Надежда Веры Сотниковой

9 марта 2003 в 00:00, просмотров: 408

Помнится, был такой случай. Я ожидал у подъезда Веру Сотникову и с интересом наблюдал за мальчишкой на велосипеде. Он дожевал яблоко и метко запустил огрызок в девочку, игравшую в песочнице. Потом резко надавил на педали и был таков. Дверь подъезда скрипнула, и на улицу вышла Вера. Я рассказал ей про шустрого мальчика, и она вдруг всплеснула руками: “Это мой сын!”

А совсем недавно я встретил Веру на каком-то вернисаже с молодым человеком почти баскетбольного роста.


— Помнишь того милого мальчика на велосипеде? Это он. Теперь актером хочет стать!

— Постой, — удивился я. — Он же тогда еле до педалей доставал.

Ян, так зовут ее сына, философски пожал плечами...

— На сколько же ты подрос с тех пор? — обратился я к нему.

— На двенадцать лет.

— Расскажешь немного о себе?

— О чем, например?

— Ну, например, мама у тебя известная актриса, а кто отец? Ты с ним видишься?

— Он малоизвестный человек, вижусь я с ним редко, где-то раз в три месяца.

— Насколько я понимаю, ты вообще больше мамин сын, если собираешься двигаться по актерской стезе…

— Пока это только прожекты. Хотя я с детства впитал запах театра, сбегал из детского садика, и маме ничего не оставалось делать, как брать меня с собой на работу.

— Так твоя судьба и определилась?

— На самом деле еще ничего не определилось. Сначала надо учиться…

— Помнится, в школе у тебя с этим не все здорово складывалось?

— Были моменты, когда учителя ставили оценки не за знания, а за поведение.

— Особенно, наверное, после того, как ты написал на здании альма-матер огромными буквами: “Наташа, я тебя люблю!”

— Нет, после этого выгнали не раздумывая.

— А как же Наташа?

— Честно говоря, не помню.

— Ну а сейчас-то в личной жизни как все складывается?

— Через полтора года исполнится десять лет, как мы живем с моей постоянной подругой Олей.

— Выходит, ты однолюб.

— Не знаю, наверное.

— И что, исполнится 10 лет — поженитесь?

— Скорее всего — да. Но не будем загадывать.

— Скажи, когда ты был ребенком, то осознавал, кто твоя мама? Раздражала ее популярность или наоборот?

— Я особо и не задумывался, где она работает. Уходит, приходит. Нет, конечно, я понимал, что она знаменита, но значения этому не придавал. Меня тогда волновали все больше собственные проблемы.

— Кстати, как все-таки удалось вытянуть школу?

— Просто поменял компанию, появились другие интересы, и учеба сама собой наладилась.

— А на родине у мамы был в Волгограде?

— Конечно. Серый провинциальный город.

— То есть никаких своих корней ты там не почувствовал?

— Нет. Но тем не менее людей, которые там живут, я люблю.

— Скажи честно, это было мамино желание, чтобы ты подался в актеры?

— Нет, она, наоборот, была против и до сих пор считает, что у меня ничего не получится…

— Ну а как сам двигаешься по этому тернистому пути?

— После школы я уехал в Англию учиться на полтора года. Потом приехал и поступил не в тот институт, куда хотел. Поступил в университет Натальи Нестеровой, а там не очень сильный факультет кино и телевидения. В результате я ушел и сейчас готовлюсь поступать в актерскую школу.

— Как я понял, ты живешь отдельно от мамы?

— У нас замечательные отношения, хотя не обходится и без споров, как в каждой семье. Она довольно рано решила, что сын должен в общем-то учиться жить самостоятельно. И я только одобряю такое решение. Кстати, на Западе такая практика распространена довольно широко.

— Но появляется масса соблазнов…

— Это все ерунда, быстро проходит.

— Когда вы с мамой вместе, а, как я понимаю, вы проводите вдвоем немало времени, о чем разговариваете, на какие темы чаще всего общаетесь?

— Последнее время разговоры все чаще касаются искусства. Она понимает, насколько сейчас это важно для меня. Говорим о театре, о кино. Я очень много вопросов ей задаю касательно профессии.

— Наверное, и ей стало интереснее с тобой общаться?

— Думаю, да.

— У вас существуют какие-то свои праздники? Я не имею в виду календарные.

— Скорее не праздники… Иногда мы просто едем вдвоем за город, берем с собой хорошего вина и разговариваем на все темы абсолютно.

— И ты не стесняешься задавать ей никакие вопросы?

— Нет.

— Даже самые интимные?

— У кого же мне еще спрашивать — мама-то у меня одна. Я скорее ей доверюсь, чем друзьям.

— А как реагируешь, когда люди смотрят на вас и говорят: какие красивые брат и сестра?

— Совершенно нормально. Иногда я представляюсь ее телохранителем. Она мне подыгрывает. Смешно получается…

— Скажи, мама тебя когда-нибудь наказывала?

— Естественно, я же не был пай-мальчиком. Однажды даже из квартиры выгнала. Правда, до этого я там все разобрал и устроил колоссальный потоп.

— И что дальше?

— Я звонил, просил прощения. В конце концов был впущен в дом.

— Случалось так, что тебе приходилось помогать маме?

— У нее тоже бывают трудности. И как же я могу не помочь? Это было бы совсем не весело…



    Партнеры