Легенда звездного бульвара

Полезные привычки Сергея БЕЛИКОВА

2 октября 2005 в 00:00, просмотров: 500

Судьба музыканта — вещь непредсказуемая: кто-то взлетает на вершины хит-парадов, исполняя всего одну песню, а кто-то добавляет популярности целому десятку коллективов. Яркий тому пример — Сергей Беликов, за плечами которого почти все известные в советские годы коллективы: “Веселые ребята”, сохранившиеся и поныне “Самоцветы”, андеграундный “Аракс”...

— Обо мне сейчас много чего говорят. Последний слух был о том, что я умер, — такими словами встретил нас в своей квартире певец Сергей Беликов. Зачем мы нагрянули к нему в десять утра? Да очень уж часто стали крутить по радио любимые всеми “У беды глаза зеленые”, “Живи, родник” и “Все, что в жизни есть у меня”.

А о жизни их исполнителя мало что известно. Было. До сих пор.

Ведро в каждом номере

— Вижу, у вас волосы мокрые. Решили с утра искупаться?

— Да это я обливал себя из ведра холодной водой. Многолетняя привычка. У меня даже в райдере обозначено, чтобы в номере обязательно было ведро. Когда у нас была дача, мы обливались там с женой каждый день всю зиму.

Пока певец делится такими подробностями, супруга Елена уже приготовила кофе и… телефонную трубку “на закуску”.

— Я с утра решаю дела по телефону. А вот и звонок... Да, это я. 15-го в Нижнем Новгороде? Кажется, свободен, — Беликов кладет трубку. — Вот так и приходится крутиться. Я же, помимо сольной программы, принимаю участие в двух проектах: работаю с ансамблем “Самоцветы”, солистом которых был еще в 70—80-е годы, и в программе “Легенды ВИА”.

После двухчасовых утренних переговоров Беликов направляется в студию, которая находится в комнате сына. Компьютер, записывающая установка, синтезатор, гитара — полный “боекомплект”.

— Если накануне не было гастролей, я начинаю петь в одиннадцать утра, когда голос просыпается. Но вчера был концерт, поэтому сегодня начал немного позже. Я же “живой” певец, и это требует тренинга, — Сергей берет в руки гитару и начинает петь.

— Я слышала, что вы альбом готовите новый…

— Да. Диск называется “Может, я останусь”. Решил собрать мои самые знаменитые песни и новые композиции. В домашней студии выполняю черновую работу, а после нее отправляю материал более опытным аранжировщикам.

— Раньше, наверное, легче было существовать в шоу-бизнесе?

— Двадцать лет назад шоу-бизнеса и не существовало. Была некая эстрадная культура Советского Союза, которая в разное время более или менее регламентировалась Министерством культуры. А сейчас играть и петь могут все, у кого есть деньги. “Фабрика звезд” показала, что деятели ТВ перекраивают музыкальный рынок в своих интересах. Я считаю драмой российского шоу-бизнеса, что он стал зависеть от денег.

— Если нет спонсора, надо становиться им самому — вы бы бизнесом занялись. Сейчас все так делают…

— Чтобы открыть ресторан, надо иметь приличный капитал. А я его не заработал. Но, между нами говоря, многие артисты, которые являются совладельцами, тоже ведь деньги не из своего кармана доставали. Так жизнь сложилась — дружба с “нужными” людьми и все такое. Я эту проблему не смог решить. Но если бы у меня был свечной заводик (Беликов улыбается), я бы не отказался.

Внучка-англичанка

За разговорами время идет к обеду. Сергей вспоминает, что собирался сегодня посетить фитнес-клуб — поплавать, попариться в бане и позаниматься на тренажерах.

— Я увлекся баней по рекомендации врачей. Обычно мы с женой тратим на это часа три. По несколько заходов в парилку, разговоры и читка газет в промежутках. Но сегодня Лена неважно себя чувствует, так что я один быстренько схожу.

До фитнес-центра рукой подать: три минуты пешком.

— Хорошо заниматься на голодный желудок, — говорит музыкант, оседлав тренажер для накачивания мышц рук. — Вообще я хожу сюда не для того, чтобы накачать мышечную массу, а чтобы не теряла эластичность та, которая была до сих пор.

— Кто-нибудь из ваших коллег ходит сюда заниматься?

— Никого не видел. Мне кажется, многие из тех, кто снимается для обложек в спортзалах, делают это ради пиара. Пришли, изобразили больших физкультурников — и больше их там не видели.

Банные процедуры занимают у Беликова максимум полчаса. Наконец едем домой. По дороге Сергею звонит жена.

— Уже накрыла на стол? Так я почти подъехал.

— Никогда не пробовали себя в роли повара?

— А зачем? Лена — уникальный человек. Я не готовлю не потому, что не могу и не хочу, а потому, что знаю: рядом живет человек, который так приготовит, что мне об этом и думать не надо будет. Много лет назад кто-то задал мне подобный вопрос, и сидящая рядом женщина сказала: вопрос не в том, кто готовит, а в том, что человек, который готовит, делает это с удовольствием.

С самого утра мне как журналистке не дает покоя чудный стеклянный столик на кухне Беликова и другие изыски квартирного интерьера.

— Признайтесь, кто создавал дизайн вашей квартиры?

— Безусловно, мы приглашали профессионалов. Но сами, например, придумали вот это, — Сергей показывает на резной креативный потолок и перегородку, отделяющую кухонную часть от гостиной. — А вообще квартира хоть и не гигантская, как, возможно, у моих коллег, но очень функциональная, с минимумом мебели. Здесь ровно столько места, чтобы мы трое помещались. В спальне сына — чтобы ему было просторно. В нашей спальне — чтобы нам комфортно спалось.

— Кстати, что-то я никого из детей дома не вижу…

— Старшая дочь уже несколько лет живет в Англии, она замужем за британцем. Моей внучке уже восемь лет. Она по-русски хуже говорит, чем по-английски. Но Наташа старается ее обучать по максимуму. А то представьте себе: не найдем общего языка на старости лет (Беликов смеется). Сыну Григорию 20 лет. Он барабанщик в альтернативной группе.

Дуэль с коллегами

Поскольку Беликов пошел переодеваться в спортивную одежду, понимаю, что со спортом еще не закончено.

— Когда спадает жара, мы садимся с Леной на велосипеды, — говорит музыкант, примеряя новые солнцезащитные очки от Prada, — и едем от Звездного бульвара, где я живу, на территорию ВВЦ. Там очень ароматный лесной воздух. А вообще район хороший, сквер под домом — специально выбирали, чтобы собаку выгуливать, но в прошлом году она умерла, — Беликов выглядывает в приоткрытое окно на кухне. Я тут же начинаю ежиться от холода.

— А у нас окна всегда открыты. Осталась привычка к холоду с того времени, когда мы жили в старом панельном доме. Здесь дом, конечно, не новый — ему сорок пять лет, — и довольно шумно (мы же окна не закрываем), зато соседей почти не слышно. Помню, когда сюда только заселялся, меня почему-то соседи спрашивали: а вы часто будете банкеты здесь устраивать?

— Вы только с супругой на велосипеде или еще с кем из популярных персон круги накручиваете?

— Опять должен говорить с приставкой — к сожалению. Я уже несколько лет живу обособленно от этой тусовки. Для меня понятия артистической дружбы не существует. Я сильно сломался на футбольном проекте. В 90-х годах была организована сборная эстрадных звезд по футболу по примеру итальянской сборной. Это оказалось хорошим коммерческим проектом. Нам удалось собрать вполне играющую команду.

— Насколько я знаю, у вас все было довольно неплохо. Вас называли лучшим футболистом среди артистов…

— Это как раз одна из причин того, что я столкнулся с предательством и подставами. 150 лет назад кое-кого из коллег вызвал бы на дуэль. Я сильно разочаровался в людях, которые считались моими приятелями. В проекте появились “серые кардиналы”, которые мои плюсы артиста и футболиста ловко превратили в мои минусы. Футбол ушел из моей жизни.

— Неужели душевных сил совсем не осталось?

— Дело не только в этом. У меня были две серьезные травмы. Врачи сказали, что нужно резко снизить нагрузки, а то и вообще — завязать с футболом. Кстати, они посоветовали пить пиво в небольших количествах. Не больше бутылки в день. Считается, что это снижает утомляемость и устраняет болевые ощущения. Но я ведь до сорока лет не пил и сейчас не пью. В общем, я решил завязать со спортом. Мне надо хранить ноги для легкости передвижения по сцене.

За беседой незаметно подъехали к месту, где Сергей садится на велосипед и отправляется в прогулку на целый час.

— Для меня спорт — это еще и эмоциональная разрядка. Работа артиста нервная, — отмотавший два гигантских круга певец утирается платочком. — Но раньше для меня была важна карьера, и я пережил сильный стресс из-за разрушения своего звездного статуса. А сейчас популярность для меня перестала быть ценной — вижу, какими методами она достигается.

Неожиданно Сергея догоняет девушка лет тридцати с просьбой об автографе. Беликов удивлен, но расписывается с удовольствием.

— Такие молодые поклонницы меня удивляют, — признается он. — Они — другое поколение с другой музыкой. Мне пятьдесят лет. Мои поклонницы — уже взрослые женщины с детьми.

Двойники одолели

К нашему возвращению на улице уже совсем стемнело. А Сергей теперь берется за чтение прессы: усаживается поудобнее на диван с журнальчиком в руках.

— Сам не знаю, зачем читаю. В журналах мало интересного. Например, здесь статья об Александре Буйнове, который был на дне рождения Ларисы Долиной. Но ведь о Буйнове была почти такая же заметка, когда у него был день рождения и у него была Лариса Долина. Забавно!

— А о себе часто интересные истории находите?

— В газетах нет, но от знакомых узнал, что у меня появились двойники. Оказывается, я периодически выступаю где-то, причем на самом деле меня в этот момент может и в стране не быть.

Пленка на диктофоне уже заканчивается, и я понимаю, что пора бы и честь знать. К тому же Сергей собирается смотреть фильм, что удается ему не так часто.

— Под кино хорошо идет легкий ужин, — рассказывает он, открывая холодильник. — Мой ужин состоит из тарелки гречневой каши и чего-нибудь кисломолочного.

Направляемся к выходу. По пути замечаю две фотографии Сергея с супругой на стеклянной полочке.

— Да, на эти фото все обращают внимание. Я смотрю и сам удивляюсь, как мы смотрим друг на друга в первые годы после свадьбы и как сейчас — по прошествии двадцати пяти лет. Мы изменились, а взгляды — нисколечко. Наверное, это и есть главная ценность. Остальное — несущественные мелочи…



Партнеры