Храм судьбы

23 мая 2004 в 00:00, просмотров: 243

— Брачащиеся? Нет, это только у Аркадия Райкина такое можно услышать. Жениха и невесту мы никогда так не называем. Говорим “пара”, или, на худой конец, “молодожены”, — с этих слов начался для меня брачный ликбез.

Работать в ЗАГСе… Казалось бы, чего сложного? Поженились — разошлись. Родился — умер. Я вот раньше тоже так думала. А окунулась поглубже в эту закрытую от посторонних глаз стихию, и столько интересного сразу обнаружилось, о чем мы все даже и не подозревали. Экскурсоводом в путешествии по самому главному в нашей жизни учреждению репортеру “МК-Воскресенья” стала замначальника Московского управления ЗАГСами Татьяна Ушакова.

Имя президента скоро исчезнет?

Начнем с того, что все мы — вечные. Потому что те записи, что делает ЗАГС с самого нашего рождения, теоретически должны существовать всегда. Первые 100 лет они хранятся в ЗАГСах, а потом — в Госархиве. Уничтожению эти документы не подлежат. Интересно, что будут думать потомки, читая имена наших современных детишек? Да, собственно, ничего. Потому что мода на абсурдизм (вспомните, к примеру, бич послереволюционного времени — пресловутые Даздрапермы, Искры и Ревмиры), оказывается, прошла. То, что нынче в фаворе “этнические” Устиньи и Афанасии, — тоже неправда. По наблюдениям сотрудников ЗАГСа, современные молодые родители руководствуются принципом “скромно, но со вкусом”. В последнее время они поголовно стали называть девочек Анями, Полями, Дашами и Настями. А мальчиков — Илюшами, Павлушами, Денисками и Ванями. Хит сезона — Степа.

Как оказалось, некоторые родители продолжают нарекать своих чад именами из любимых мексиканских сериалов. А в последнее время прибавилась еще и мода на героев отечественных блокбастеров. Саша Белов из “Бригады” — ну просто классический случай. А вот того патриотизма, который был присущ родителям советских времен, у современных пап и мам, не наблюдается. Голосовали-то за президента Путина, конечно, многие. Но называть детей в его честь, как признались мне в ЗАГСе, не спешат. Популярность имени Володя нынче упала.

— Почему-то практически прошла мода на Тань, — замечает Татьяна Ушакова, — а вот когда я была маленькой, на свет появлялись сплошные Тани. И поэтому у меня почти все подруги — Татьяны… Вообще же, что удивительно, популярность того или иного имени всегда как будто витает в воздухе: все вдруг, не сговариваясь, начинают называть младенцев одинаково.

Новые ограничения на двойные фамилии

А жертвы этой моды — сами дети — потом подчас вырастают и приходят в ЗАГС исправлять ошибки родителей. Кстати, мало кто знает, что по закону мы имеем полное право как бы на двойную жизнь. Объясняю. Идешь в ЗАГС, берешь новое имя (какое захочешь), тебе выдают гербовую бумагу, подтверждающую эту перемену. Потом в милиции получаешь новый паспорт. Но в других документах — например в дипломе — ты можешь вполне законно оставить старое имя. А если кому из посторонних не нравится — сразу под нос ему эту самую гербовую бумагу. И все вопросы отпадут.

Однажды в ЗАГС пришел молодой человек: “Не хочу больше быть Федором. Хочу быть Арнольдом”. “Почему именно Арнольдом?” — удивились сотрудники. Имя какое-то иностранное, о красоте можно поспорить... Парень объяснил, что еще с детства друзья и знакомые зовут его именно так, и теперь он привык откликаться исключительно на Арнольда. Что поделаешь, воля “клиента” — закон. В ЗАГСе внесли запись о перемене имени… Но уже через год новоиспеченный Арни прибежал менять имя на прежнее. Оказывается, стоило парню официально стать Арнольдом, как окружающие сразу забыли о прежнем экзотическом имени. И, не сговариваясь, стали называть его Федором...

Татьяна Васильевна до сих пор не может забыть историю с несчастной девочкой, которую “добрые” родители нарекли в ЗАГСе Анжеликой. Нет, имя, бесспорно, красивое. Да только вот фамилия у малышки оказалась прямо-таки сногсшибательная — Гнилошкурова.

Кстати, о фамилиях. Здесь все довольно просто. Как известно, при браке и жена может взять фамилию мужа, равно как и муж — жены. К слову, один мой знакомый, более 30 лет носивший фамилию Козлов, женившись, решил, подобно супруге, стать Кушнером. А вот с двойными фамилиями есть определенный нюанс. С некоторых пор обзаводиться ими не возбраняется. Только вот коли вы Иванов, а невеста ваша, к примеру, Сидорова и хочет стать Ивановой-Сидоровой, то и вы обязаны последовать ее примеру. Остаться просто Ивановым или превратиться в Сидорова при “сложнофамильной” жене почему-то нельзя.

Жених в кольчуге и невеста на мотоцикле

Работники ЗАГСа уже давно привыкли ничему не удивляться, тем более прикиду молодоженов.

— Мне хорошо запомнилась свадьба, которую играли казаки, — вспоминает Ушакова. — Регистрироваться жених и невеста пришли в казачьей одежде. Он был в рубахе, а на голове — что-то типа фуражки. У нее тоже настоящий костюм казачки, в волосах ленты. А однажды, помнится, жених явился на церемонию, нарядившись богатырем, — в кольчуге. Причем невеста была одета традиционно: платье, фата...

Но недавнюю женитьбу компании столичных байкеров персонал ЗАГСа запомнит надолго. В тот день к одному из московских дворцов бракосочетания с шумом подкатила целая орава на мотоциклах, украшенных ленточками и воздушными шариками. Все визитеры — как положено, одеты в кожу с заклепками. Патлатые жених и невеста слезли с “железных коней” и вошли в ЗАГС, взяв с собой пакеты со “сменкой”. Здесь невеста переоделась в белое платье и фату (жених остался в своей байкерской униформе). А сразу после церемонии молодожены оставили свои мотоциклы возле ЗАГСа, сели в обычную свадебную машину и отправились в традиционный променад по Москве. Правда, под “конвоем” друзей-мотоциклистов.

В ЗАГС — с бубном

Наверное, ни в одном российском городе нет такого ассортимента свадебных мелодий, как в Москве.

— У нас есть только одно ограничение в плане музыки, — говорит мой гид, — если вы хотите церемонию с живой музыкой, играть будет наш собственный ансамбль, а не ваши знакомые. Хотите привести своих музыкантов — пожалуйста, но они смогут что-то исполнить только после церемонии. Например, во время выхода новобрачных и гостей из зала. Дело в том, что наши сотрудники, проводящие бракосочетание, уже привыкли работать с конкретными музыкантами, и с незнакомым ансамблем вряд ли получится так отлаженно и красиво. А ведь эта церемония — память на всю жизнь. У нас есть на выбор около 70 разных мелодий. И даже если вы захотите услышать что-то специфическое, приносите ноты. Наши музыканты их выучат к нужному сроку.

На свадебные мелодии есть тоже своя мода. К примеру, в последнее время женихи и невесты очень полюбили регистрироваться под советский (он же российский) гимн, а также музыку из любимого отечественного “Шерлока Холмса” (где играют Соломин и Ливанов). Причем “мелодия сыщика” обычно очень хорошо подходит под самый ответственный момент — обмен жениха и невесты кольцами.

Обычно в ЗАГСе с музыкой проблем не бывает. Однако однажды у двух брачных пар все-таки произошел небольшой “чисто профессиональный” казус. Обе свадебные компании, которым очередь заходить на регистрацию выпала сразу друг за другом, состояли из представителей правоохранительных органов. Так вот, те новобрачные, что зашли первыми, заказали в качестве аккомпанемента “Мурку”. И когда ждавшие своей очереди их коллеги услышали, что предшественникам включили эту мелодию, они очень расстроились. Оказалось, те тоже собирались обменяться кольцами под “Мурку” и были в полной уверенности, что их свадьба будет самая неповторимая. Но о “плагиате” не могло быть и речи! Тогда, недолго думая, новобрачные и гости приняли решение проводить церемонию под “Наша служба и опасна, и трудна”.

Но, пожалуй, самую большую оригинальность в бракосочетании проявляют ассирийцы — это хорошо известно сотрудникам ЗАГСа, которые обслуживают территорию Пресни. Здесь, оказывается, традиционно живет много представителей этой народности. Так вот, они обычно приезжают в ЗАГС с… бубнами. Вроде как по народному обычаю у ассирийцев так положено. Все получается шумно и весело. В сам церемониальный зал с инструментами, правда, не пускают, но зато после обмена кольцами — в фойе — новоиспеченные супруги и гости отрываются по полной программе.

Работники провинциальных ЗАГСов, приезжая к московским коллегам, часто негодуют: почему у вас брачные церемонии проходят так сухо и банально? Нет ни поклонов и отдельного обращения к родителям молодых, ни первого вальса жениха и невесты. Ответ у москвичей резонный: в столице все это — лишнее. Город деловой, быстрый, многонациональный. Чтобы не оскорбить ничьи религиозные или какие другие чувства, никого не утомить, нужен один универсальный и простой стандарт.

Рязановы попросили однополых свидетелей

В каком-то смысле работник ЗАГСа — все равно что священник или врач. Брачащиеся (да простит меня Татьяна Васильевна за это слово) подчас приходят сюда, как на исповедь, рассказывая о самом сокровенном — ЛЮБВИ. И их слушатели обычно стараются свято хранить чужие тайны. Особенно трепетно относятся к известным людям, которые в ЗАГСе, случается, превращаются в таких же растерянных “мальчика и девочку”, что и какие-нибудь студенты-первокурсники.

Много лет проработав в ЗАГСе, можно заметить одну закономерность, причем исключений здесь почти не бывает: чем известнее и солиднее по возрасту звезда, тем скромнее она себя ведет во время бракосочетания или иной гражданской церемонии. А чем мельче и моложе звездочка, тем она привередливее и пафоснее, если не сказать резче — наглее.

— Мне очень понравилось вести брачную церемонию Сергея Михалкова, — говорит Ушакова, которая, надо сказать, переженила весь этот звездный клан — от старших до самых молоденьких. — Как Михалков-старший с его молодой невестой, так и присутствовавшие на церемонии гости вели себя очень воспитанно и скромно. То же самое могу сказать о свадьбе Эльдара Рязанова. Помню, они со своей теперешней женой пришли к нам и стали задавать такие трогательные, наивные, совсем детские вопросы. Например, можно ли, чтобы оба свидетеля были мужчины или же обе — женщины. Мы объяснили, что так не делается…

А вот бракосочетание одной из солисток группы “Блестящие” оставило у работников ЗАГСа неприятный осадок. Девушка очень капризничала, а когда вошла в зал и увидела молодого оператора, пришла в еще большее раздражение:

— А что это какой-то мальчик будет меня снимать? У вас более взрослого не нашлось?..

Что примечательно, даже самые привередливые и нахальные звезды до самой церемонии обычно общаются с работниками ЗАГСа вежливо и учтиво. Но как только наступает знаменательный день и “клиент” появляется здесь с гостями, перед своими друзьями и родственниками (порой — “простыми смертными”) молодая знаменитость считает обязательным показать свою крутизну.

Мужчины не выживают

— Почему в ЗАГСах обычно работают только женщины? — задумалась над моим вопросом Татьяна Ушакова. — Знаете, мужчины действительно здесь не приживаются. У нас был такой опыт — взяли после правового колледжа пару юношей, но они долго не продержались. Ведь работа у нас очень кропотливая, требуется огромное терпение, выдержка Представьте, что нужно в один день пронумеровать от руки 20 книжечек актовых записей, а в каждой — 250 страниц. Мужчина никогда с этим не справится, а женщины — легко. Бывает и так: регистрируешь смерть, а уже через полчаса тебе выходить к жениху и невесте. И надо быстро настроить себя на совершенно противоположный лад…

Терпение действительно нужно иметь ангельское. Руководствоваться принципом, что в любом конфликте обязательно есть доля твоей вины. Но только как, скажите, не разозлиться, если задаешь жениху самый важный вопрос: “Согласен?” А он отвечает: “Нет”. Оказывается, решил пошутить. И такое в ЗАГСах случается сплошь и рядом. Или когда с утра, после мальчишника, будущий муж на церемонии едва держится на ногах. Иногда в таких случаях приходится останавливать церемонию и просить всех выйти из зала. И ждать, пока сопровождающие вправят жениху мозги.

— Помню, еще давно, как только пришла сюда работать, — вспоминает Татьяна Васильевна, — все возмущалась, почему женихи и невесты в такой ответственный момент хихикают. И только после года работы поняла, что это не ветреность, а волнение и нервы. Раньше, когда кольца мы подавали молодым сами (сейчас они их обычно берут с такой круглой стоечки), это было хорошо заметно. Смотришь, а у жениха руки от страха так ходят ходуном, что он даже колечко взять не может. Вообще же тот, кто продержался в ЗАГСе пять лет, уже никогда отсюда не уйдет.

Уверена: послушав, как Татьяна Васильевна рассказывает обо всех этих таинствах, даже самый ярый женоненавистник призадумается о семейном гнездышке. Но ей-то самой не надоело много лет проигрывать один и тот же сценарий? Ответ у работника ЗАГСа однозначный: не надоело нисколечко! Пусть даже слова и те же самые, но опытный сотрудник, едва бросив взгляд на входящих жениха и невесту, уже знает, что привело их в ЗАГС и с какой интонацией известную дежурную фразу нужно произнести именно для этой пары. Строго и официально или же так, чтобы все разрыдались?




Партнеры