ОТАР КУШАНАШВИЛИ: Я ЧМО, ЁП-ТЫТЬ

17 октября 2002 в 00:00, просмотров: 3119
     Отар Кушанашвили — настоящий фрик, человек-скандал. Его словесный понос неудержим. Об него вытирают ноги, плюются на экран, когда он там появляется. Но все это Отарика совсем не смущает. Он ведет программу “Большой куш” на канале СТС, ходит гоголем и грозит публике, забрасывающей его гнилыми помидорами: над кем смеетесь? над собой смеетесь!
     
     — Ну рассказывай, как ты дошел до жизни такой?

     — Я уже очень давно понял, что надо окончательно заделаться массовиком-затейником. Просто не было такой широкой трибуны, а лишь жалкие потуги на других каналах. Я кривлялся и обезьянничал в других местах. А сейчас у меня часовая программа с такой безнравственной и аморальной начинкой, что те люди, которых можно причислить к эстетам и интеллигентам, желают моего скорейшего летального исхода. И я их понимаю.
      — Слушай, зачем ты так людей обижаешь?
     — 95% людей — олигофрены, и это научный факт. Рассказы о том, как много светлых умов живет в России, — просто фантастика. Подавляющее количество людей тупы как пробки. Процветает инцест, сын убивает мать... Люди выжили из ума. Эта грязная работа мне безумно нравится тем, что я всем говорю: чего вы возмущаетесь, вы такие же! Думаете, вы лучше? Да посмотрите на себя!
      — А помнишь, в “Акулах пера” ты был настоящим Джеймсом Бондом, девчонки тебе на шею вешались. А теперь, наверное, они тебя за километр обходят?
     — Теперь девушки любят меня еще больше. Я хорошо понимаю, что не всем видна ирония “Большого куша”. Понятно, что я пошел туда из-за возможности совершить головокружительный рывок в карьере, из-за больших денег. Но неужели вы не видите, что я иронизирую? Для моей семьи это очевидно.
      — Твоя семья — это кто?
     — Это супружница Мария, с которой я живу еще с мезозойской эры. Но при этом она знает, что я ходок, это у нас больная тема. Я 100-процентный грузин, жена все время смеется и давно махнула на меня рукой, что говорит о ее хорошем чувстве юмора.
      — А у тебя есть чувство юмора? Если она налево?..
     — Голову оторву. В этом смысле я гнусный, отвратный, мерзкий домостроевец. А еще моя семья — это папа, мама и разбросанные по всей Москве бездельники, которые сосут из меня все, что я зарабатываю. Каждый волен видеть во мне законченного подонка и нарцисса. Все зависит от того, какими глазами ты смотришь. Вот Джек Николсон в “Бэтмене” играет гнуснейшего червяка и мразь, но я отношусь к этому с хохотом, потому что никогда не забываю, что это Джек Николсон и он играет роль.
      — Ты себя с ним сравниваешь?
     — Нет, но, может быть, лет через пять выйду на уровень раннего Николсона.
      — После того как ты публично обидел Аллу Борисовну, Иван Демидов на старом шестом канале тебе сказал: все, ты будешь дурачком. И ты стал дурачком.
     — Ты абсолютно прав. Да, чтобы заработать деньги, я пошел на необходимые компромиссы. Я пошел на попятную и стал отвратительным оскопленным типом.
      — Конечно, за хамство, тем более такой гранд-даме, надо было платить.
     — Не надо это увязывать напрямую. Просто я не могу быть другим, как не может быть другим хоккеист Дарюс Каспарайтис, бьющий всем в челюсть. Его называют грязным привидением. Он силовой защитник, ему нужно кого-то крушить, зубы выбивать, он не может быть другим. Теперь стали писать, что я обезьяна. Но тогда почему же меня все зовут на гастроли? Почему пишут, что Познер — гений? А потому, что он все время повторяет слово “духовность”. А жалкое грузинское чмо Отарик не говорит слово “духовность”, потому что не знает, как его произнести на публике. Я всего лишь клоун.
      — Райкин тоже был клоуном. И Чаплин.
     — Но это гении. По сравнению с этими людьми все — ничто. Я клоун на уровне ночного клуба. Я это хорошо понимаю. В моей семье всегда поощрялась только самоирония. Неужели я так плохо это показываю? Про меня пишут, что я нарцисс, но я же не долбо...б, я же не пишу на растяжках во всю площадь — мне 25 или мне 26. Не представляю, каким обкуренным надо быть, чтобы такую рекламную кампанию закатить. Да, я читал подшивку журнала “Крокодил” и позднего Нодара Думбадзе! Я выходец из страны, где смеяться над собой — признак работы мозжечка.
      — А матом ты зачем в эфире ругаешься? Дурное дело нехитрое.
     — Да ты посмотри, как красиво звучит “щата фака ёп тыть”. Просто музыка. Ничего смешнее “ёп тыть” русский мужик не изобрел. А “щата фака” вообще мое любимое предостережение, адресованное людям. Конечно, ругаться идет не всем. Представь себе человека неволосатого, не такого юркого, который говорит “б...” Это будет звучать так нелепо!
      — Но раньше в ТВ на ругательства было табу. А теперь у тебя, у Нагиева, у Малахова это сплошь и рядом.
     — Это веяние времени. Раньше невозможно было спеть “Я беременна, но это временно”, а теперь можно. Когда мне в программе кто-то скажет: “Отарик, ты х...”, я это выслушаю с удовольствием. Я просто веду себя естественно и получаю кайф от своего образа. Это работает на рейтинг, как ни кощунственно это звучит.
      — Ради рейтинга что ты еще готов сделать?
     — Не знаю. Сейчас ломаю голову. Есть такой актер Майкл Кейн, обладатель кучи “Оскаров”, сэр и все такое. И вот его спрашивают: “А зачем вы снялись в такой фигне, как “Челюсти-4?” А он: “Я не знаю, что это такое. Я забыл про эту картину, но зато я каждый день вижу дом, который я построил на гонорары от “Челюсти-4”, и, вы знаете, дом восхитительный”. Поэтому я готов на все. И если я буду сниматься в “Челюстях”, зная, что акула мне откусит детородный орган, я пойду на это, потому что мама, папа, моя Маша и все белокурые бестии будут мною обустроены и обихожены.
      — А как же ты обиходишь белокурых бестий без детородного органа?
     — Тогда я поставлю такие условия: за первые 40 секунд — 30 млн. долларов, за вторые — по нарастающей.
      — А снять штаны в студии перед честной публикой слабо?
     — Скоро выйдет программа о коррупции в российском футболе. Я там выхожу в трусах российской сборной, спущенных до того момента, откуда на свет божий появляются испражнения. Видишь, как я деликатно показал, что могу заменить ненормативную лексику другой. Приходится идти на то, чтобы в городе Саратове от этой программы кончили человек, наверное, восемь.
      — ???
     — Это моя мама так говорит. Она мне сказала: “Посмотрела кино с Жераром Депардье, кончила четыре раза”. Это грубый грузинский юмор.
      — Так где же та планка, через которую ты не перепрыгнешь даже ради миллионов?
     — Я никогда не переспал бы с лошадью и не стал бы заниматься оральным сексом с мужчиной. Иначе бы я просто повесился. Я ничего не сделаю, если мне мама скажет: “Не делай этого”. Когда я на ОРТ заругался матом, то первых “пи...лей” я получил от мамы. И она права: “Если от “Большого куша” детей ограждают, то Евровидение смотрят все”.
      — Да, твоя программа идет в самое детское время.
     — Мой сын никогда не посмотрит программу “Большой куш”. Ему хватает моих плоских шуток дома.
      — У тебя сын? Ты про него ничего не говорил.
     — Я не хотел бы его подставлять, пусть его биография будет не замарана. Детей нужно держать в ежовых рукавицах, чтобы они знали: если он посмотрит это, то с папой или с мамой будут большие проблемы. Лучше не нарываться. За ребенком нужно следить ежеминутно.
      — Но это же глупо — ругаться матом в эфире, заступаясь за группу “Премьер-министр”, выступавшую на Евровидении.
     — Я просто вышел из себя. Меня заколебали все эти музыковеды, которые судят других, не имея на то права. Я знал этих ребят из “Премьер-министра” и понимал, что для них 10-е место — трагедия. А в студии из этого сделали комедию, и сидевшие там люди в перерывах пили виски, коньяк и рассуждали, у кого какая жопень. И так же они говорили о наших парнях, которые поехали туда биться. А когда началась ирония, типа лучше бы они вышли с балалайками, я не выдержал. Конечно же, я пожалел об этом и потом извинился перед Малаховым.
      — Получается, все, что ты делаешь, это пощечина общественному вкусу. Правда, опять же ты не Маяковский.
     — Да, по сравнению с Маяковским я жалок и ничтожен. Меня ругают на каждом шагу. Ты бы слышал, что они наговаривают мне на автоответчик. “Если вы так мне — думаю я, — то кто же тогда вы?!”
     


Партнеры