Подруга на ночь

Ирина Палей: “Побольше надо думать о сексе”

26 февраля 2006 в 00:00, просмотров: 440

Телевизор давно обеспечивает нас всеми радостями жизни, заменяя театр, кинозал и лучшую подругу.

В последнем поднаторела ведущая ночной программы “Синий троллейбус” на ТВЦ Ирина Палей. Вместе с психологом и приглашенной звездой она консультирует брошенных жен и безработных мужей, “вечных” невест и запутавшихся в приятельницах женихов. Опытом решения чужих и собственных проблем Ирина с удовольствием делится с нашими читателями.

Проблемные звезды

— Кому из экспертов-психологов зрители больше доверяют — мужчинам или женщинам? И важен ли этот момент при выборе личного психолога?

— Могу сказать, что доверяют не мужчинам или женщинам, а конкретным персонажам. И надо выбирать того психолога, с которым сразу находишь общий язык. Вот у нас бывает сексолог Миша Лабковский, который в силу профессии большой циник. Его любят, потому что говорит он вещи небанальные.

— Что же еще, кроме секса, может интересовать людей по ночам?

— Да, иногда слышу: “Такое впечатление, что они только про одно и думают”. У меня же стойкое ощущение, что как раз такие критики “про это” не вспоминают никогда. Непонятно, как они производили на свет своих детей. Наверное, как у Маркеса, с дыркой в ночной рубашке. А нормальные люди любят секс. И деньгами интересуются, и проблемами в воспитании детей.

— Наверняка градус дискуссии зависит не только от темы, но и от знаменитости, которая отвечает на звонки?

— Иногда сама удивляюсь тому, каких персонажей “едят”, а каких — нет. Как-то пригласили известного актера, играющего героические роли. И вот на один серьезный звонок человека, прошедшего Чечню, он ответил: “Ну что могу вам посоветовать? Пойдите и утопитесь”. И гнусно хихикнул, считая себя, видимо, юморным мужиком. Этот гость совершенно не чувствовал ситуации, и до конца передачи мы его обходили стороной.

— Раньше обращение к психологу считалось чем-то не слишком приличным. Ситуация изменилась?

— Да и сейчас не все это афишируют, хотя многие прибегают к подобной помощи. Была удивлена, когда выяснилось, что психолог, к которому ходила сама, пользует многих известных актеров. Маргарита Терехова, когда я пригласила ее в эфир, захотела выступать именно с той девушкой, Риммой, потому что она — ее психолог.

— И во сколько же заканчивается ваш рабочий день?

— Часа в три ночи. Ведь после передачи поток звонков не прекращается. Потом, есть бойцы, которые приезжают прямо сюда, ко входу. Людям кажется, что ты “их человек” 24 часа в сутки, что у тебя не может быть личной жизни в принципе. В аптеке покупаешь тампаксы, а к тебе могут подойти, взять за пуговицу и что-то долго объяснять.

— В жизни вы, как и в студии, любите деловой стиль?

— Нет, обычно ношу свитера и джинсы, как всякий нормальный человек. Максимум, что могу себе позволить на каждый день из “приличного”, — пиджаки в английском стиле, с заплатками на локтях. Сразу их покупаю, как только вижу, это моя необъяснимая слабость. Для эфира тоже одеваюсь сама.

— В смысле, с вами не работает стилист?

— Мне никто не оплачивает расходы. И гримеру плачу сама. Иногда — за такси гостям. Получается, приличную часть зарплаты отрываю от семьи.

“Отдам мужа в хорошие руки”

— Неужели действительно за две минуты разговора можно помочь человеку?

— Человек сам для себя определяет свои дальнейшие действия. На самом деле он уже все решил и хочет подтверждения.

— Утопиться или повеситься?

— Если человек твердо решил утопиться или повеситься — он ни с кем не советуется. Это такая красивая иллюзия, что можно спасти жизнь. Нельзя. Если же вы спрашиваете, разводиться или нет, удавиться или нет, значит, вы этого не хотите. И ждете от других, чтобы вас отговорили. Ну, мы и отговариваем. Знаю по себе: если что-то решила окончательно, то уже ни с кем не советуюсь. А как только начинаю спрашивать…

— И часто обращаетесь за советом?

— Пожалуй, редко. Возможно, сейчас нет таких критических ситуаций. Хотя и когда были, как-то сама справлялась.

— Разводиться или нет?

— Разводилась, и все.

— С двумя предыдущими мужьями остались друзьями?

— Конечно, у нас сохранились хорошие отношения.

— Вы так говорите, будто все пары потом мирно чаевничают.

— Понимаете, сразу после развода не может быть хороших отношений по определению. Потому что эмоциональная связь еще сильна, нельзя зачеркнуть важный кусок жизни. Например, я разводилась со вторым мужем (режиссером Сергеем Газаровым. — Авт.), когда ждала ребенка от нынешнего мужа (актера Андриса Лиелайса. — Авт.). Ситуация была щекотливая, и все гадости, которые можно было сказать друг другу, мы сказали. Несколько лет мы просто обходили друг друга стороной, но со временем стали лучшими друзьями. И когда у Сергея умерла жена, и он остался с двумя детьми, то, конечно, я была рядом и очень переживала за него.

— Как-то его успокаивали?

— Говорила, что нужно напиться, побиться головой об стенку, но есть дети и т.д. Сейчас мы уже подшучиваем друг над другом. Я все время повторяю, что хочу пристроить его в хорошие руки. А он отвечает, что все жены его на себе женили. Поэтому он, как невеста, открыт для предложений.

Тайна матери

— Часто ли случается в эфире приводить примеры из собственной жизни?

— Стараюсь не делать этого. Как-то неловко. Но вот позвонила женщина и рассказала, что пять лет назад родила мертвого ребенка и до сих пор не может все это забыть, даже справляет его день рождения.

— Тогда вы рассказали свою историю?

— Первый ребенок у меня родился и умер в тот же день. Я еще сама была ребенок и не могла понять — за что?! И хотя сейчас у меня уже двое взрослых мальчиков, 20 и 12 лет, я ничего не забыла и тоже внутренне, сама с собой, отмечаю его день рождения. Мы не можем забыть, мы просто должны научиться с этим жить. И когда эта женщина все-таки родит ребенка, то будет абсолютно безумной мамой вроде меня.

— В чем же выражается это безумие?

— Старший сын Андрис знает, что мне надо звонить по пять раз в день и сообщать обо всех своих передвижениях. Я с трудом мирюсь с тем, что он имеет право на собственную жизнь, может встречаться с кем хочет, носить то, что мне не нравится. Сейчас начинается вторая серия — с младшим Янисом.

Налог на брак

— Вы как-то говорили, что живете на два дома — Рига и Москва. Сыновья тоже кочуют с вами?

— Сейчас объясню. Мы все вместе постоянно живем в Москве, но у мужа и детей двойное гражданство, а у меня — вид на жительство в Латвии. В Риге у нас квартира, в Юрмале — дача, такая старая, запущенная. Говорят, среди новых латышей очень модно делать именно такие дачи, под Юрмалу 30-х годов. Часто ездим в Латвию по делам и в гости, помочь маме мужа, его сестре. Поэтому любой заработок расписан на год вперед.

— Наверное, отпуск проводите в Юрмале?

— Каждое лето, что не обсуждается в принципе. Хотя для меня Юрмала — настоящий ледник. Я ведь человек южный, из Днепропетровска, и все детство купалась в Черном море. Муж и младший сын с удовольствием ныряют в 15-градусную воду, а мне даже ноги помочить страшно. Юрмала — это мой налог на семейную жизнь, как говорю мужу. На что он отвечает: “А мой налог — твоя Москва”.

— Андрису так не нравится Москва?

— Как всякий мужчина он хотел привезти жену к себе. А в Риге — одна киностудия и два с половиной театра! Я уперлась и сказала, что останусь в Москве. Он подумал и согласился. Друзья называют его декабристом.

— Кто в вашей семье занимается домашней бухгалтерией?

— Я. У нас процветает такой проверенный советский принцип, когда муж отдает жене все деньги и ни за что не отвечает. И все мои знакомые — телевизионщики, актеры — тоже так живут. Конечно, святая обязанность мужа — съездить за продуктами на неделю вперед. Но если он что-то не купил, у него есть железная отговорка — “ты не написала”.






Партнеры