Формула cмерти

20 июля 2003 в 00:00, просмотров: 391

Риск считается делом благородным. Кто рискует успешно, тому полагается шампанское. Риск и шампанское — издавна атрибуты “Формулы-1”. Кому повезет, тот будет с подиума поливать проигравших соперников пенящимся игристым вином. Везение заключается не только в заслуженной победе, но и в том, что до финиша добираешься целым и невредимым. Ведь история самых захватывающих гонок в мире омрачена не одним случаем с летальным исходом, страшными авариями, ужасными травмами пилотов. В спорте, где гонщик передвигается по трассе с средней скоростью под двести километров в час, а на отдельных участках она переваливает и за триста, случиться может все что угодно. Пылинка, камешек, невесть откуда появившиеся на ровном асфальтовом полотне, отказ какой-либо системы в болиде, не говоря уже о столкновении двух машин, несущихся на огромной скорости, — и непоправимого не избежать... Гонщики же “Формулы-1” предпочитают не думать о худшем — в противном случае на карьере можно будет поставить крест.

Начать рассказ о формулических трагедиях стоит с напоминания о самом трагическом уик-энде в истории автоспорта. Конец апреля—начало мая 1994 года, Гран-при Сан-Марино, трасса в Имола.

К тому времени все уже и подзабыли, что такое смерть на трассе. Последним разбившимся был Элио де Анджелис в 1986 году. До этого два летальных исхода пришлись на 1982-й, когда не стало Риккардо Палетти и знаменитого канадца из “Феррари” Жиля Вильнева — отца Жака Вильнева, чемпиона мира-97.

Один из величайших пилотов погиб за день до Гран-при Бельгии в Спа. До конца квалификации оставалось меньше десяти минут, когда ярко-красный болид канадца при вхождении в поворот передним колесом задел заднее колесо другой машины. Как обычно бывает в таких случаях, того, кто позади, подбрасывает вверх. Гоночное авто несколько раз перевернулось в воздухе и рухнуло на асфальт. Самого же Вильнева выкинуло из кокпита. С серьезными повреждениями шеи и головного мозга Жиля доставили в госпиталь святого Рафаэля, где он скончался не приходя в сознание через шесть часов.

За эти двенадцать сезонов технический уровень Королевских гонок вырос сильно: скорости росли, технологии, мало в чем уступающие, например, аэрокосмическим исследованиям, прогрессировали. Но и этого, по мнению боссов “Формулы-1”, было мало, чтобы к автосоревнованиям интерес все возрастал. И накануне чемпионата мира-94 правила претерпели изменения — большинство электронных систем, призванных помогать пилотам управлять машиной, отменили. И вот чем это закончилось.

Уже первая квалификация на Гран-при Сан-Марино в Имоле едва не закончилась трагически. Молодой бразилец Рубенс Баррикелло не удержал болид на трассе и, угодив в заграждение из покрышек, получил сотрясение мозга. Никому не пришло в голову, что это — предвестие еще более ужасных событий.

Австрийцу Роланду Ратценбергеру хоть и был 31 год, но в чемпионате мира он был фактически дебютантом. За плечами — только два Гран-при. К третьему он готовился как и все — проходя квалификацию... На своем быстрейшем круге, при скорости 320 километров в час, у болида отлетело антикрыло — машина оторвалась от земли и врезалась в бетонный отбойник. Талантливого гонщика спасти не удалось, и в “Формулу-1” после большого перерыва опять ворвалась смерть.

Полиция настаивала на отмене гонки и приступила к расследованию. По законам Италии, ЧП с летальным исходом становятся предметом судебных разбирательств. (Например, в разное время заводились дела на обвиненного в смерти болельщика итальянца Альберто Аскари, который сам разбился в 1955-м. Энцо Феррари — основатель знаменитой гоночной команды в конце 50-х — был причастен к гибели пилота Альфонсо де Портаго и нескольких зрителей. На другого итальянца, Риккардо Патрезе, в 1978-м завели дело как на виновника смерти Ронни Паттерсона. Всех, впрочем, в разное время оправдали.) Владельцы же гонок договорились о том, что причины произошедшего лучше искать потом — после Гран-при, чтобы не потерять огромные деньги. Однако в воскресенье, 1 мая, итальянское правосудие завело еще одно дело.

Перед стартом гонки все пилоты были подавлены, вспоминая субботнюю квалификацию, чувствовали что-то неладное. Даже бразилец Айртон Сенна. Но мало что предвещало беду. Разве что шел дождь. Вряд ли кто-то придал этому значение. А природа словно начала оплакивать трехкратного чемпиона мира, бразильского кудесника Айртона Сенну...

И через считанные секунды после старта будто очередным подтверждением того, что Гран-при не следовало проводить, стала авария двух машин. Отскочившее колесо угодило в зрителей. Пострадали несколько человек, причем одного увезли с автодрома в коме. Повторного старта не было — трассу очистили от обломков, и после этого гонка возобновилась. Но через семь кругов — вновь прервалась.

В опасном повороте “Тамбурелло”, в который побаивались входить все пилоты без исключения, “Уильямс” Сенны вынесло прямо в бетонный отбойник. Удар оказался таким сильным, что разваливающийся на ходу болид вынесло обратно на трассу. В результате аварии у бразильца произошел разрыв височной артерии, раздробило челюсть и случилась большая потеря крови. Не приходя в сознание, Сенна умер в больнице, куда его доставили вертолетом.

Слушания по делу Сенны шли не один год. Нашли даже виновных: Адриану Ньюи, бывшему в то время главным дизайнером “Уильямса”, и техническому директору Патрику Хеду инкриминировали непредумышленное убийство. Затем их оправдали… Хотя в “деле Сенны” точка не поставлена и по сей день.

Мир не успел отойти от этого трагического Гран-при, как снова произошла беда. Через две недели Гран-при Монако едва не стал последним в карьере Карла Вердлингера. Перспективный гонщик допустил ошибку при выходе из тоннеля, за которым следует крутой поворот. Не помогли и “новационные” пластиковые отбойники, заполненные водой. Во время столкновения гонщик ударился головой об элемент крепления этой конструкции безопасности. Последующие три недели он находился в коме.

Карла поставили на ноги, и через полгода он вновь сел за руль — тренироваться. Еще через год состоялось возвращение пилота в “Формулу-1”. Но Гран-при Японии-96 стал для него предпоследним в недолгой карьере.

Из “Больших призов” Вердлингер ушел 10 ноября 1995 года. В тот день в Аделаиде едва не оборвалась жизнь финского гонщика Микки Хаккинена. (Вердлингер во время гонки проехал только восемь кругов и отказался от выступления.) Во время квалификации в одном из крутых поворотов гонщик выпустил болид из-под контроля — машина взмыла в воздух и отлетела в бетонный отбойник. Произошло несколько ударов…

У Хаккинена из-за аварии в мозг перестал поступать кислород, он не мог дышать… С такими повреждениями финну оставалось жить несколько минут. На его счастье, медицинская бригада находилась неподалеку, а в ее составе был нейрохирург.

Судьба уготовила гонщику не только исцеление. Больше месяца Хаккинен лежал в разных госпиталях, и все это время возле больничной койки дежурила девушка-соотечественница Эрья. Просто знакомая. Потом она стала его женой. Хаккинен вернулся в “Формулу” через три месяца. А в 98-м и 99-м годах выигрывал чемпионские титулы.

Казалось бы, смерть формулических пилотов может подстерегать только на земле. Неверно. Дэвид Култхард, выступавший когда-то с Микой Хаккиненом за “Макларен” (к слову, основатель этой гоночной команды Брюс Макларен погиб в 1970 году при тестировании автомобиля), остался жив… угодив в авиакатастрофу. Его личный самолет, где находились его экс-герлфренд и тренер, при посадке в аэропорту Лиона ударился носом о землю. Пассажиры спаслись, причем Култхард буквально вытаскивал спутников из горящих обломков, а вот два летчика, увы, погибли.

Вообще, и в других автомобильных соревнованиях знают, что такое смерть. Так, например, Микеле Альборето, участник почти двух сотен Гран-при “Формулы-1”, ставший в 1984 году вице-чемпионом, разбился на немецком автодроме “Лаузитцринг” при тестировании автомобиля для гонки “24 часа Ле-Мана”.

По стечению обстоятельств на этой же трассе в чудовищную аварию попал дважды чемпион серии CART Алессандро Занарди. В его машину на скорости свыше трехсот километров в час врезался другой болид. В результате автомобиль Занарди буквально разорвало на две части… Врачи сохранили ему жизнь, но он лишился обеих ног.

Но не только гонщики становятся жертвами. Гибнут и зрители, и маршалы — персонал, обслуживающий гонку. На одном из Гран-при Италии после столкновения нескольких машин разлетевшиеся осколки попали в работающего на трассе мужчину, который скончался на рабочем месте.

Несмотря на все эти трагические случаи, “Формула-1” остается популярнейшим соревнованием. Вот только хотелось бы, чтобы за всем этим великолепием и благополучием не забывали о безопасности пилотов. И дай бог, чтобы в список погибших гонщиков “Формулы-1” не добавилось ни одной фамилии...



Партнеры