СЛУЧАЙНЫЙ ЧЕЛОВЕК НА ЭСТРАДЕ

26 января 2003 в 00:00, просмотров: 265

Лидер группы “Несчастный случай” Алексей Кортнев абсолютно не производит впечатления несчастного человека. Как раз наоборот.

Алексей не так давно женился на пятикратной чемпионке мира по художественной гимнастике Амине Зариповой, принимает участие в постановке мюзикла “Иствикские ведьмы”, готовит новые хиты для своей группы, воспитывает сына, не забывает о пополнении внушительной коллекции пивных бутылок, отдыхает во время игры в пляжный волейбол на одном из одесских пляжей, обожает горные лыжи и много чего еще. Но обо всем по порядку...


— Алексей, мне недавно рассказали, что костюмы цвета слоновой кости, в которых выступает группа “Несчастный случай”, вы в свое время привезли из Берлина, купив их за сумасшедшие деньги...

— Это не совсем так. Не костюмы, а всего лишь пиджак, который послужил затравкой для пошива аналогичных. Я действительно был в Берлине и привез оттуда пиджак, по тем временам чрезвычайно выделяющийся из общего ряда. Потом в нашем театре сшили аналогичный, и мы с Валдисом Пельшем стали выступать в одинаковых пиджаках. А затем группа стала разрастаться — пришлось шить еще и еще.

— Получается, Алексей Кортнев не только мозг “Несчастного случая”, но еще и дизайнер по костюмам.

— Мое дизайнерство осталось в прошлом. Сейчас у нас есть возможность обращаться за дизайнерскими решениями к профессионалам.

— К кому конкретно?

— Честно говоря, просто не знаю. Наш директор Ира, ей 20 лет, обладает тонким вкусом, что в первую очередь проявляется в одежде. Мы ей доверили переговоры со всякими шьющими людьми. Коллекцию на всю группу нам готовят уже 4-й раз подряд.

— На творчество “Несчастного случая” как-то влияют поездки за границу?

— Наверное, да. Но не так, чтобы очень. Таких поездок, где бы нам удалось пообщаться с зарубежными коллегами и посмотреть-послушать, за плечами не так уж много. Когда приезжаешь на 2—3 дня, как правило, кроме собственного спектакля или концерта ничего не успеваешь увидеть. Как все обычно происходит? Приезжаешь, адаптируешься к сцене, ставишь свет, репетируешь, потом пара концертов — и пора собирать чемоданы.

Пожалуй, только однажды, году в 90-м, на фестивале в Эдинбурге мы увидели одну группу из Мельбурна, которая произвела на нас ошеломляющее впечатление и у которой мы многое позаимствовали. Наверное, они об этом даже не догадываются.

— А в России есть у кого позаимствовать?

— Есть, конечно. Было время, когда мы многие интонации, как музыкальные, так и творческие, “одолжили” у “Аквариума”, “Наутилуса”. Сейчас, мне кажется, у нас сложился собственный стиль, и мы больше ничего не заимствуем. Хотя могу ошибаться.

Если просто о моих симпатиях говорить, то из самых выдающихся и талантливых выделю Макса Покровского. Я просто восхищаюсь, как этот человек пишет музыку и поет. Еще, как это ни прозвучит банально, мне нравится Земфира.

— Знаете, меня всегда один момент в вашем творчестве интересовал. Песня “Что ты имела в виду?” навеяна личным жизненным опытом исполнителя?

— Нет (смеется). Эта песня вообще была написана на спор. Мы беседовали с продюсером фирмы, которая тогда выпускала наши пластинки, и разговор зашел о том, что рок-н-ролл получается из любого текста, из любой случайной фразы. И в качестве примера была произнесена фраза “что ты имела в виду?”. Через два дня мы написали песню...

— Эта вещь стала хитом. Удачный спор, счастливый случай...

— У нас на самом деле так часто бывает. Пишешь песню, не придаешь ей особого значения, а она становится одной из самых успешных. Точно так же, например, мы всерьез думали — выпускать или не выпускать на альбоме “Песню о Москве”, потому что она была написана по заказу.

Мы думали — записывать или не записывать “Овощное танго” — песня появилась на свет за 15 минут стояния в очереди. Мы не думали, что будем долго ее петь. А в итоге исполняем ее лет пятнадцать.

— Алексей, признайтесь честно, стоили ли инъекции галоперидола в психбольнице освобождения от армейской службы?

— Думаю, да. Галоперидол как-то со временем рассосался. Да и не могу сказать, что процесс был долгим и мучительным. В психушке я провел месяц, а в рядах Вооруженных сил мог бы провести 2 года. И чем бы это закончилось — никому не известно. Так что соотношение два году к одном месяцу, по-моему, говорит само за себя. Да и потом, думаю, в Москве я принес бы больше пользы, чем в армии.

— Смотрели фильм “Полет над гнездом кукушки”? До или после психушки его увидели?

— Смотрел его и до и после.

— Какие-нибудь параллели проводили?

— Нет, не проводил. В той “дурке”, где я лежал, оказалось более корректное, мягкое отношение к больным. Вот психи там лежали настоящие, очень похожие на тех, которых показывали в фильме.

— Вы как-то сказали, что предпочитаете отдыхать в Одессе, а не за границей. С чем это связано?

— Я имел в виду лето. Зимой все равно приходится ездить за границу, потому что у нас нет приличных гор, а я люблю кататься на горных лыжах.

— А что хорошего в летней Одессе?

— Там здорово в пляжный волейбол играть. Понимаете, я очень не люблю сидеть или лежать на пляже. Предпочитаю активный досуг. Одесса, в плане пляжного волейбола, меня устраивает. Нашел там одно хорошее место, где нормальное качество песка, много площадок, люди симпатичные. За бугром все очень по-дилетантски получается.

Кстати, весь “Несчастный случай” серьезно занимается спортом. Есть люди, которые катаются на серфинге, на лыжах, увлекаются сноубордом...

— Участие в проекте Екатерины Рождественской в роли “Портрета молодого человека” Кареля Дюжардена или в проекте журнала “Elle”, где вы “позаимствовали” имидж Фриды Кало, для вас работа или времяпрепровождение?

— Скорее дань необходимости поддержания образа. Поскольку группа “Несчастный случай” не является суперпопулярной.

— Кокетничаете?..

— Нет, совершенно не кокетничаю. Какое тут может быть кокетство?! Я не один такой. Интерес к группе мгновенно начинает падать, если их песни не крутятся по телевидению, по радио. Приходится поддерживать продажу своего товара пиаром, давать интервью, фотографироваться в журналах и т.д.

— У вас взрослый сын. Уже задумывались, где ему лучше учиться — в России или за границей?

— Думаю, надо остановиться на хорошем российском образовании. Я, честно говоря, не совсем понимаю, зачем отправлять детей за границу. По-моему, это сильно попахивает выпендрежем.

Есть, наверное, профессии, которым действительно лучше учиться за границей, — в первую очередь менеджмент, в какой-то степени экономика. Но все равно потом придется переучивать на российский манер.

Надеюсь, мой сын не совершит ошибки и будет учиться и работать там, где родился.

— Согласны с тем, что в России самые красивые женщины?

— Не знаю... Поскольку я падок до женского пола, мне нравились женщины везде, где я бывал. Наверное, в России я встречал больше красивых женщин, чем во всем мире, но только потому, что здесь я их просто встречал больше. А количество, как известно, переходит в качество.

— Стиль своих взаимоотношений с Юлией Рутберг вы назвали “амбулаторным браком”. А как охарактеризуете брак с Аминой Зариповой?

— Он как раз стационарный. Сегодня я — счастливый молодожен.

— В силу постоянной занятости успеваете оказывать жене знаки внимания?

— Да, я очень занятой человек, но Амина наверняка чувствует какие-то ухаживания. Я не занимаю барскую мужскую позицию — подай, принеси, приготовь. Я привык к тому, что в браке муж и жена должны в равной степени заботиться друг о друге, о своем быте, доме. Не думаю, что Аминка может на меня пожаловаться.

— У Амины много титулов. Они не давят на ваше мужское самолюбие?

— Наоборот, для мужчин это всегда является стимулом. Для определенного типа мужчин завоевать то, что хотят завоевать многие, означает выйти победителем из ситуации. В этом смысле борьба за женщину публичной профессии, которую знает много-много тысяч человек, по-своему интересна. Завладеть такой птичкой — значит, удовлетворить мужской охотничий инстинкт.

— Как поживает ваша коллекция пивных бутылок?

— Замечательно. Жалко только, пиво не может храниться долго, поэтому оставлять его в бутылке нет смысла, оно все равно умрет через годик.

— Самый раритетный экземпляр коллекции?

— Трудно сказать... В ней много экземпляров, которые достались с великим трудом. Я периодически привозил из далеких краев по 15—20 пол-литровых бутылок. 15 бутылок — это 8 килограммов дополнительно к багажу. Никогда не забуду, как пер их на себе из Венгрии, Австрии...

Впрочем, сейчас моя коллекция стоит не на полочке, а лежит в гараже. Когда мы с Аминкой поженились, то продали квартиру на Ленинском проспекте и стали строить новую, большую. Захотелось остепениться и построить наконец дом, в котором можно жить долго, с семьей, с родителями, детишками.

— Не завидуете Валдису Пельшу? У него другой статус, другая коллекция...

— Коллекции не завидую совершенно, потому что военные цацки меня никогда не привлекали ни в каком виде.

— А его статусу?

— Ну, да. В одном я ему завидую. Он зарабатывает больше меня.

— У лидера “Несчастного случая” материальные проблемы?

— Денег мне страшно не хватает, особенно сейчас, когда папа с мамой стали старенькими и им надо помогать. За бабки приходится много вкалывать. И тут я завидую всем, у кого их больше, чем у меня.

— Телевидение — это зарабатывание денег. У вас есть новые проекты на ТВ?

— Телевидение — это зарабатывание известности. Ты сначала долго-долго торгуешь своей рожей, а потом тебя действительно начинают приглашать туда, где зарабатываются деньги.

— Например?

— Например, вести “День Жаворонка” в Воронеже или выступать на открытии-закрытии нефтяных скважин.

— Молва гласит, что вы придумали рекламу кофе “Моккона”.

— “Для влюбленных в кофе” — это западный лозунг.

— Но ведь подобными рекламными проектами время от времени заниматься приходится?..

— Ой, эта моя деятельность давно закончилась. Проектов действительно много было. Самый основной — похождения желтого и красного шоколадных человечков, реклама M&Ms.

— Стремитесь к некой планке? Например, к миллиону долларов?

— Именно так. К миллиону долларов. Я ценю деньги.

— А призы и премии?

— Нет. Абсолютно.

— Как насчет творческих амбиций?

— В дальнейшем вижу себя в качестве автора и постановщика больших музыкальных действ. Раньше это было сложно. А сейчас, по-моему, все довольно реально.

— В одной из песен “Несчастного случая” поется: “На самом деле я — Бэтмен”. Способны стать супергероем?

— Вряд ли (смеется). У меня не такие физические данные, чтобы летать и спасать людей. А еще я не умею и не хочу жить двойной жизнью. Меня это сильно напрягает...



Партнеры