Дурачки-international

Венецианский триумф российского безумия

10 сентября 2002 в 00:00, просмотров: 240
  Венецианский фестиваль завершился в воскресенье, 8 сентября. С первого же дня показов все отметили повышенный интерес к России. Судите сами: в основном конкурсе — “Дом дураков” Андрея Кончаловского и “Поцелуй медведя” Сергея Бодрова-старшего; в программе “Новые территории” — недоснятая из-за гибели главной героини “Река” Алексея Балабанова и “Небо. Самолет. Девушка” Веры Сторожевой; в “Неделе критики” — “Змей” Алексея Мурадова; в конкурсе короткометражек — “Клоун” Ирины Ефтеевой. И это только верхушка русского айсберга. Потому что русская тема так или иначе возникала и в других конкурсных фильмах.
    
     В день открытия все увидели Джеффри Раша в роли Льва Троцкого в фильме “Фрида”. Как мы и предполагали, фильм показался Венеции слишком простеньким и уехал без призов. Трудно было поверить, что Голливуд способен сделать что-то достойное из любовной истории мексиканских художников Диего Риверы и Фриды Кало. С одной стороны, это совершенно неформатные персонажи: Фрида — инвалид со сросшимися бровями и лесбийскими наклонностями, Ривера — толстяк, бабник и врун. К тому же оба — коммунисты. Все ждали, что фильм скатится в мексиканскую этнику с половинчатой эротикой. Тем более что предыдущие попытки показать Фриду на экране провалились. Последний случай — трехчасовая “Колыбель будет качаться” Тима Роббинса с эпизодом, когда Ривера отказался замазать портрет Ленина в заказанной Рокфеллером фреске (этот эпизод есть и в нынешней “Фриде”). От обычных биографий “Фриду” отличает впечатляющая экранизация фантазий и галлюцинаций. Над ними работали братья Куэй. Этих выдающихся мультипликаторов в России знают мало, поскольку снимают они в среднем три минуты за год. В сказке Агнешки Холланд “Джулия возвращается домой” спасти сына героини от неизлечимой болезни может только Алексей из российской глубинки. Этому фильму, по нашим прогнозам, тоже ничего не полагалось. Так и вышло. Фильм Лукаса Мудиссона “Лиля навсегда” из конкурса “Против мейнстрима” — вообще почти все время говорят по-русски. “Лиля навсегда” снималась где-то в Эстонии с Оксаной Акиньшиной (“Сестры”) и Артемом Богучарским в главных ролях (плюс группа “Тату” на звуковой дорожке). Историю мытарств постсоветских подростков сравнили с артхаусным шоком от Хармони Корина (“Гуммо” — любимый фильм Джонни Деппа) и Ларри Кларка (“Детки”), но ничем не наградили. Как и самого Ларри Кларка, который в очередной раз шокировал мировую общественность. Его фильм “Кен Парк” посвящен плохим подросткам, которые изредка прекращают заниматься сексом, но выглядят в такие моменты еще порочнее. Но если раньше в фильмах Кларка подростки занимались сексом друг с другом, то теперь к групповушкам подключены родители. Сам режиссер, похоже, не питает иллюзий по поводу проката фильма. Он сказал, что фильм “слишком хардкоровый даже для самой мягкой цензуры” (хардкор — не течение в рок-музыке, а разновидность тяжелого порно). При этом снят он тем же оператором Эдом Лахманом, который работал над фаворитом фестиваля — фильмом “Далеко от рая” Тодда Хейнса (за него Венеция и наградила Эда Лахмана призом “За лучший индивидуальный вклад”). Кстати, он же снял “Девственниц-самоубийц” Софьи Копполы, что и объясняет качество фильма.
     Для проката в России “Кен Парк” еще не куплен. Скандалы, вспыхнувшие вокруг произведений Владимира Сорокина и фильма Жака Ноло “Киска с двумя головами” (фильм пойдет в Питере только на поздних сеансах, а в Москве его не покажут вовсе), оставляют мало шансов, что кто-то рискнет связываться с подобного рода фильмами. Зато неожиданно куплен фильм Тодда Хейнса. До сих пор он считался крутым подпольщиком, снимающим гей-эстетство. Еще один приз фильму Хейнса принесла Джулианна Мур, признанная лучшей актрисой фестиваля. Лучшим актером фестиваль назвал Стефано Аккорси, сыгравшего главную роль в реальной любовной истории “Путешествие под названием любовь”, режиссерском дебюте актера Микеле Плачидо (“Спрут”). Главный же приз “Золотой лев” основного конкурса вручен английскому фильму “Сестры Магдалены” Питера Муллана, живописующего страдания и унижения падших девиц, отданных на перевоспитание в монастырь. Питер Муллан продолжает в британском кино реалистическую линию Кена Лоуча, поэтому прорыв на наши экраны ему не грозит. Критики были в восторге от фильма, недовольство наблюдалось только со стороны католической прессы. Зато второй по значимости призер вызвал волну негативной критики в России. Речь о “Доме дураков” Андрея Кончаловского. Фильм о психиатрической больнице, попавшей в эпицентр чеченской войны, российские критики почти единодушно вычеркнули из числа претендентов на главную награду. Одни обвиняли его в неправдоподобии, другие — в излишнем натурализме. Кого-то раздражали клише из телерепортажей о Чечне, кто-то усматривал в тех же эпизодах цитаты из Кустурицы. В итоге фильм награжден Гран-при жюри. Однако лучшим режиссером признан не Кончаловский, а Ли Чан-дон за фильм “Оазис” — о том, как бывший преступник влюбился в больную церебральным параличом. За роль в этой ленте Мун Со-Ри вручен приз Марчелло Мастроянни. В конкурсе “Против мейнстрима” главный приз Святого Марка у фильма “Весна в маленьком городке” режиссера Тьяна Жуань Жуаня. Спецприз жюри — у японского фильма “Змея июня” Шиньи Цукамото. Специального упоминания удостоился фильм Артуро Рипштейна “Девственница страсти” (Рипштейн известен в России по черной комедии “Кроваво-красный”, вышедшей на видео в серии “Другое кино”). Лучшим фильмом “Недели критики” стал “Роджер Доджер”, прозванный прессой “американским пирогом для людей с мозгами”. “Серебряный лев”, вручаемый в конкурсе короткометражек, тоже у русских. Его получила Ирина Ефтеева за анимационную фантазию “Клоун” по мотивам “Снежного шоу” Вячеслава Полунина.
    


Партнеры