Слобо и дело

Дочь Милошевича ответила за отца

30 сентября 2002 в 00:00, просмотров: 232
  Международный трибунал по бывшей Югославии (или попросту Гаагский трибунал) открыл новый этап суда над Слободаном Милошевичем. Ооновские обвинители обещают доказать миру, что Милошевич играл ведущую роль в “крупнейшем преступлении против человечности со времен Второй мировой войны”.
    
     После двухнедельного антракта у дверей Гаагского дворца правосудия вновь собрались толпы теле- и просто журналистов со всего мира и... десяток боснийских мусульман, требовавших немедленного ареста “подозреваемых №2 и №3” — экс-президента Сербской республики в Боснии Радована Караджича и командующего сербско-боснийской армией Ратко Младича.
     Более двух недель назад суд остановился на разбирательстве вины подсудимого в косовском конфликте. Напомним, что Милошевича обвиняют во всех смертных грехах — от разрушения албанских деревень до этнических чисток, в результате чего 800 тысяч албанцев-косоваров были изгнаны с насиженных мест. От международного трибунала все время ускользает тот факт, что лидеры другой воюющей стороны — сепаратистской “Косовской освободительной армии” (существовавшей в том числе на доходы от наркоторговли) разгуливают на свободе...
     Нынешнее заседание, открывшее вторую фазу суда, началось с оглашения 60 с лишним пунктов обвинительного заключения, что заняло почти полтора часа. Гаагские прокуроры во главе с главным обвинителем Джеффри Найсом дотошно исследовали действия бывшего сербского лидера во время хорватской и боснийской войн 1991—1995 гг. Речь прокурора Найса пестрела броскими фразами: “массовые убийства”, “бесчисленные проявления бесчеловечности”, “тысячи этнических чисток”... А окончательная формулировка вины подсудимого звучала почти мелодраматично: “создание невыносимой ситуации без надежд на дальнейшее выживание”.
     Милошевич, которому предоставили слово вслед за прокурорской речью, выглядел далеко не растерянным. Подсудимый, отказавшийся от услуг адвоката, говорил часа три, время от времени позволял себе шутить, но чаще хмурился. Упирал же он в основном на то, что у боснийских мусульман тоже рыльце в пуху. Судья, внимательно выслушав доводы Слобо, распорядился подшить их в дело, а самого выступавшего препроводить в “апартаменты” — следственный изолятор ООН близ Гааги, где бывший президент содержится уже более 15 месяцев. Условия там, говорят, вполне сносные. В случае, если суд признает доводы обвинения обоснованными, Милошевичу грозит провести на “гостеприимной” голландской земле остаток жизни.
     Правда, финал суда не просматривается даже в отдаленной перспективе. В ближайших планах ведомства Карлы дель Понте — заслушать показания первого из 177 (!) свидетелей обвинения, хорватского президента Стипе Месича, в 1991 году стоявшего во главе федеративной Югославии. Он, как ожидается, представит доказательства того, как “сербские агрессоры” изгнали 170 тысяч хорватов и других “не сербов” с третьей части территории Хорватии. Вскоре ждут и другого ключевого свидетеля — Ричарда Холбрука, бывшего спецпредставителя ООН в Боснии.

* * *

     Тем временем Мария Милошевич, дочь “обвиняемого №1”, уже начала отбывать свой срок в одном из “не столь отдаленных мест” Сербии. “Восемь месяцев тюремного заключения и два года лишения свободы условно”, — такой приговор белградский суд вынес Марии, обвиненной в нарушении общественной безопасности и незаконном хранении огнестрельного оружия. Незаконный “ствол” был пущен в дело в ночь на 1 апреля 2001 года, когда новоизбранный президент Коштуница распорядился сдать своего предшественника в руки гаагского правосудия.
     Заслуживает ли дочь Слобо столь сурового наказания, так и осталось непроясненным. Показания свидетелей расходились: одни утверждали, что Мария стреляла в воздух, другие — что целилась в автомобиль, где находились представители “новой власти”, прибывшие, дабы уговорить Милошевича выйти “по-хорошему”. Сам экс-президент действительно после переговоров сдался добровольно. Долгая и весьма драматичная ночная “дискуссия” началась отнюдь не дипломатично: полицейские спецназовцы, окружившие резиденцию Милошевича, намеревались взять ее штурмом, но оставили попытки после того, как между ними и охранниками бывшего лидера завязалась перестрелка.
     Те же спецбойцы задержали Марию Милошевич. По собственному признанию осужденной, в момент задержания она была не в себе, в состоянии алкогольного и наркотического опьянения одновременно — “семь или восемь таблеток транквилизатора плюс бутылка виски”.
    



Партнеры