки, и они тут же засуетятся, потому что каждому есть что скрывать. Все разрозненные истории сплетутся к финалу в один общий узор. Довольно искусственный. Чему не стоит удивляться, ведь фильм поставлен по роману Рут Ренделл, мастерице игрушечных британских детективов.
     Рут Ренделл должна была стать залогом успеха фильма. До Клода Миллера ее экранизировали дважды — и очень успешно. Сначала Шаброль снял “Церемонию преступления”, потом Альмодовар — “Живую плоть”. Как Миллеру удалось испортить заведомо беспроигрышный материал? Представьте себе рассказ о Шерлоке Холмсе, снятый в предельно реалистической манере: режиссер воспроизводит дни хандры великого сыщика, скользит камерой по его плохой коже, копается в психологических нюансах отношений с Ватсоном. Может, фильм получится и неплохим, но чего в нем точно не будет, так это чувства комфорта, а именно оно и составляет секрет успеха британского детектива. Альмодовар прекрасно знал, что реализм романам Рут Ренделл противопоказан. Да, ее хвалят за тонкие психологические наблюдения. Но это именно наблюдения, зарисовки, штрихи. Глубоких выводов из них не предполагается. Читательницы детективов не лишены интереса к психологии, но она должна быть упакована в мягкую обложку со звездочками и знаками зодиака. Без звездочек истерички останутся обычными истеричками и не захотят на себя смотреть.
     Альмодовар знал, что даже на грани нервного срыва женщин нужно снимать на высоких каблуках. Но Клод Миллер выбрал другой объект для подражания — Шаброля. У того все выглядит предельно реалистично. Но только выглядит. Шаброль усвоил урок Хичкока — нужно снимать не кусок жизни, а кусок торта. Просто Шаброль научился маскировать десерт под основное блюдо. Жуткое преступление показано в его фильме натуралистично, но под музыку Моцарта. Да и сам фильм назывался в оригинале “Церемония”. Не снимайте истерик и преступлений, превращайте их в церемонии и таинства — Миллер не расслышал этого совета Шаброля. Хотя вполне мог бы — его фильм 1998 года “Зимний лагерь” сделан как надо — с сюрреалистическими снами и сверкающим в темноте снегом (в русском прокате, само собой, не шел).
     Может, все ошиблись? Может, Рут Ренделл нужно снимать по рецепту Миллера? Реакцию самой писательницы легко предсказать. Ведь роман, по которому поставлено “Похищение для Бетти Фишер”, называется “Дерево из рук”.
    


Партнеры