Тяжеловесы договариваются со скрипом

Позволить кому-то вступить в ВТО – вопрос не симпатий или антипатий, а коммерческой выгоды

1 апреля 2006 в 00:00, просмотров: 241

Украине удалось подписать двусторонний протокол о доступе на украинские рынки товаров и услуг с самым сложным переговорщиком – с США. Это означает, что наш западный сосед может вступить во Всемирную торговую организацию гораздо раньше, чем Россия. Во всяком случае шанс оказаться там в 2006 году у Украины сейчас уже выше, чем у РФ.

Невольно задумаешься: по каким критериям выбираются наиболее достойные этой чести страны Содружества? На мой взгляд, из всех стран СНГ наиболее достойна Киргизия. То же самое касается Грузии, ставшей членом этой организации четыре года назад, и других стран, которые вступили в ВТО раньше нас.

Понятно, что вопрос не в том, что они более готовы к вступлению, чем Россия. Вопрос в том, что РФ – большая страна и видный партнер на рынках. Причем на многих рынках. Поэтому, с одной стороны, ее присутствия в ВТО в большей степени опасаются. С другой, естественно, рассчитывают как можно больше заработать на ее вступлении. На том, чтобы каким-то образом добиться уступок, выгодных для экономики той или иной страны.

Это не вопрос симпатий или антипатий. Это вопрос коммерческой выгоды, которую стараются в этом процессе получить все страны-члены ВТО.

Это же утверждение вполне применимо к Украине. Тоже большой стране, хотя поменьше, чем Россия, поэтому для нее условия вступления будут несколько мягче. Ко всем экономическим аспектам и мотивациям следует добавить фактор политический. В этом плане Украина набрала «положительные баллы». Стала страной «оранжевой революции», страной демократической, доказала свою приверженность демократическим ценностям. Как бы сейчас ни ругались Ющенко–Тимошенко–Янукович, все равно выборы на Украине будут демократические. То есть там у граждан действительно будет выбор.

Для американцев, я имею в виду не правительство, которое придерживается исключительно прагматических принципов, для американцев в целом и для Конгресса, чье настроение очень зависит от общественного мнения, демократические идеалы оказались важны больше, чем, как ни странно, для Европы. Поэтому мы, договорившись о поставках нефти, газа и так далее, сравнительно легче получили одобрение со стороны Европейского союза.

С Соединенными Штатами договориться оказалось потруднее. Поскольку Америка тоже обладает значительными интересами на рынках, как и Россия. Тяжеловесам всегда сложнее договориться. Скажем, в США мощная авиационная промышленность, продукцию которой они хотели бы поставлять в Россию. Поэтому Америка настаивает, чтобы Россия вместе с вступлением в ВТО вступила бы еще и в авиационное соглашение, согласно которому мы должны были бы снизить тарифы на поставляемые в Россию самолеты.

А мы не хотим, потому что у нас есть своя авиационная отрасль. И мы стараемся на какое-то время оградить ее от конкурентов. Во всяком случае, пока она не станет на «крыло».

И это нормальный процесс отстаивания национальных интересов. Тем более что вступление в это авиационное соглашение не предусмотрено правилами ВТО.

Что касается политических вопросов – демократии и так далее, мы в последние полтора десятка лет были любимым дитятей у американцев. Мы на всем пространстве СНГ слыли лидерами демократического развития. Сейчас мы эту позицию утратили. В каком-то смысле Украина ее перехватила.

Я думаю, что сейчас она получает преимущество от этого. С Украины сняли за это дискриминирующую поправку Джексона–Вэника, а для нас она еще вроде бы действует. Как действует? Все равно президент каждый год блокирует ее в рамках своих полномочий. Но это некий знак: «Мы к Украине относимся лучше, чем к России».

Должны ли мы переживать по этому поводу? Нет. Но мы должны правильно это понимать.

Так получилось, что сегодня у нас идет борьба за власть. За три года до президентских выборов ничего другого не делается, кроме неких шагов, которые ради удержания власти той же командой снова и снова ущемляют наши гражданские права. И мы за это платим.





Партнеры