1000 веселых историй

18 апреля 2004 в 00:00, просмотров: 510

Новая книга обозревателя “МК” Евгения ГИКА, вышедшая в издательстве “АСТ”, так и называется: “Шахматы. 1000 веселых историй”. Между прочим, это 149-я книга писателя, но в производстве уже находится 150-я. Так что не за горами юбилей. Предлагаем вашему вниманию несколько веселых шахматных историй от Гика.

Бесовская игра

Пишешь, пишешь всю жизнь о шахматах, стараешься, а толку мало. А вот Алла Пугачева, наша королева эстрады, не успела произнести это сладкое слово “шахматы”, как тут же выиграла и роскошный мебельный гарнитур, и посуду “Цептер”, и микроволновую печь, и, наконец, две туристические путевки в Финляндию — для себя и для своего шахматного партнера.

А произошло это несколько лет назад в телепередаче “Поле чудес”, посвященной 8 Марта. На вопрос Леонида Якубовича: “Какая игра была признана “Домостроем” бесовской?” — Алла Борисовна не задумываясь ответила: “Шахматы” — и эффектно победила.

Правда, возникает вопрос: почему же наша игра бесовская, если благодаря ей можно и хорошо отдохнуть, и обставить собственную квартиру?

P.S. Прочитав эту короткую историю, писатель Владимир Анзикеев задумался над моим, как я полагал, шуточным вопросом, погрузился в умные книжки и неожиданно установил, что действительно “Домострой”, свод житейских правил и наставлений, памятник русской литературы XVI века, причислял шахматы (как и кости, карты) к деяниям, угодным дьяволу, поскольку эти игры ставят своей целью денежный выигрыш: “Проклято все такое добро, нет на нем благословения: одеваться, есть или пить все, что добыто и получено не по-божески, по-бесовски — да низвергнутся в ад все живые души поступающих так”. Да, если бы “Домострой” признавался и сегодня, досталось бы нашим супергроссмейстерам...

Р.Р.S. А совсем недавно одна из жительниц Екатеринбурга официально обратилась к архиепископу Екатеринбургскому и Верхотурскому Викентию с вопросом, являются ли шахматы бесовской игрой. И архиепископ Викентий поспешил развеять ее сомнения, сообщив, что никакого запрета на занятия шахматами со стороны церкви нет. “Шахматы — спокойная умственная игра, развивающая мышление, — не является грехом. Святые отцы запрещают играть в карты, возбуждающие в нас страсти и азарт и вместе с тем гнев и раздражение”, — заявил владыка. Так что теперь наконец можно считать, что шахматы полностью реабилитированы церковью.

Место встречи изменить нельзя

Известный режиссер, автор народного фильма “Место встречи изменить нельзя” Станислав Говорухин рассказал мне занятную историю.

В начале 90-х годов прошлого века Говорухин встретился за доской с Марком Таймановым и неожиданно взял верх. “Поздравляю с красивым рейдом короля”, — поздравил его гроссмейстер, когда все было кончено. И в самом деле партию решил марш белого предводителя с одного фланга на другой.

Но самое удивительное произошло спустя полтора года. Говорухин позвонил Тайманову в Ленинград. Его не было дома, подошла жена, и он сказал, что хотел узнать ситуацию в матче Фишер—Спасский. Ответный звонок Тайманова раздался уже через пять минут (что, кстати, выгодно характеризует пианиста).

— Станислав! Вы интересовались игрой Фишера? Понимаете, он уже совсем не тот, что был прежде. А эта партия, о которой вы спрашиваете... Как бы вам сказать... Короче говоря, ваша незабываемая победа надо мной просто шедевр по сравнению с поединком Фишера. Кстати, вы не забыли партию? Могу продиктовать ходы.

Говорухин был поражен. Для Тайманова та давняя партия, очевидно, ничего не значила, к тому же они оба были тогда подшофе. И тем не менее гроссмейстер запомнил это “произведение искусства”.

А вскоре мне удалось побеседовать и с одним из авторов сценария фильма “Место встречи изменить нельзя” Аркадием Вайнером. Шла речь и о нашумевшей партии Говорухина с Таймановым, и я спросил писателя, может ли он похвастаться подобным шахматным достижением. И тут Вайнер расставил все точки над “i”:

— Прежде всего о легендарной победе Говорухина над Таймановым, единственным свидетелем которой был ваш покорный слуга. Да, правда, что они оба — а заодно и я — продегустировали в тот вечер немало горячительных напитков. Правда и то, что Говорухин, убегая своим королем от преследования, забирал по дороге все неприятельские фигуры и в конце концов оказался на коне. Но справедливости ради стоит добавить, что Тайманов мало что видел в этой партии, потому что играл ее “вслепую”...

Что касается меня, то я тоже могу смело похвастаться, что счет во встречах с Таймановым явно в мою пользу, правда, лишь в тех случаях, когда гроссмейстер играет без ферзя. Если же фора составляет ладью, то мои шансы заметно ниже, и здесь, пожалуй, перевес на стороне Марка.

— Самое главное, — спустя десять лет вспоминал дружескую попойку Марк Тайманов, — что “место встречи” мы не изменили, и в результате родился еще один замечательный “алкогольный вариант”.

Счастливое спасение

В 50-е годы прошлого века главный режиссер театра “У Никитских ворот” Марк Розовский был еще мало известен в театральных кругах, а вот в шахматных уже успел прославиться...

В Доме пионеров, где он тогда занимался, сеанс одновременной игры давал Андрэ Лилиенталь, только что приехавший с турнира претендентов. Все партии уже закончились, оставался один Марк, он делал ходы вдумчиво, не торопясь. Венгерский гроссмейстер нервничал (видно было, что дела его плохи) и после каждого хода предлагал Розовскому ничью. Однако мальчик был правильно воспитан и знал, что идти на мировую с иностранцами нельзя. Но в конце концов он сжалился над сеансером:

— Дядя, вы так волнуетесь, что я согласен на ничью, — сказал маленький Марк.

— Спасибо, милый, спасибо, родной, — Лилиенталь не находил слов благодарности. — Еще минута, и я бы опоздал на свидание со своей возлюбленной.




Партнеры