Чемпион с улицы Правды

13 июля 2003 в 00:00, просмотров: 532

С первого взгляда он кажется везунком. В 16 лет стал мастером спорта по горным лыжам. В советское время выстроил горнолыжный курорт в Чембулаке по личной просьбе тогдашнего первого секретаря Узбекистана Рашидова. Воспитал несколько олимпийских чемпионов. К нему приезжают покататься на горных лыжах Президент России Владимир Путин, премьер Касьянов, мэр Москвы Юрий Лужков, губернатор Подмосковья Борис Громов...

Но мало кто знает, сколько он трудился и трудится до сих пор. Для этого необходимо приехать в подмосковное Деденево, побывать в горнолыжном клубе Леонида Тягачева, заглянуть в созданные им спортивные школы для детей.

Недавно президент Австрии вручил главе Олимпийского комитета России Леониду Тягачеву высшую награду страны — Золотую звезду. Он стал первым иностранцем, получившим столь высокую награду.


— Первые воспоминания связаны с семьей. Какое влияние оказала на вас семья деда, в которой вы росли?

— У деда, Петра Тягачева, которого в Дмитровском районе знали стар и млад, было пятеро сыновей и дочь. Ко мне дед относился особо. Когда усаживались за обеденный стол, не было случая, чтобы дед не посадил меня на колени. Я был его любимым внуком. Он был главным лесничим Дмитровского района. Огромное хозяйство — сотни гектаров леса, реки, озера, поля и перелески, охотхозяйства. Дед никогда не повышал на меня голоса, ни разу не ударил. Основа семьи — взаимная любовь и каждодневный труд, который был в радость. Большая часть жизни протекала на природе. Мои дяди и отец были спортивными, любили играть в футбол.

— Когда вы начали заниматься спортом?

— Лет с пяти. Как все деревенские дети, любил гонять в футбол. Сражались деревянными саблями, играли в войну. Играли в вышибалку, реже в городки. Зимой, как только замерзал пруд, гоняли в хоккей. Младших заставляли чистить снег на пруду, только потом разрешали играть. Старшие ребята выделяли меня — несмотря на возраст, брали в команду.

— Когда-нибудь в жизни курили?

— Один раз в жизни. Как-то раз украл беломорину — очень нравилась этикетка на пачке. Было тогда мне лет пять. Спрятался за копнушку соломы и закурил. Закашлялся, а дед услышал и поспешил ко мне. Я растерялся, зажженную папиросу сунул в солому. Дед, конечно, заметил, что я пытался курить. А через несколько минут копнушка вспыхнула и сгорела. Но только вечером, когда успокоился, дед подошел и сказал: “Сынок, никогда не кури. Видишь, дед не курит”.

— Чем запомнились школьные годы?

— Когда живешь в деревне, где все тебя знают и ты всегда на виду, идет некое соревнование: кто лучше учится, у кого поведение лучше. И родители между собой общаются. Ничего не утаишь. Родители у меня дисциплинированные и за мной постоянно присматривали. Особенно мама. Я не был отличником, но семь классов окончил без единой тройки. Две или три четверки, остальные пятерки. Были у меня два увлечения: учеба и спорт. С 6 лет пришел в горнолыжную школу, которую тогда возглавлял Юрий Сергеевич Преображенский, большой друг нашей семьи.

В 10 лет я стал чемпионом среди юношей на соревнованиях Центрального совета “Труд” в Кировске Мурманской области. После этого вошел в сборную профсоюзов среди детей. Вместе с другом и сверстником Виктором Беляковым стали мастерами спорта СССР в 16 лет. А нормативы были зверскими: чтобы стать мастером, необходимо было на чемпионатах Центрального совета или России при участии 10 действующих мастеров попасть в первую тройку. А на чемпионатах СССР — в первую десятку. Когда тебе 16 лет и у тебя не тот спортивный инвентарь, как у мастеров спорта, когда ты стартуешь по разбитой трассе и, несмотря ни на что, оставляешь позади заслуженных мастеров спорта, — испытываешь законную гордость от победы.

— Когда и где это произошло?

— В Бакуриани, в 1962 году, на соревнованиях Центрального совета “Труд”. Только от Кировска стартовало 15 членов сборной СССР. Не считая сильных ребят из Чусовой, Пермской области. Я занял тогда третье место. В этом же году на Спартакиаде народов СССР стартовал 74-м в скоростном спуске и занял шестое место. Это было в Приэльбрусье. До сих пор не могу понять, как такое могло случиться, — трасса была разбита, а скорости сумасшедшие. Тем не менее подтвердил звание мастера спорта и защитил честь школы Преображенского.

— Кроме горных лыж были ли еще увлечения?

— Я никогда не разделял лыжи и футбол. Жить не мог без футбола. Играл сначала за Дмитровский электромеханический завод, потом за сборную Яхромы. Позже, когда исполнилось 16, — за сборную Дмитрова. Играл центральным нападающим — бил все пенальти и штрафные. Оба тайма играл в одном темпе. Я был не быстрым, а выносливым игроком.

— Не пытались вас переманить в футбольную команду?

— Было дело... Когда возникла сильная команда свиноводческого совхоза “Останкино”. В ней играли из сборной области и отдельные игроки “Спартака”. Тренером был Протасов, известный футболист. Меня пригласили играть в эту команду. Как член сборной по горным лыжам я получал зарплату 180 рублей. В футбольной команде платили больше. За неделю 80 рублей — и еще, если забьешь гол. Я стал играть за эту команду. Тогда подружился со многими известными футболистами. К примеру, с отцом Мостового — Владимиром Мостовым. Они жили в Останкине. Саша приходил на все игры — болел за отца. Носил нам сумки и мячи. Приятно, когда Александр, начав играть за сборную России, а потом за Испанию, вспоминал это время и говорил, что учился играть у меня.

— Вы не изменили родному деденевскому гнезду, хотя, наверное, не раз вас пытались перетянуть в Москву. Почему?

— После того как стал старшим тренером Московской области, нам дали квартиру в Химках. Тогда у нас родилась дочь Алена. Потом все-таки перетянули в Москву — одно время мы жили на улице Правды, в одном подъезде с главным редактором “Правды” Афанасьевым. Квартира осталась дочерям. Когда же стал председателем Госкомспорта, уже в демократический период, выделили квартиру на Садово-Кудринской. Но живем здесь, в Деденеве, в отцовском доме. Моя жена Светлана сдает квартиру, а вырученные деньги идут на восстановление монастыря.

— Ваше жизненное кредо?

— Создавать красоту вокруг себя. Я много и долго жил за границей. Меня всегда поражала чистота домов и улиц, обилие цветов. Москва постепенно преображается — вечерняя столица сегодня не уступает европейским: вся в огнях. А вот провинция отстает. Мы с женой решили перенести Австрию в Деденево. Перестроили отцовский дом в тирольском стиле. А поскольку таких цветов у нас нет, потихоньку стали привозить их из-за границы. Этот процесс начался 15 лет назад.

— Но созидание красоты не ограничилось вашим домом…

— Моя жена несколько лет назад стала главой администрации нашего поселка. Началось преображение школы, чуть позже реконструировали бывший пионерский лагерь. В нем сейчас располагается интернат для юных горнолыжников. Второй год живут и учатся 34 талантливых спортсмена со всех концов России. Детей отбираем по результатам чемпионатов. Если одаренного парня или девушку с 12—13 лет в течение трех-четырех лет тренировать, то к 18 годам он сможет достойно бороться за Кубок мира. Я разработал единую методику, которая уделяет много внимания общефизическому развитию. Заключил контракты со швейцарцами и австрийцами об обмене детьми, чтобы наши ребята могли тренироваться на лучших зарубежных трассах. Печально, что на обе школы ничего не получаю из бюджета. Живем благодаря спонсорам.

— В Шуколово приезжает Президент России Владимир Путин. Как вы оцениваете его успехи в горнолыжном спорте?

— Мы познакомились, когда он был директором ФСБ, а я — председателем Госкомспорта. Он приехал в Шуколово, и ему понравился наш склон. Он человек увлеченный и дисциплинированный. Мне легко было тренировать его. Сегодня он катается мастерски. Он вполне мог бы сам тренировать и обучать будущих спортсменов. Не забывайте, что наш президент — мастер спорта по дзюдо. Отрадно, что он искренне увлечен спортом.




    Партнеры