Прощай, брат

28 сентября 2002 в 00:00, просмотров: 966
  “Ты становишься на углу оживленной улицы и представляешь, что тебя здесь нет. Вернее, тебя нет вообще. Пешеходы идут, сигналят машины, открываются двери магазинов, сменяются пассажиры на остановке. То есть в принципе мир продолжает жить и без тебя.
     Понимать это больно. Но важно”.

    
     Это слова Сергея Бодрова.
     Так рассказывал он о собственном состоянии, которое называл “игрой”. Говорил, что научил его этой игре Витя Сухоруков...
     Сегодня игра обернулась правдой. И пешеходы идут, и сигналят машины, и открываются двери магазинов, и сменяются пассажиры
     на остановке...
     Девять дней прошло с того страшного момента, когда ледяная лавина накрыла Сергея Бодрова и его киносъемочную группу — всего 24 человека. Все эти девять дней страна не перестает ждать, что вот-вот свершится чудо. Но чудо задерживается...
     Девять дней веры, девять дней надежды, девять дней нетерпения.
     Друзья Сергея Бодрова, словно заклиная судьбу, отказываются говорить о нем в прошедшем времени.
     Мы согласны с ними. Рассказывая о том, какой он парень — Сережка Бодров, мы ни разу не употребляем слова “был”. Хочется верить, что Бог заметит это и поймет.

“Делай что любишь, и люби то, что делаешь, — это и есть счастье”

     В школе №1265 с углубленным изучением французского языка не могут поверить, что их бывшего ученика, возможно, нет в живых.
     — Вчера звонила одноклассница Сережи — Лена Руженцева, которая живет на Кипре, плакала, говорила, что хочет заказать молебен... — говорит первая учительница Бодрова-младшего Галина Валентиновна Семина.
     В учительской, где собрались педагоги, знавшие Сережу Бодрова, стоит тишина. Из рук в руки переходит фотография десятого выпускного класса.
     — Сережа никогда не был тихим ребенком, — вспоминает его бывший классный руководитель Лидия Васильевна Можелева. — Как всякий нормальный мальчишка, он был в меру подвижным и шебутным. Самое главное, он не был злым, он не был пакостником.
     Удивительно, но в младших классах Сергей Бодров мечтал стать... мусорщиком и ездить на оранжевой машине. Но школьный совет доверил ему иную должность, куда более почетную — знаменосца. По воспоминаниям учителей школы, Сережа, чувствуя ответственность, на все торжественные мероприятия приходил в отглаженной белоснежной рубашке и перчатках, причем накануне праздника он форму всегда сам отглаживал, а перчатки даже стирал.
     — Мощную поддержку мы ощущали со стороны его семьи, — вспоминает Галина Васильевна. — На все классные собрания приходил отец Сережи — Сергей Бодров-старший. Несмотря на занятость, он еще и писал нам замечательные сценарии праздников. Класс, где учился Сережа, был очень дружным. Когда я лежала в роддоме, они всем составом явились ко мне под окно. Сережа Бодров бил в барабан, кто-то из ребят, по-моему, Миша Шабанов, дул изо всех сил в горн. Таким необычным способом они поздравили меня с рождением дочери.
     Класс, где учился Сережа, из всех дней недели обожал среду. Именно в этот день они после уроков отправлялись на фабрику “Ударница” упаковывать сладкую продукцию: зефир, мармелад, вафли.
     — У нас в те годы много школьников подрабатывало вместо летней практики, — вспоминает давние времена мастер производства Любовь Анатольевна Соломатина. — Мы ребят ставили на конвейер укладывать конфеты. Помните, такие были батончики с пастилой и прослойкой из мармелада “Сластена”? Вот их-то ребята и расфасовывали в коробки, по 30 штук в каждую. Работали 15—16-летние подростки по четыре часа в день. Работа им нравилась, тем более что у них оказывался неограниченный доступ к сладостям: ешь сколько влезет. А вот выносить с собой ничего не разрешалось. Работа была несложная: по конвейеру идут конфеты, надо их собрать и уложить в коробки-пеналы. Получали школяры за это по тем временам совсем неплохие деньги.
     Еще они коробочки вязали. Помните, раньше коробки с пастилой перевязывались тонкими блестящими веревочками? Так вот школьникам мы и доверяли эту нехитрую операцию.
     Вообще, к нам из многих школ и вузов отправляли детей подрабатывать. Да и наши дети тоже зарабатывали на “Ударнице” себе на карманные расходы... К сожалению, Сережу никто из наших мастеров не запомнил. Тогда ведь много ребят приходило, и мы даже фамилий их не знали, только по именам обращались. Теперь уже школьники к нам не приходят. Производство изменилось, технология — тоже, да и пастилу сегодня выпускают не в коробочках, а в целлофановых пакетах.
     По воспоминаниям одноклассников Бодрова-младшего, они похода на фабрику ждали целую неделю. Сережа был сладкоежкой и никогда не пропускал работу на сладком конвейере. Так что можно сказать, будущий артист с детства освоил профессию кондитера. Заработанные деньги поступали на счет школы. На эти средства ученикам организовывали экскурсии.
     Учился Сережа, по воспоминаниям педагогов, очень ровно. Нельзя сказать, что он был ярко выраженным гуманитарием. По точным наукам имел твердые “четверки”. Когда однажды на уроке литературы обсуждался извечный вопрос “Что такое счастье”, Бодров-младший сказал: “Делай что любишь, и люби то, что делаешь, — это и есть счастье”.
     — В старших классах мы изучали с ребятами французскую литературу, — говорит классный руководитель. — Однажды я привела им одну из цитат, на русском языке она звучала так: “Глаза — слепы, видеть можно только сердцем”. Сережа Бодров тогда сказал: “Как это правильно...”
     — На уроках истории он сидел всегда с горящими глазами, — вспоминает учительница Елена Александровна Виноградова. — Поэтому я не удивилась, когда после окончания школы он решил поступать на исторический факультет МГУ.
     Французская спецшкола помогла Сергею Бодрову в его артистической карьере. В фильме “Восток — Запад” Сереже пришлось говорить на французском языке. В Париже удивились: “Бодров — эмигрант? Откуда у этого русского такое чистое произношение?”
     — Мы Сережей очень гордимся, — говорит Лидия Васильевна. — Честно говоря, не думали, что он окажется такой талантливый. Накануне премьеры фильма “Кавказский пленник” Сережа принес в школу целую стопку пригласительных билетов. Мы смотрели на экран и абсолютно не воспринимали его как артиста, настолько естественно он играл.
     — Когда Сережа стоял под дулом автомата, у меня было ощущение, что стреляют в моего ребенка, — делится с нами завуч школы Ида Иосифовна Корякина.
     Этим летом повзрослевшие ребята из бывшего 10 “Б” решили собраться всем классом. Когда выяснилось, что Сережа Бодров уезжает на съемки передачи “Последний герой”, решили отложить встречу и дождаться его возвращения...

“Зря он ушел в кино, а не продолжил заниматься наукой”

     У Сергея, видимо, на роду написано быть заметной личностью. В университете он являлся тем, кого обычно называют первым парнем на деревне. Начало 90-х, в стране разруха, тотальный дефицит и чуть ли не голод, студенты зеленые и озлобленные. Сергей же, по воспоминаниям однокурсников, был похож на английского наследного принца. Модник, умница, обаяшка. При этом он отличался сочетанием, казалось бы, совершенно несопоставимых качеств. С одной стороны, очень хорошо учился по очень сложной специализации, с другой — не пропускал хорошие вечеринки и мог запросто устроить нешуточное гулялово; с одной стороны, типичный мажор, с другой — на удивление вменяемый и совершенно непафосный парень. Ну и, конечно, чуть ли не главный жених истфака. Вокруг только красавицы, на подступах толпа желающих познакомиться. Кино стало для Сергея главным увлечением жизни уже в конце учебы. Однако работа над сценарием и постоянное общение с кинообщественностью не помешали ему защитить диссертацию.
     Заместитель завкафедрой отделения искусств исторического факультета МГУ рассказал репортерам “МК”, что только треть выпуска 1994 года, который закончил Бодров, работает сегодня по профессии. Девушки, выйдя замуж, забросили искусствоведение, а парни предпочли более прибыльные занятия.
     — Вообще-то Сережа был дисциплинированным студентом, ответственным, и учился он хорошо, — говорит Виктор Петрович Головин. — Не зря ведь в аспирантуру пошел. Да и диплом защитил на “отлично”.
     Однокурсники Сергея Бодрова как один отвечают:
     — Мы не верим, что его больше нет, и не знаем, в каком времени говорить о нем. В прошедшем — язык не поворачивается, а в настоящем... Вдруг он сейчас в горах умирает мучительной смертью, а мы тут рассуждаем о том, какой он замечательный человек.
     — Что я могу вам сказать? Что он был хорошим мальчиком? Хорошим семьянином? Это и так все знают, — говорит Виктор Николаевич Гращенко, профессор МГУ, научный руководитель Бодрова. — Я считаю, что зря он ушел в кино, а не продолжил заниматься наукой. Это у него хорошо получалось, и главное, у него был интерес к этому. Те, с кем он учился в аспирантуре, стали большими учеными. Но он предпочел кино.

Он человек с потрясающим чувством юмора

     Первые телеопыты Сергея Бодрова связаны с программой Леонида Парфенова “Намедни”, во времена, когда передача была посвящена исключительно культурным новостям. Сергей делал сюжеты и тоже очень выделялся из обычной репортерской среды. Тогдашние репортеры НТВ были эдакими недопарфеновыми и недокиселевыми. Они страшно косили под “хозяев” и очень надеялись, что через несколько лет им тоже достанется кресло ведущего. Бодров на кресло ведущего явно не претендовал, и поэтому репортажи его выглядели игрой против правил, чем, собственно, и выделялись. Когда Александр Любимов пригласил Сергея быть ведущим “Взгляда”, то многие расценили это как чистое безумие. “Он что, не мог профессионала найти?” — недоумевали телевизионщики. Однако уже на первом эфире стало ясно, что подобное решение г-на Любимова стало настоящим продюсерским озарением.
     Ксения Алферова почти год проработала с Сергеем Бодровым в программе “Взгляд”. Хотя они с “братом” были знакомы и раньше, за время съемок они больше сблизились. Ксения сразу оговорила, что о Сергее Бодрове мы будем говорить не в прошедшем времени...
     — Понятно, что никто не должен умирать, это ужасно. Но Серега вообще не имеет права этого делать. Потому что он настоящий. Вот он один из тех немногих, которые настоящие. Во всех своих проявлениях настоящий... и очень веселый. У него совершенно гениальное чувство юмора. Он специально никогда не шутит. От него идет такая необыкновенная энергия, он такой светлый, что ли, человек... У меня есть подруга, у которой, когда они общались, рот не закрывался, она хохотала каждую секунду. Причем Серега не шутил. Он просто о чем-то рассказывал. Но делал это очень здорово!
     Поэтому с ним просто не может ничего случиться. Я верю в силу мысли. Если мы будем все надеяться и верить, я уверена, произойдет чудо и выяснится, что они там в тоннеле в каком-нибудь укрылись.

     — Он имел привычку говорить о себе? О семье, например? Рассказывал про свою семью?
     — Ну как? Семья — это его хороший тыл. Его жена, которую он очень любит, его дети... Мы, знаете, не близкие друзья. У него своя жизнь, у меня своя. Но если ты хоть раз с ним столкнулся, воспоминания останутся самые добрые. Все всегда говорят о Сереже с улыбкой. Он всегда светлые впечатления оставляет о себе. Он просто такой, какой есть.
     В то время, как, впрочем, и сейчас, в телеведущие стремились в основном бойкие провинциалы, которые изо всех сил старались напустить на себя столичный лоск. В случае с Бодровым все было наоборот. Изначально столичный лощеный и образованный человек говорил на очень доступном языке хоть и банальные, но в то же время правильные слова. Впрочем, даже это не смогло оживить “Взгляд” как телепроект.

“С ребенком я могу говорить искренне”

     Фильм “Сестры” был первым и пока последним режиссерским детищем Бодрова-младшего. Историю о двух сводных сестрах ему рассказал отец, а Сергей сел и написал сценарий. Первоначально Сергей хотел назвать фильм “Сестра”, но так как это название слишком явно перекликалось с картиной Балабанова, решил его чуть изменить. Параллели с нашумевшим Братом Бодрова не смущали.
     Найти исполнительниц главных ролей было непросто. Ежедневно на пробы приходили несколько сот девочек.
     В разговорах с претендентками он вспоминал себя тринадцатилетнего, собственное мироощущение. При этом основным критерием оставалось для Бодрова то, что девочки не должны были стараться понравиться.
     — Бывало, что он вкрадчиво спрашивал у претендентки: “А тебя предавал кто-нибудь в жизни?”. А в ответ девочка говорила: “Подпишите, пожалуйста, открытку”, — рассказывает ассистент Бодрова.
     Оксана Акиньшина и Катя Горина, которые и исполнили главные роли, попали в поле зрения режиссера случайно. Придя на пробы, Катя уселась перед камерой, закинув ногу на ногу, и сообщила, что зовут ее Ритой, что живет она в большом загородном доме и у нее 15 собак. И оставила неправильный телефон. Когда же ее все-таки нашли, оказалось, что юную актрису зовут Катей, что живет она в коммуналке и о собаке только мечтает.
     — Сережа как-то сказал, что дети ему ближе. “Мне с ними разговаривать легче, — поделился он, — потому что взрослому актеру объясняешь-объясняешь — вроде бы все просто, а человек не понимает. И я чувствую себя глупо. С ребенком я могу говорить искренне”.
     В “Интервью с самим собой” Бодров писал: “Когда я был маленьким, я считал себя очень умным. По крайней мере, мне было сложно представить человека умнее меня, кроме разве что нескольких взрослых. Это ощущение прошло, когда я прочитал книгу Толстого “Детство. Отрочество. Юность”. Меня поразило, что то же самое и теми же словами вспоминает о себе писатель. Примерно в то же время я узнал о бесконечности вселенной. Тогда я понял, как много существует маленьких внутренних миров и какой необъяснимый большой мир они образуют”...

Их роман можно назвать экзотическим

     Главная ценность телекарьеры для Бодрова заключалась в победе на личном фронте. Победу звали Светлана. Она, безусловно, самая красивая девушка, по крайней мере в телекомпании “ВиД”. Начинала как администратор и помощник режиссера на “Музобозе”, а потом режиссировала тот же “Обоз”, “Акулы Пера”, “Канон” и другие, мягко говоря, небезызвестные программы. Впрочем, даже когда она подносила кассеты и заказывала пропуска, никто нисколечко не сомневался, что Свету ждет большая телекарьера. Она просто очень любит телевидение и, будучи выпускницей МИГАиКа, пришла на ящик именно за интересной профессией, а не за возможностью “засветиться” (с ее внешностью она запросто могла бы работать в кадре, но даже не пыталась этого делать) и престижными женихами. С женихом же просто сложилось. Их роман, наверное, можно назвать экзотическим. Во-первых, все началось на Кубе, куда Света, Сергей и многие другие “видовцы” отправились для освещения фестиваля молодежи и студентов. Во-вторых, они чем-то смахивали на Бони и Клайда. Света старше и при желании может “построить” кого угодно, ее даже начальство побаивалось. Поэтому в дяденьке, которому нужно стирать, готовить, а заодно внимать его речам, она совершенно не нуждалась. Света, как и Сергей, — яркая личность, причем яркая настолько, что многие сильно сомневались в возможности ее семейного будущего. Уж очень специальный ей нужен был человек. Сергей тоже далеко не робкого десятка, и эмоциональности ему не занимать. Но когда друзья и коллеги впервые увидели их вместе, то сразу стали шептаться о том, что подарить на свадьбу. Поженились они довольно быстро, без особой помпы и дальнейшую жизнь никогда не делали предметом общественного внимания. Первый, кстати, признак того, что у людей все в порядке, несмотря на вечные съемки, разъезды и отсутствие возможности видеться каждый вечер.
     Любимое выражение Сергея: “Не зря же считается, что время, которое утекает, придумано дьяволом, как противоположность вечности, которая принадлежит Богу”.
    



Партнеры