Сладкий плен

15 августа 2004 в 00:00, просмотров: 312

Ну ничего не боятся! Несуеверные какие-то греки попались. Пятница, 13-е. И — огонь. Тревожно... Трудно будет на Играх? Как всегда — безумно.Олимпиада при всем ее величии шкодлива. Но помните, как боролся с трудностями талисман нашей сборной — Чебурашка? “Гена, давай я понесу чемодан. А ты понесешь меня!” У Чебурашки стоило бы, конечно, поучиться, но свой чемодан каждый из российской сборной понесет сам. Кто в первый, очень трепетный раз. А кто в последний, прощальный — трепетный вдвойне.

Атланта, Сидней — эти Олимпиады были для российских болельщиков как путевки на курорт all inclusive. Только смотрите: Великий Карелин, царь воды Попов, хохмач ринга Лебзяк, элегантный и разносторонний пятиборец Сватковский, красавец гимнастики Немов, строптивая и несгибаемая Хоркина…

Ушел Карелин, депутатствует. Сватковский тренирует, Лебзяк — в ответе за армейский спорт. Но еще остались мудрые старожилы Олимпа: Попов, Немов, Хоркина. У Попова — четвертая Олимпиада, у Алексея и Светы — по третьей. Афины скорее всего станут для них прощанием. Со спортивной судьбой, с отчаянием поражения и экстазом победы, с ревом олимпийской трибуны. И для нас в Греции состоится прощание — с народными героями, своим фантастическим трудолюбием и талантом, сумевшими завоевать зрителя. Увы, не могу сказать, что снискавшими всеобщую любовь — в России это вообще как-то не принято, — но заставившими большую часть россиян твердо выучить свои фамилии. А это, согласитесь, немало.

Олимпиада в Сиднее научила нас проигрывать вместе с лидерами. Помните? Попов, Хоркина, Чемеркин, юный Борзаковский, Пелешенко, Лебедева… Кто только не упустил в Австралии свое “золото”! Самым шокирующим было поражение Карелина. Нам казалось тогда, что если выиграет Карелин, то своей мощной фигурой прикроет остальные неудачи Олимпиады. Он был символом наших побед. Хотел он того или нет? Его никто и не спрашивал. Мы же не придумывали героя. Герой сам доказывал свое право на любовь зрителя из года в год. И многолетним трудом взвалил на себя это бремя лидерства.

Собирался ли Карелин уйти после сиднейской Олимпиады? До поражения? Он приехал в Сидней уже после открытия Игр и не мог, как было на последних Олимпиадах, пронести наше знамя. Многие потом усмотрели в этом плохой знак: отступил от традиций. Его “серебро” тоже стало отступлением от победных золотых традиций. “Не ищите причину, — скажет в Австралии его коллега-борец, — просто мы эмоционально сгораем очень быстро. Приходит время, когда груз эмоций начинает пригибать самых стойких. Ты же постоянно выходишь на борьбу сконцентрированный на противнике, взвинченный… В течение долгих лет это не по силам даже легенде!”

Как они это выдерживают? Так долго, так красиво? Откуда берут силы на протяжении десятилетий оставаться сильнейшими, не боясь конкуренции, не давая себе поблажек, не погружаясь с головой в наш мир и не давая никому вторгаться в свой?

Подполковник Немов, весь израненный гимнастическими снарядами в свои 28 лет, улетая в Афины, сказал, что будет, обязательно будет бороться за медали. Он знает что говорит и знает, что выцарапать медаль на третьей Олимпиаде будет очень сложно. Вряд ли сегодняшняя мужская сборная готова на равных спорить за призовые места с окрепшими за последние годы соперниками. Уже в Сиднее только немовское блестящее выступление на последнем снаряде чудом вытянуло сборную на третье место.

— Мы очень тяжело начали выступление. Злость, второе дыхание пришли лишь к середине выступления. Я запретил ребятам смотреть на табло, где постоянно менялись очки. Вышел на перекладину, зная, что мы идем четвертыми. Я сделал все что мог…

Он говорил тогда еле-еле, потому что силы сконцентрированным облаком продолжали виться вокруг перекладины. Потому что команду он успел втянуть на пьедестал, а впереди была еще борьба за абсолютное первенство. За личную честь.

И через сутки любимец зрителей Немов, этот мальчишка-ветеран олимпийского движения, закончив последнее упражнение, обмякнув, висел на руках у тренера, а потом сидел, уткнувшись лицом в спортивную куртку и превратившись в одно большое ухо: он мог только слышать. Судьи признали его абсолютное превосходство над соперниками.

В Афинах Алексей будет вновь биться за свою честь. Так, как умеет, как давно научился.

Откуда силы? Ведь даже одна победа высочайшего уровня выскребает организм, выедает его эмоции и накопленную энергию. А как идти на третью Олимпиаду?

…Чуть больше года назад Светлана Хоркина, наблюдая за выступлениями ребят-гимнастов, вдруг сказала: “По телевизору показывали, как в Москву приезжала Джина Лоллобриджида. Ее завалили комплиментами: вы такая красавица, художница, ах-ах… А она вдруг сказала: “Я просто усталая актриса…” Я в этот момент подумала: “Как это верно — а я просто усталая гимнастка”.

Спустя несколько месяцев “усталая” гимнастка Хоркина на чемпионате мира в Анахайме впервые в истории стала трехкратной абсолютной чемпионкой.

Тренер Хоркиной Борис Пилкин Светлану знает как облупленную. “Главное — Светку уговорить. Если она чего-то сама не хочет — все остальное бесполезно: будет делать нехотя, не выкладываясь, нос морщить. Но уж если завелась — не остановить. Все вот говорят: худая какая стала! А ведь высокому ни на сколько нельзя поправляться. Возьмите теннисную ракетку: там хоть сто граммов прибавь в рукоятку — так локти “полетят” у спортсменов или еще чего. При высоком росте, если вес большой — Свету сорвет просто со снарядов. Она, правда, и сама к полноте не расположена, да и на тренировках как выкладывается! Опять же эмоции изнутри поедают. Хотя ест Светка много. Как мужик. Просто сгорает все”.

Не выиграв в Сиднее то, что должна была (из-за истории со злополучным “конем”, который оказался ниже, чем положено, Светлана оказалась лишь одиннадцатой в борьбе за абсолютное первенство), Хоркина не давала в течение четырехлетия никаких обещаний: “я выиграю, я им покажу!”. Она точно знает, что на Олимпиаде возможно все что угодно. До сих пор, когда при ней говорят о проигрыше Карелина и позволяют себе связать поражение с начавшейся тогда уже политической деятельностью борца, Света готова просто взорваться: “Неправда! Только тот, кто не знает, что такое спорт, может наговаривать на Сан Саныча. А Сан Саныч не проиграл! Очень много лжеспециалистов вокруг. А несправедливость в спорте ударяет больнее, чем где бы то ни было”.

— В наших жилах стойкость течет как кровь. И те, кто рядом, это знают. И тем, кто это понимает, спасибо большое. Папе и маме — огромное. За то, что не мешали мне переживать, плакать, радоваться. Что сами плакали вместе со мной: поговорим, разведем беду, каждому по чуть-чуть, — и я снова уже пошла вперед…

Им, титулованным и известным во всем мире, зачастую ничего и не остается, как только идти вперед. Даже оступаясь. И именно тогда, когда оступились. Они знают, что свое место под солнцем на этом этапе жизни они нашли. И это место они никому не собираются уступать. Олимпийское солнце обожгло им крылья, но оно же крылья и позолотило, сделав их мощнее и более напористыми.

— Вам, журналистам, не надоело? И почему вас не устраивают лаконичные ответы, например, что в плавании я так давно, потому что просто люблю это дело? Мне кажется, все так и ждут, когда я скажу: все! Заканчиваю! Прямо выталкивают с дорожки… Я пока что должен еще раз использовать свой шанс на Играх.

Четвертая Олимпиада четырехкратного олимпийского чемпиона Александра Попова — как вызов судьбе, себе. Спринт — это прежде всего взрыв. А взрыв, скорость — понятие как техническое, так и возрастное.

— Если что-то делать — то надо с умом, качественно. Все можно испортить одной тренировкой, и если не иметь гибкости, быть как железяка, то железякой и останешься. А с умом — это значит… Если говорить — то достойно. Если плыть — то красиво. Если организм получает энергию, то ее надо копить. Это как вспышка молнии: надо все по назначению использовать.

Попова не то чтобы боятся соперники — они говорят о нем с придыханием. Это совсем не означает, что не пытаются обыграть. Пытаются, и обыгрывают. Но для многих из них Александр — легенда из детства. Это из-за него они пришли в плавание, на него смотрели открыв рот, когда русский красавец длинными руками загребал свою первую победную воду. Сегодняшняя легенда Иан Торп уже просится к Саше в ученики. Другая легенда Питер Ван ден Хугенбанд не стесняется признаться, что Попов — его кумир. А сам Саша никогда не позволяет себе оказаться в плену собственного кумирства, хотя сколько уже их, талантливых и быстрых мальчиков, промелькнуло за эти четыре Олимпиады на соседних дорожках. — Я всегда знал, что заявлять о себе нужно до Олимпиады. Да, опыта у меня хоть отбавляй. Лучше и не вспоминать, сколько лет… И как бы я ни проплыл, имидж все равно останется, в грязь лицом не ударю. Но я должен сделать хорошую работу.

Властелинам олимпийских колец — Хоркиной, Немову и Попову — предстоит вновь ввязаться в бескомпромиссную олимпийскую драку. Мы не знаем, откуда в них такая силища. Гордимся. Они не оставили нам выбора, несколько Олимпиад назад сделав свой. Их чемоданы побед эксклюзивны. С 13-го мы стали болеть за них, как в последний раз. Хотя…



Партнеры