Неформальная элегантность

1 апреля 2004 в 00:00, просмотров: 237

«ДЛ»: Илзе, что для вас самое главное при принятии решения о начале совместной работы с кем-либо?
– Порядочность и искренность. Очень важно, чтобы в отношениях, в том числе деловых, люди были друг с другом честны. Профессионализм людей, с которыми я работаю, тоже очень много значит. В то же время бывает и так, что по формальным признакам – все хорошо, а душа сопротивляется. И тогда лучше от сотрудничества отказаться. Даже если оно сулит большую выгоду. Я думаю, наш внутренний голос лучше знает, что нам во благо, а что во зло. Хотя как балерина я не всегда могу сказать «нет», если мне предлагают чуждую моей природе партию. Например, меня очень ранит образ леди Капулетти в балете «Ромео и Джульетта». Мне приходится изображать такие низменные человеческие страсти, что всякий раз после спектакля у меня появляется чувство оскверненности души. Когда я почувствовала такой же внутренний протест против образа Саломеи в одноименной постановке, я в конце концов отказалась репетировать эту партию. И очень рада. Все-таки в любом деле важно чувствовать, что ты не идешь против своей воли.
«ДЛ»: Вы часто поступаете по наитию или предпочитаете все сначала всесторонне обдумать?
– Я человек увлекающийся и всегда больше доверяю своей интуиции, чем доводам здравого смысла. Например, мировая премьера балета «Пиковая дама» в постановке Ролана Пети, где я танцую главную партию графини, невероятным образом совпала с творческим вечером Игоря Крутого, где я обещала выступить. Мы с Игорем долго думали, как выйти из положения, и хотя на первый взгляд ничего сделать было нельзя и нам оставалось только разойтись каждому на свой праздничный вечер, я предложила Игорю сумасшедшую идею: я танцую первый и последний номера в его концертной программе. С условием, что меня на машинах с мигалками доставляют из театра в театр. Все мои близкие, а тем более коллеги, занятые в постановке, пребывали в полном шоке, но все удалось. Я нигде не опоздала, и все было невероятно здорово, красиво и легко. Думаю, если внутренний голос подсказывает, что все получится, – надо рисковать.
«ДЛ»: Как вы относитесь к пословице «По одежке встречают...»?
– Я думаю, что в деловом мире это – правда. Кстати, в России даже внимательнее относятся к одежде, чем на Западе. Ведь мы относительно недавно получили доступ к красивой, качественной, модной одежде и пока еще не можем ее спокойно воспринимать. Мне нравится, когда я вижу мужчину, одежда которого грамотно подобрана к лицу и фигуре. Мой отец всегда одевался очень артистично, поэтому я ценю нотки неформальной элегантности в костюмах бизнесменов. Например, рубашку в одну полоску и галстук в другую.
«ДЛ»: Вы часто появляетесь на светских вечеринках с мужем. А что мужчине, на ваш взгляд, следует надевать на званые вечера, когда рядом с ним дама в вечернем платье?
– Я помню, мы с отцом собирались на какую-то вечеринку и ехали туда из разных домов. Папа мне звонил и спрашивал, в чем я собираюсь идти. Я отвечала, что пока не определилась, какое платье надену – красное или бежевое. Но отец меня поторопил: «Решай поскорее. Если ты пойдешь в красном, то я буду в черном костюме, если в бежевом – и я надену бежевый». Я запомнила этот урок.
«ДЛ»: А что вы думаете по поводу мужских украшений?
– Пожалуй, часы, запонки и булавки для галстука – достойные мужские украшения. В то же время у меня сохранились воспоминания о том, как красиво мой отец носил одно крупное кольцо с печаткой или большим камнем. Это выглядело очень стильно и мужественно, но очень смело, поэтому сейчас я редко встречаю мужчин, которые могут правильно подобрать для себя такой броский аксессуар.
«ДЛ»: Письменные принадлежности, ежедневники и портфели – неотъемлемые атрибуты деловой жизни. Каковы ваши предпочтения в этой сфере?
– Мой отец уважал Louis Vuitton. И я сейчас питаю слабость ко всем изделиям этой марки не потому, что она такая престижная и дорогая, а просто лично для меня она связана с очень теплыми воспоминаниями. Я сама обожаю письменные принадлежности, и иногда мне кажется, что если бы я не стала балериной, из меня бы получилась отличная секретарша. Мне так нравится заниматься бумажной работой! Когда я пишу даже большие тексты, неизменно делаю это от руки. Хочется, чтобы у меня оставались рукописи, черновики. А компьютером я практически не пользуюсь. Им заведует муж.
«ДЛ»: Вы принимаете участие в подборе его гардероба?
– Конечно! Сознаюсь, я красивую одежду очень люблю и покупаю ее помногу и с удовольствием. Причем когда я заглядываю в магазин, обязательно подробно изучаю не только женский, но и мужской отдел и очень часто покупаю подарки своим любимым мужчинам – мужу и брату. Мне кажется, что мужскую одежду я чувствую безупречно. Чему удивляться – папино воспитание. Для спектакля «День рождения Синей Бороды», где я играю мужчину, купила потрясающий костюм, который не только великолепно сидит, но и будто мне подыгрывает на сцене. Как, собственно, и в жизни правильно подобранный костюм помогает, сразу задает нужное настроение. О женской моде я всегда гораздо осторожнее говорю и иногда приобретаю вещи, которые у меня не приживаются. Вообще в бизнесе обязательно нужно знать себе цену. Внешний вид, одежда в этом вопросе играют не последнюю роль, это сигнальные флажки, сообщающие о том, сколько вы стоите. Например, когда несколько лет назад мне позвонил мой брат со словами, что перед ним сидит представитель компании «Кока-кола», который хочет пригласить меня сниматься в телевизионной рекламе, я повесила трубку и немедленно принялась приводить себя в «товарный вид». Не скрою, тогда мне были очень нужны деньги, так как я начинала в квартире широкомасштабный ремонт. И я приложила максимум усилий, чтобы выглядеть на «миллион долларов».
«ДЛ»: Что же вы сделали, если не секрет?
– Встала в шесть утра, сделала гимнастику, посидела в ванне, еще раз позанималась, приняла душ и закрутила волосы, чтобы они завились ко времени нашей встречи с будущим работодателем. В итоге, когда в десять утра брат открыл передо мной дверь, он только и смог выдохнуть: «Да-а…» Честно говоря, очаровывать я никого не собиралась. Просто мне было необходимо выглядеть адекватно той сумме, которую я хотела запросить за свое участие в рекламе. В тот момент я не примеряла на себя никаких светских масок, но сделала все возможное, чтобы выглядеть хорошо. И это сработало. А мужчина, который предложил мне этот заветный контракт, вскоре стал моим мужем.
«ДЛ»: Ваше имя – брэнд. Вы не думали о бизнесе?
– Да, совсем недавно я задумалась об этом, и именно в этот момент ко мне обратилась с предложением создать новый спортивный клуб директор одного из московских фитнес-центров Мария Пермякова. Мне это показалось заманчивым – ведь когда аэробика только появилась в России, я подрабатывала инструктором, и мне это очень нравилось. Но сейчас мне уже не интересно прыгать с гантелями и понимаю, что многим женщинам тоже хочется чего-то другого. Поэтому в нашем клубе мы решили сделать акцент на пилатес. И теперь наш клуб официально называется институтом пилатеса. Я сама буду вести там занятия по программе «Пилатес плюс балет». Мне кажется, что это очень полезно не только для тела, но и для души. Ведь если женщина в течение часа делает па из партии лебедя, это не может не отразиться на ее внутреннем и внешнем состоянии.
«ДЛ»: Итак, вы начали заниматься бизнесом. Изменился ли ваш ближний круг общения?
– Нет. По-настоящему близкие люди – это старинные знакомые. Человеческие отношения, дружба, любовь, семья требуют усилий. Даже когда ты этого хочешь, времени и энергии совсем не всегда хватает на самых близких. И я очень благодарна своим друзьям, которые прощают меня за наши редкие встречи, хотя живем мы буквально в двух шагах друг от друга. Но на самом деле я чувствую, что мы действительно очень близки, и у меня нет ощущения, что наше общение прервалось, даже если мы долго не виделись или не говорили по телефону. Один из самых уникальных примеров такой дружбы – с моей подругой, однокурсницей и однолеткой Вероникой Смирновой, которая много со мной работала как хореограф. Она поставила для меня спектакли «Федра», «Маэстро», движение в драматической постановке «День рождения Синей Бороды», концертные номера.
«ДЛ»: А как же соперничество и профессиональная ревность?
– Мы с Вероникой тоже сначала думали об этом и немного переживали, что совместное творчество может стать опасным для нашей дружбы. Ведь это подразумевает, что один изначально становится ведущим, а другой позволяет себе быть ведомым. Но время шло, и ничего в наших отношениях не менялось. Так крайне редко бывает, чтобы близкие люди могли вместе работать.
«ДЛ»: У вас есть дома какие-нибудь реликвии, связанные с Большим театром?
– Мне давно очень хотелось купить изображение нашего театра, но сколько я ни пересмотрела работ, выполненных в разной технике, ни одна мне не нравилась. Как вдруг я случайно увидела акварель под названием «Ностальгия». Как позже выяснилось, ее автор – капельдинер нашего театра. Там изображен старый сад и театр в вечерней дымке. И сразу поняла, что именно таким я хочу видеть дома театр.
И еще у меня есть лоскуток от занавеса Большого театра. Он живет под стеклом в красивой золоченой раме. Я вообще постоянный клиент багетных мастерских. Когда я начинаю выбирать рамы, меня надо останавливать.
«ДЛ»: Вы любите живопись?
– Мне ближе гравюра. Хотя я редко обращаю внимание на художественную ценность гравюры или любого другого предмета интерьера. Для меня гораздо важнее настроение, которое то или иное произведение искусства в себе несет. Родители приучили нас с братом ориентироваться прежде всего на собственный вкус. Хотя и я, и Андрис во многом впитали представления наших родителей о прекрасном через окружавший нас мир. Но главным талантом отца был дар смешения стилей, столь актуальный сейчас. Он умел сочетать несочетаемое в интерьере или в одежде, и всегда это выглядело потрясающе. Его знакомые рассказывали, что в гостях он первым делом подходил к буфету с посудой и со словами: «У вас тут все неправильно расставлено» – создавал композиции, которые заставляли все предметы играть. Отец любил старинную мебель и предметы интерьера. И теперь мы с братом часто бываем в антикварных магазинах, причем ближе всего мне – и эстетически, и духовно – XIX век. Особенно пушкинская эпоха. Это невероятная красота и высота, что, когда я читаю восьмую главу «Евгения Онегина», где Татьяна отвергает любимого человека, понимаю, что это такой полет духа, до которого нам никогда не подняться. Поэтому к Пушкину я стараюсь возвращаться как можно чаще. Это помогает видеть мир глубже и относиться к каждой счастливой минуте особенно бережно.



Партнеры