Отсчет угодий

1 сентября 2006 в 00:00, просмотров: 218

Вопреки всякой логике, российские власти сначала объявили о поддержке агропрома как о национальном проекте, стали выделять субсидии, кредиты, снабжать аграрников гарантиями и только потом провели Всероссийскую сельскохозяйственную перепись.

Она-то и позволит узнать, сколько сельского хозяйства у страны


Так повелось, что российское сельское хозяйство долго воспринималось как черная дыра. Известный аграрный публицист Юрий Черниченко еще в советские времена определил эффективность денежных вложений в отечественное село довольно образно. Хозяйка возвращается с базара и радостно кричит с порога: «Вася, я освоила (в примерном пересчете на сегодняшние деньги. — Авт.) тысячу рублей!» Из авоськи торчит дюжина редисок...

Насколько ясной картиной состояния аграрной России владеют сегодня правительство, Минсельхоз, статистические службы?

Сельскохозяйственная перепись затронула 100 миллионов россиян. Она охватила 47,5 тысячи крупных, средних и малых сельскохозяйственных предприятий и организаций, 249,9 тысячи крестьянских и фермерских хозяйств, 31,4 тысячи индивидуальных предпринимателей, 80,2 тысячи некоммерческих объединений и 17 843 личных подсобных хозяйства. Переписчиков интересовала форма собственности, недвижимость, состояние сельхозземель, техника, орудия труда сельскохозяйственного назначения, домашние животные, качество инфраструктуры и многие другие показатели, характеризующие жизнь людей на селе.

Опасения в сельских местностях, что «всех пересчитают», дабы потом каждую скотину и каждую грядку обложить налогом, оказались настолько сильны, что президент вынужден был предусмотрительно предупредить: «Перепись не имеет никакого отношения к налогообложению… это очень важно. Необходимо объяснить людям, зачем это нужно».

А действительно, зачем? И какой экономический эффект следует ожидать от кампании, на проведение которой из федерального бюджета ушло 6,5 миллиарда рублей?

Хотя слов об «историческом событии», как уважительно говорят о переписи в Министерстве сельского хозяйства, было сказано немало, исчерпывающего ответа на этот вопрос пока не последовало.

Знать, что же все-таки происходит в аграрном секторе, надо. Не от избытка же средств США и Канада это мероприятие устраивают каждые пять лет, а в Австралии, Великобритании, Новой Зеландии подобные акции проводят и вовсе ежегодно.

В России аграрный сектор в последний раз глобально исследовали в 1920 году. Все последующее время власти основывались на данных местных администрацией, которые, желая получить дотации из центра, не прочь были и приврать.

Не случайно Федеральная служба государственной статистики (ФСГС) даже по приблизительным результатам переписи (полностью данные появятся только весной 2007 года) уже обнаружила значительные расхождения в своем видении аграрно-продовольственной сферы и того, что получилось.

Оказалось, в стране существуют новые, не проходившие ранее в отчетах сельхозорганизации и предприятия, «всплыли» неучтенные земли. Уже сейчас видно, что в России немало пустых деревень, заброшенных полей и даже «неживых» участков садово-огороднических объединений.

Руководитель ФСГС Владимир Соколин считает: нужно еще понять, в каком состоянии наши производители сегодня находятся. Выясняется – в разном. Скажем, если растениеводство более-менее успешно, то у животноводства – большие проблемы.

Недавний призыв Кирсана Илюмжинова создать в России «мясной пояс» основывается как раз на сведениях, что поголовье крупного рогатого скота с 7,5 миллиона голов сократилось до 350 тысяч.

Изменения в сельскохозяйственной структуре, произошедшие за последние 15 лет, показали, что в пределах даже одного региона ситуация в различных секторах сельского хозяйства может быть очень несхожей.

Пока же наследники колхозов и совхозов – крупные и мелкие хозяйства, фермерские структуры живут своей, подчиняющейся воле региональных администраций и доморощенному рынку жизнью. Треть организаций в отрасли убыточна. Превышение кредиторской задолженности над дебиторской значительно.

Национальный проект, возрождающий село, вовсю воплощается в жизнь. «Россельхозбанк» уже выдал малым формам хозяйствования на селе около 7,4 миллиарда рублей. Но вопрос: а тем ли выдали? И нужно ли было выдавать? Как подчеркивает Владимир Соколин, именно данные переписи должны «правительству, Минсельхозу, другим заинтересованным министерствам предоставить такую информацию, которая позволит четко сформулировать, кому и чем помогать, выработать четкую, ясную, целенаправленную аграрную политику...» Какой национальный проект выполняется сейчас в области АПК – непонятно.

С одной стороны, только в мае 2006 года сельхозорганизации, крестьянские и фермерские хозяйства и население произвели продукции на 92,7 миллиарда рублей.

С другой, как обнаружил Соколин, произошли серьезные изменения и в структуре самого аграрного сектора. Далеко не все ожидания оправдались. Например, по оценкам Росстата, в стране должно было быть 24 миллиона личных подсобных хозяйств. А их оказалось значительно меньше – 17 843.

Во время сельхозпереписи выявились многочисленные брошенные подворья, а местами даже деревни, где никто не живет. Зато индивидуальных предпринимателей на селе насчитали почти на 5 процентов больше, чем предполагали, – 31,4 тысячи. Несколько больше, чем ожидалось (на 1,3 процента), зафиксировано малых сельскохозяйственных предприятий. Вроде бы неплохая тенденция.

Большая часть сельхозземель, более 70 процентов, принадлежит крупным и средним сельхозорганизациям – 233,3 миллиона гектаров из 330 миллионов. Фермерам – 24,8 миллиона, а личные подсобные хозяйства занимают 8,5 миллиона гектаров.

Почувствовав инвестиционную привлекательность, в село пришел частный капитал, удержавшиеся на плаву фермеры стали расширять хозяйства. Появились хозяйства с коллективной и коллективно-долевой формами собственности. Потянулся к сельскохозяйственной деятельности и крупный бизнес.

Однако на этом фоне выявилась и другая реальность. Выводимые из оборота продуктивные земли зарастают кустарником и мелколесьем. Как говорят специалисты, внутриотраслевое перераспределение земель меняет структуру сельхоз-угодий. Главный вывод – земля используется неэффективно. Прибавит ли эффективности прошедшая перепись?




Партнеры