Жестокие рулевые игры

Российский тест-пилот Роман Русинов: “Экзамен в “Формулу-1” бывает один раз. Без права пересдачи”

23 апреля 2006 в 00:00, просмотров: 334

Последнее время, когда разговоры касаются “Формулы-1”, нам неизбежно задают вопрос: “Как там наш парень поживает? Тот, который вроде скоро в гонках участвовать должен”. И чтобы прояснить ситуацию с российским гонщиком Романом Русиновым, блестяще прошедшим тесты за рулем команды Midland в декабре 2005 года, мы встретились с ним в его московском офисе, недалеко от редакции “МК”.

То, что Рома не просто толковый пилот, но и очень образованный человек, мы знали и по прошлым встречам. Поэтому не удивились, когда разговор за чашкой чая незаметно вышел за рамки спорта как такового.

Секрет Алонсо

— Я занимаюсь в Москве привлечением спонсора, — начал Рома. — Что это прежде всего? Каждодневная борьба и бессонные ночи. С вечера готовишь презентацию, все раскладываешь по полочкам. К сожалению, для русских компаний “Формула-1” — новый спорт. Должно пройти время, чтобы компании осознали, насколько это выгодное вложение.

Другое дело, возможность увидеть русского пилота в гонке — для некоторых момент очень привлекательный, только вот бюджет на данный год уже закрыт... Но я уверен, русская команда Midland увидит русского пилота в обозримом будущем.

— Почему именно российские компании?

— Это дело государственной важности. Многие страны пытаются продвинуть в “Ф-1” своего пилота. Я могу привести пример. Чемпион мира Фернандо Алонсо пришел в слабенькую в плане бюджета Minardi, но привел туда вслед за собой крупнейшую испанскую телекоммуникационную компанию. Потом вместе с ней перешел во французскую Renault. Потому что он — испанец, а в его стране машин этой марки чуть ли не половина! Плюс менеджер оказался толковый. Вот так совпали несколько факторов, и без того талантливому Фернандо повезло с машиной. Он выиграл титул.

А сколько есть таких славных парней, кто этого не добился и не добьется никогда! Или, к примеру, вы не задавались вопросом: почему из Ferrari ушел один бразилец, Баррикелло, а на его место пришел соотечественник (мы с ним оба выигрывали один из финалов в Renault в 2000 году)? Думаю, ответ на вопрос есть, только нужно внимательно изучить наклейки на болидах и сделать справку, что активно продается в Бразилии.

Контракт с шестью нулями

— Даже страшно становится. А можешь озвучить сумму, которую нужно привнести в команду, чтобы поехать? Или это секрет?

— Пилоту сумму приносить не надо! Нужно, чтобы был спонсор, заинтересованный в пилоте конкретной национальности. Могу сказать, любая средняя российская компания может это себе позволить.

— Ну хотя бы сколько нулей позади этой цифры?

— Ну, скажем так, шесть. Есть такой классный пилот, зовут Франк Монтаньи. Он не гоняется в “Формуле-1”. Казалось бы, один из лучших тест-пилотов. А потому, что, когда он созрел для выступлений, необходимости во французах не было. Казалось бы, могла быть протекция Renault, да вот беда: эти машины у себя на родине и так продаваться будут, без проблем.

Зачем России свой пилот

— Насколько российской можно назвать Midland?

— Скажем так, почти все команды “Ф-1” базируются в Англии. Включая французскую Renault. Так повелось, так удобнее. Если наша футбольная команда играет в бутсах иностранного производства — это же не означает, что она иностранная. Независимо от того, какую страну представляют спонсоры “конюшни”, принадлежность определяется лицензией, по которой она выступает. У МF1 она российская, о чем еще говорить...

— Нужен ли России ее пилот, как считаешь?

— Интерес к Королевским гонкам и так высок. Будет еще выше. Когда я смогу дебютировать, рейтинг скакнет вверх, а не вам объяснять, что цена рекламного места на машине растет пропорционально успехам. Многие говорят, что надо строить срочно трассу, но, наверное, лучше ее делать, когда у страны есть представитель в “Ф-1”. Тогда и привлечь инвесторов, чтобы построить трассу, намного проще.

— Португалия проводила Гран-при безо всякого своего пилота, а уже потом появились Педро Лами, Тиагу Монтейру...

— Это давно было. Китай построил трассу, а теперь там поняли, что нужен национальный герой. К примеру, Картикейан проездил сезон в “Ф-1”, и Индия всерьез задумалась провести Гран-при.

— А твоя персональная задача на этот сезон какова?

— Сразу говорю: сесть за руль в гонке будет невероятно сложно. К 2007-му дорога уже более открыта. Работаем над тем, чтобы я вышел на первый Гран-при нового сезона.

— А официальные тесты-2006?

— В конце сезона я рассчитываю провести несколько серий по пятницам, хотя опять же все зависит от того, что меня ждет в следующем сезоне.

Тестом по шее

— В декабре на тестах ты показал время на круге лучше, чем у основного пилота Midland Кристиана Альберса.

— Это доказательство того, что я могу ездить в чемпионате. Все на свете пробуют себя в младших классах, чтобы сдать один-единственный экзамен в “Формуле-1”. Если ты не прошел его однажды, то, извини, свободен...

— И ты экзамен сдал?

— Да. На отлично!

— Дрожи не было?

— Почему она должна быть, если машина, как ни крути, это все те же 4 колеса и руль. Ну, правда, помощнее.

— Ну а с “физикой” и перегрузками как прошло?

— Шея страдала — это правда, но я был подготовлен.

— А психологически насколько это отличается от прежней езды?

— Не успел этого понять. Не было времени: думал лишь о том, чтобы как можно больше и быстрее проехать.

— А отзывы какие пришлось выслушать?

— Самый лучший отзыв, это когда... никто ничего не говорит. Ну разве что “вэри гуд лэп тайм”, то есть “очень хорошее время на круге”. И если просто с уважением и оптимизмом на тебя смотрят.

Чем проще серия, тем круче пацаны

— А вообще большое различие между “Формулой-1” и сериями более низких классов?

— Да все другое. В “Формуле-1” же лучшие мировые пилоты. И бюджеты. Если у McLaren или Ferrari — полмиллиарда, то в младших “Формулах” — 3—4 миллиона.

— С серьезными пилотами “Ф-1” имел дело?

— Жака Вильнева на трассе обогнал. Сначала мысль — ну и что, машинка как машинка! А уже потом, через сутки, осознал, что это был чемпион мира-97. Вообще, он не преследовал задачи мне помешать и тоже шел на быстрый круг, но мне слегка помешал улучшить собственное время.

— А в общении как?

— Скажу, что, “чем серия проще, тем круче пацаны”. А в “Ф-1” все понимают друг друга с полуслова. Профи высшего класса.

— Заметно, кстати. Вот в Red Bull Racing вообще атмосфера простая, домашняя. Девчонки из их мотор-хоума так вообще самые лучшие.

— Ну это у них такой имидж. И как бы девчонки хороши ни были, они не самая крупная статья бюджета.

— Ты практически не питаешь иллюзий насчет текущего сезона. А вот (хотя мы не желаем никому зла!) если оба действующих пилота в силу разных причин не могут выйти на Гран-при?

— Тогда прибегнут к дополнительным спонсорам, которые захотят выставить своих пилотов. Будет шанс и у меня.

Грипп выкинул с трассы

— На этапы ты не ездишь. Это не обида?

— Ничуть. Мое дело пилотировать автомобиль, на тестах или в гонке, а не развлекать гостей в паддоке. А просто так в боксах болтаться нет смысла. (Вспоминаются слова одного из менеджеров топ-команд: “Неужели у России нет денег, чтобы выставить на гонку своего пилота?” — Авт .)

Вот, кстати, прекратили финансировать участие россиян в гонках класса “А-1”, то есть Кубка Наций.

— Там все развивалось неплохо...

— В Австралии. Лишь в понедельник меня на эту гонку пригласили, в среду утром я получил визу, в обед купил билет на самолет и вечером того же дня вылетел. Добирались 36 часов с пересадками, и я где-то подхватил грипп. Прилетел с температурой под 40, трассу совсем не знаю, тест-заездов мало, да еще и ливень. А я и с инженером не могу толком ничего обсудить, потому что потерял голос. Только хриплю что-то по радио.

В первой гонке затем я был 13-м, ну а во второй шел 9-м, но тут в дело вмешался этот “чудо-мексиканец”. Уж я-то тормозил поздно, а он уже выйдя из поворота. И выкинул меня с трассы, хотя потом утверждал, что это я кашу заварил. Директор гонки и остальные тоже так считали.

Если бы не эта авария — был бы седьмым как минимум. Ну а потом мы поехали в Малайзию на следующий этап. Там и узнали, что участие сборной России на этом заканчивается. А жаль...

Самый несправедливый спорт

— В этом сезоне не боишься потерять практику?

— Я катаюсь на младших “Формулах”, делаю тесты на автомобилях-прототипах. Постоянно поддерживаю форму. Главное, чтобы Россия была готова к “Формуле-1”, а я доказал, что готов достойно ее защищать.

— Можно сделать вывод, что мир “Формулы-1” несправедлив и жесток...

— Да. Таков автоспорт. Везде, где успех зависит от уровня твоего технического оснащения, в какой-то мере несправедлив. Это не футбол, где успех придет к тому, кто бьет по воротам точно и сильно. Пятикратный чемпион Фанхио недаром сказал, что успех на 75% зависит от техники. Техника — от команды. На долю гонщика приходится оставшиеся 25. Судите сами, насколько этот мир справедлив.

— Каковы шансы Midland в этом сезоне?

— Надо наблюдать, как будет прогрессировать Toyota. У нас с ними одинаковый двигатель, от которого многое зависит. Но сейчас от гонки к гонке мы наращиваем силы, и завоеванные места становятся все выше и выше.

— Твои прогнозы на сезон совпадают с тем, что мы наблюдаем после трех Гран-при?

— Ну я предполагал, что все будет примерно так. Renault проще, у них осталось преимущество с прошлого сезона в плане шасси. В совокупности с мотором меньшей мощности это приносит бонусы.

Ferrari свои проблемы решила не до конца, но их ждет прогресс. Williams лишился прежнего поставщика моторов, но угадал с молодым пилотом Нико Росбергом. Да и Марк Уэббер хорош. Вот уж чья судьба похожа на мою. Он так долго искал финансирования, ждал своего часа. Но, как видите, дождался!




Партнеры