ГОЛОС ПЕТРА ВЕЛИКОГО

18 октября 2002 в 00:00, просмотров: 350
      ...Машина стояла под светофором на Пушкинской площади. Уже стемнело, и электрические елочки, висящие на проводах, горели весело и беззаботно. На бульваре у зажженной елки топтался народ, в витринах магазинов стояли деды-морозы и красовался плакат “С Новым 1974 годом”.
     Мелодию мы услышали на полпути к левому повороту в проезд МХАТа. Из огромных репродукторов, установленных на здании Центрального телеграфа, вместо привычного в праздничные дни текста: “И вновь продолжается бой, и сердцу тревожно в груди”, Иосиф Кобзон пел знаменитое танго Оскара Строка “Скажите, почему?”.
     — Ты подумай, — засмеялся мой товарищ Боря Вдовин, с которым мы “напрягались” далеко от Москвы, — никак, пока нас не было, власть переменилась.
     — Ничего не менялось, — пояснил разбитной московский таксист лет под шестьдесят, — просто Кобзон Лещенко поет.

     Летом сорок пятого во дворе горит прилаженная ребятами-фронтовиками стосвечовая лампа, а на окне второго этажа стоит радиола “Телефункен”, с зеленым подмигивающим глазом индикатора, и бывший младший лейтенант Воля Смирнов ставит на крутящийся диск пластинки Лещенко.
     В нашем дворе пользовались успехом веселые песни. По нескольку раз крутили “У самовара я и моя Маша”, “Дуня, люблю твои блины” и знаменитый “Чубчик”.
     Из нашего двора на фронт ушло много ребят, и им повезло, почти все вернулись.
     Уходили они пацанами-школьниками, а пришли решительными крутыми мужиками, посмотревшими Берлин и Франкфурт, Варшаву и Краков, Братиславу и Прагу, Вену и Будапешт, Харбин и Порт-Артур.
     Они увидели, как жили люди в этих загадочных городах, и с большим изумлением поняли, что много лет подряд, на пионерских сборах, комсомольских собраниях и армейских политзанятиях им чудовищно лгали о самой счастливой стране на планете.
     В странах, которые они освобождали, люди жили богаче и веселей, даже несмотря на военное лихолетье.
     Вдруг выяснилось, что велосипеды “В-5А” лучше наших, мотоциклы “Цундам” дают сто очков вперед “Ковровцам”, а лучшие наручные часы “ЗИЧ”, величиной с розетку для варенья и толщиной с висячий дверной замок, не идут ни в какое сравнение с немецкими штамповками.
     Воздуха свободы глотнули молодые ребята, мир увидели.
     Увидели, и не в пользу любимой родины оказалось это сравнение.
     Страна встретила их теснотой коммуналок, тяжелой работой, скудным бытом.
     Только вечерами, на затоптанном пятачке, они танцевали под привезенные из далекой Европы мелодии и вместе с воспоминаниями о самых страшных годах приходило чувство утраты другой, счастливой жизни.
     P.S. Продолжение читайте в новом цветном воскресном номере “МК”, который уже поступил в продажу.
     



Партнеры