Исповедь многоженца

Сосо Павлиашвили: “Не обязательно со всеми иметь интимные отношения”

17 апреля 2005 в 00:00, просмотров: 392

Как настоящий восточный мужчина, он словоохотлив, горяч, искренен. Плохо ему — чуть не плачет, хорошо — готов раструбить об этом на весь белый свет. Сегодня Сосо счастлив: в канун Нового года у него родилась дочка. А недавно своих любимых женщин — 3-месячную Лизу и 24-летнюю Ирину — Павлиашвили предъявил общественности в новом клипе, который назвал “Просто”.


— Просто красивый клип: наши с Ирочкой отношения, и в конце появляется маленькая дочка, — улыбается Сосо. — Не обязательно петь о том, какой ты несчастный, можно и о том, какой ты счастливый.

— А вы счастливы?

— Да, и делюсь своим счастьем. Если кто-то примет это в свое сердце, он не пострадает.

— Однако еще совсем недавно отношения с Ириной вы скрывали.

— Просто я никогда ничего не афишировал. И сейчас не афиширую. Это продолжение жизни, которая называется музыка. Если б не музыка, мы с Ирочкой никогда бы не познакомились. Она была маленькой девочкой, когда влюбилась в мою музыку. Лет 16 ей было...

— А где вы познакомились?

— У меня в студии, которая находилась во Дворце пионеров.

— То есть Ира была вашей фанаткой?

— Я не люблю это слово — просто девочка, которой нравилась хорошая музыка. Так скажем, без лишней скромности. Есть у меня красивые песни, чего уж там скрывать. Это не моя заслуга — Бога... А она пришла в студию, спросила у звукооператора: “Можно у него взять автограф?” Так и познакомились.

— Не боялись в нее влюбляться?

— Ну как можно бояться? Разве что одного: не испортить ее судьбу.

— А могли?

— Конечно. Если бы оказался подонком. Но эта девочка не заслуживала того, чтобы с ней иметь несерьезные отношения.

— Как принял Иру ваш сын Леван?

— Мы и перед сыном не афишировали наши отношения.

— Как же вам это удавалось?

— Ну да, Леван все прекрасно понимал, но он деликатный парень. С воспитанием все в порядке. Он вообще мой друг. Не так, как отцы стараются дружить с детьми, — нет, он по-настоящему мой друг. Допустим, что-то не так сделал, я говорю: “Ну и хрен с тобой, сам разбирайся. Я тебя предупреждал, ты меня не послушал. Какие проблемы? Будешь учиться — вырастешь, может быть, станешь мне подмогой. Я надеюсь, по-братски. Не будешь — покупаю тебе билет, и ты едешь в Тбилиси. Буду присылать какую-то сумму, чтобы с голода не умер. Ты будешь пить — для себя будешь пить, станешь наркоманом — для себя станешь. У меня слишком много вас. И я на тебя еще буду тратить свои нервы?!” Так ему и сказал.

— А его мама как в Тбилиси себя чувствует? Работает?

— Зачем? Я работаю. Не то чтобы мы с Нино разбежались или там поругались — нет. Это жизнь. Мы с ней остались близкими, родными людьми по-любому.

— Левану было обидно за маму?

— Его маму никто не обижал. Кто обидит его маму?! Да я не знаю, что с ним сделаю!.. Знаешь, если бы мне было лет столько, сколько тебе, может, я допустил бы ошибку. Но я же не в бочке жил, как Диоген, я немножко знаю жизнь. Такое бывает. Когда люди перестают доставлять друг другу в постели оргазм. Это да. Но во всем остальном — мой долг, чтобы у нее было все нормально.

— Почему до сих пор вы не расторгли брак с Нино?

— Это уже мои личные дела.

— Но я же к вам обращаюсь как к публичной персоне.

— Есть публичные персоны, которым по барабану, что о них напишут — хорошее или плохое. Мне не все равно. Если бы мне нужна была скандальная известность, я перетрахал бы стольких и на этом построил себе такой пиар! Но зачем?.. Когда я понял, что без Ирочки не могу, первое, что я сделал, — поговорил с Нино. Да, конечно, тяжело — понимаю. Но мы нормально поговорили, по-человечески, я и не сомневался, что она меня поймет. Как бы тяжело ни было, мы с ней не показали друг другу спины. Да это и не в моих правилах, я через трупы не хожу. Мог бы это делать — сейчас летал бы на личном самолете. А может, вообще меня не было бы в живых: пристрелили бы около подъезда, и правильно бы сделали.

— Несколько месяцев назад у вас родилась дочка. С ее появлением что в жизни изменилось?

— Да все. Как рос мой сын, я почти не видел — все время же на гастролях. Сейчас тоже езжу. Но... Честно скажу, сейчас вообще не хочу из дома выходить! Раньше, допустим, я постоянно гулял: из одного ресторана в другой. Сегодня мне все это неинтересно. Я перебесился. Есть любимая работа, есть любимая семья — я счастливый человек.

— Принято считать, что кавказские мужчины страшно ревнивые. Ирину держите на коротком поводке?

— Мой дорогой, если ты хорошо знаешь женщин, они все одинаковые. Понимаешь, если женщина любит, для нее один мужчина — это очень много. А два — уже очень мало. Поэтому если она любит, по-настоящему, то любит одного. Я абсолютно спокоен.

— А сами налево не посматриваете?

— Зачем что-то еще: лучшее — враг хорошего. Когда люди просыпаются и хотят кому-то что-то доказать... Допустим, мои коллеги. Кому ты хочешь доказать? Когда есть Стиви Уандер, есть Стинг... Зачем амбиции? Всем всего хватит. Я со своими амбициями три раза выходил на конкурс и три раза побеждал. А все остальное? Нет, чужого я не беру — хватает того, что дал мне Бог.

— Сосо, неужели потеряли интерес к другим женщинам? Верится с трудом.

— Как я могу потерять интерес? Ни в коем случае. Я никогда не изменял женщинам. Но не обязательно со всеми иметь интимные отношения. Жить для них и петь для них — пока я дышу, это будет всегда.




Партнеры