Она с “Любовью” вышла на “Дорогу”

Наташа Петрова: “Когда стригли, я плакала”

17 сентября 2002 в 00:00, просмотров: 249
  Она всегда будет ассоциироваться с трогательной Машей из кинофильма “Любовь” Валерия Тодоровского, несмотря на то, что в ее кинобагаже более десятка картин. После выхода картины, принесшей успех, Наташа Петрова надолго пропала из виду. Хотя актриса активно снималась, работала над сценарием, растила дочку, все происходило как-то тихо и незаметно. Зато в этом году она выстрелила более чем ярко: сменив профессию актрисы на режиссера, Наташа представила на суд зрителя свой первый, дебютный фильм о любви под названием “Дорога”, идею которого вынашивала очень и очень давно.
     Краткая справка:
Наталья Петрова — актриса, режиссер. Окончила Театральное училище им. Щукина, ВКСР (Высшая школа при Госкино, мастерская А.Митты). Приз МКФ в Монпелье-92 за лучшее исполнение женской роли в фильме “Любовь”. Фильмография: “Любовь на острове смерти”, “Нога”, “Клеопатра”, “Вынос тела”, “Черная вуаль” и другие.
     — Наташа, твое кино — вымысел или реальная история?
     — Мой фильм трудно назвать историей. Скорее это притча, идеи, мысли, чувства о том, что происходит внутри нас — о презрении к себе, о падении в нелюбовь. Конструируя вымышленный мир, переставая замечать и ценить простые человеческие отношения, мы теряем по-настоящему близких нам людей. Короче, человеческая глупость берет верх. Вот об этом мне хотелось поговорить со зрителем.
     — Почему ты ушла в режиссуру?
     — Я была режиссером всегда, еще будучи актрисой. Многие режиссеры говорили мне: иди за камеру сама. Вот я и пошла, и когда я начала заниматься кино, поняла, что без этого не могу. В общем, сейчас я пришла к себе.
     — Ну и как тебе мужская профессия?
     — Безусловно, для женщины режиссер — очень трудная профессия. Особенно в моем случае. В дебюте я умудрилась максимально усложнить себе задачу в этом и без того нелегком процессе: писать сценарий, снимать и сниматься в одной из ролей. Думаю, подобное безумие может позволить себе только дебютант. Плюс мое рвение к доскональному знанию процесса производства фильма. Хотелось научиться делать все: монтировать на компьютере, нажимая на кнопки самой, собирать звук, шумы, делать цветокоррекцию пленки.
     — Проблемы на съемках были?
     — Группа работала 24 часа в сутки. Мы находились в экспедиции за 300 км от Москвы. Были проблемы света, людей, отношений, приезда актеров. Но самая большая проблема возникла в последний съемочный день. Нам нужно было доснять сцену на мосту, но мне запретили это делать, потому что не было предварительной договоренности с ГАИ. Когда мне сообщили об этом, я зашла за комерваген, проплакалась, а потом вышла и жестким голосом сказала: “Я достану ГАИ”. Представляешь, что такое перекрыть мост длиною в километр? Мне пришлось поднять всех на уши в пять утра, но я добилась чего хотела. Это говорит не о моих продюсерских качествах, а о силе желания доделать работу. Мы снимали этот эпизод, падая от усталости. Но, несмотря на это, последняя сцена — одна из любимых. Работать было сложно, но я точно могу сказать: мы любили друг друга. Когда мы разъезжались из экспедиции, в глазах каждого стояли слезы, и люди на машинах долго сигналили друг другу. Я знаю, что многие могли бы уйти, потому что есть более дорогие проекты, но они остались. За это я буду им благодарна всю жизнь.
     — Критики не боишься?
     — Начиная производство картины, я уже знала, за что мне достанется от критиков, но мне было важно искренне выполнить то, что задумано. В конце концов, кино делается для зрителей, а не для хвалебных статей, хотя когда хвалят, тоже приятно. Самый важный для меня критик — зрители. Когда мою картину показывали на “Кинотавре”, я не хотела аплодисментов в конце фильма, мне было важно, чтобы люди вышли из кинотеатра, не вспоминая, кто чего сказал или как повернулся, а подумали о самих себе.
     — Ты говорила о том, что роль в твоей картине для тебя последняя. То есть в качестве актрисы зритель больше тебя не увидит?
     — В принципе да. Правда, сейчас я согласилась сыграть саму себя в одном телевизионном проекте. Конечно, если меня позовет сниматься один из моих любимых режиссеров, я соглашусь, но совершенно с эгоистической точки зрения: мне интересно посмотреть, как он работает на площадке.
     — А как же актерские амбиции?
     — Амбиции режиссера мощнее. Ты можешь свои мысли, чувства передавать через других людей.
     — Наташа, почему в картине указаны две фамилии: у режиссера — Казакова, у актрисы — Петрова?
     — Казакова — фамилия моей родной бабушки. Я захотела разделить двух людей — актрису Наташу Петрову и режиссера Наташу Казакову, — потому что это совершенно другой человек, которого не следует путать с актрисой Петровой.
     — Как твоя дочка отнеслась к проделанной работе?
     — То, что ей понравился сценарий и кино, было для меня принципиально важным. Понятно, что там мама. Но Полина — девочка самостоятельная, и я рада, что она сказала: “Мама, знаешь, мне было интересно, я захватывающе смотрела”. Хотя насчет звука она меня раскритиковала.
     — С чем связано то, что ты так радикально поменяла имидж, подстриглась?
     — Короткие волосы нужны были для кино. Я подстриглась первый раз в жизни. Когда стригли, я плакала. Только когда для храбрости выпила бутылку шампанского, позволила отрезать свою косу.
     — Я знаю, что у тебя перемены не только в творчестве, но и в месте жительства.
     — Да, я переехала на Арбат. В свое родное место, где училась, вышла замуж, родила Полинку. Арбат для меня является зоной, где я набираюсь сил, гуляю, вдохновляюсь. Для меня было принципиально важным вернуться в то место, где мне энергетически хорошо. Арбат — скромный, тихий район, где вечером тихо и слышен цокот каблучков. В общем, Арбат — моя религия, как сказал Окуджава.
     — Наташа, ты сейчас очень хорошо выглядишь. Это работа на тебя так благотворно действует?
     — Я все время нахожусь в стрессе, а стресс заставляет работать клетки и тренирует. Я перестала делать маски, бегать, ходить в спортзал — жизнь настолько насыщенна, что просто ни на что не хватает времени. Мой секрет красоты — сон. После монтажа я сильно поправилась, поэтому сейчас, чтобы держать себя в форме, ничего не ем, сижу на воде. А силы черпаю из другого. Я испробовала на себе много разных методов и поняла одно: в жизни нужно радоваться каждому дню. Сначала заставляешь себя, потому что надо быть очень циничным, чтобы не замечать того, что происходит вокруг, в стране, но все равно стараться радоваться природе и просто жизни. И всегда будешь хорошо выглядеть.
    


Партнеры