ОПЕК уполномочен заявить

«Высокую цену на нефть диктует не рынок, а мировые спекулянты» – считает министр энергетики и промышленности Катара Абдулла бин Хамад Аль-Атия

1 октября 2006 в 00:00, просмотров: 321

Катар считается одним из самых богатых государств в мире. В прошлом году экономический рост в этом небольшом государстве составил 33,3 процента, а ВВП за год вырос на 10,5 процента. Столь высокими показателями Катар обязан своим энергетическим ресурсам – по запасам газа он занимает третье место в мире, а его нефтяные залежи составляют, по экспертным оценкам, 16 миллиардов баррелей. Тем не менее министр энергетики и промышленности Катара Абдулла бин Хамад Аль-Атия активно разъезжает по миру в поисках зарубежных инвестиций, прежде всего – в национальный энергетический сектор.

Юрий Сигов. Неужели стране не хватает собственных средств?

Абдулла бин Хамад Аль-Атия. Денег у нас вполне достаточно и собственных, но мы действительно предлагаем зарубежным компаниям активно вкладывать средства в Катар, особенно в его энергетический сектор. Через Катар зарубежные компании могли бы успешно работать на весь регион Персидского залива, а от вложений в нефтегазодобывающий комплекс нашей страны получать солидные прибыли. В ближайшие пять лет в энергетический сектор Катара будет инвестировано 75 миллиардов долларов.

Между тем мы и сами инвестируем в другие страны, а не только ждем у себя зарубежных инвесторов. Так, мы в ближайшее время построим вместе с компаниями «Эксон Мобил» и «Коноко-Филиппс» терминал Голден Пасс в Техасе (США) для приема крупнейших в мире танкеров по перевозке сжиженного газа из Катара. Стоимость этого проекта – 1,8 миллиарда долларов, причем 70 процентов акций здесь будет принадлежать нашей государственной компании «Катар Петролеум». В Америку от берегов Персидского залива из Катара будут отправляться танкеры-гиганты газоизмещением от 200 до 265 тысяч кубометров природного газа.

В странах-получателях нефти сегодня жалуются на то, что страны ОПЕК якобы не в состоянии достичь увеличения объемов нефти и насыщения мирового рынка…

В данный момент на мировом рынке есть два миллиона баррелей нефти в день, что превышает потребности стран-покупателей. При этом учтите, что все страны-производители нефти разрабатывают новые месторождения, ищут возможности строительства нефтеперерабатывающих заводов, потому что именно сейчас на мировом рынке имеется большой спрос на нефть и нефтепродукты, на них держится высокая цена, и этим просто грех не воспользоваться.

В то же время стоимость разведки и разработки новых месторождений нефти и газа, в том числе и в России, очень высока. Раньше стоимость освоения новых нефтяных месторождений и полей была вполне соизмерима с тем, что потом можно было заработать. А сейчас эти деньги очень трудно вернуть из-за высокой себестоимости освоения новых месторождений и использования современной техники.

В итоге получается, что производители нефти должны вложить огромные деньги в разработку полей, в оборудование и при этом не иметь никакой гарантии того, что добытая на этом поле нефть найдет своего потребителя. Так, Катар, который является самым маленьким по объемам добычи участником ОПЕК, десять лет назад добывал 350 тысяч баррелей нефти в день, а сейчас мы добываем уже 830 тысяч баррелей в день. К 2009 году мы планируем нарастить добычу до 1,1 миллиона баррелей нефти в день, но у нас должна быть гарантия того, что эта нефть найдет своего потребителя на мировом рынке.

Какова, на ваш взгляд, справедливая цена на нефть на мировом рынке? Министр нефти Саудовской Аравии Али аль-Наими считает, что 50 долларов за баррель – это то, что мировой рынок вполне может «переварить». А есть и прогноз со стороны другого члена ОПЕК – Венесуэлы: 100 долларов за баррель. Существует ли какая-то золотая середина стоимости «черного золота», которая сегодня регулярно зашкаливает за отметку в 70 долларов за баррель?

На мой взгляд, справедливой, оптимальной ценой для мирового рынка на сегодняшний день была бы цена в 50–55 долларов за баррель, а не нынешняя цена нефти. Это разумная стоимость барреля с учетом инфляции, ее и покупатель потянет, и производитель нефти хорошую выгоду получит.

Но ОПЕК сегодня мировые цены на нефть вовсе не контролирует. Эти цены формируются более сильными течениями, нежели желанием правительств стран-членов ОПЕК, причем некоторые перепады цен на нефть просто невероятны. Помнится, когда я был на заседании ОПЕК в Каракасе, то за 24 часа цена барреля нефти с 72 долларов снизилась до 68 долларов.

Еще до того, как что-то где-то сказал президент Чавес, «Стенли Морган» предсказал, что стоимость нефти к концу нынешнего года будет составлять 107 долларов за баррель. Не знаю, откуда они взяли такую цифру, но они ее на весь мир озвучили. А вообще я считаю, что сегодня в мире развелось слишком много разного рода предсказателей. Специалисты из нефтяных компаний и разного рода фондов и некоммерческих структур говорят вслух все, что им вздумается. Потом проходит время – и на практике все подобные предсказания не сбываются.

Но сегодня рынок не столько реагирует на соотношение спрос-предложение нефти, а все больше колеблется от слухов, действий спекулянтов, страдает от непредсказуемых поворотов геополитики. Вот помните, как убили Аль Заркави в Ираке, – так нефть на несколько долларов упала в цене. Это что, имеет какое-нибудь отношение к спросу на нефть в мире? Или является результатом работы нефтеперерабатывающих заводов в Техасе?

Некоторые международные эксперты считают, что рынок нефти можно серьезно стабилизировать, если построить несколько десятков крупных нефтеперерабатывающих заводов. Что вы думаете по этому поводу?

Построить можно все, в том числе и десятки новых нефтеперерабатывающих заводов. Но что потом с ними делать, если цена на нефть упадет? Что вы будете там перерабатывать? Если сравнить цену переработки барреля нефти в 2002 году и сейчас, то она возросла в три раза. И пока что она покрывается высокой ценой нефти на рынке. А если нефть упадет в цене? Кто и как тогда покроет расходы на ее переработку?

Каковы, на ваш взгляд, перспективы дальнейшего существования ОПЕК? Ведь крупные страны-производители нефти, такие как Россия, Мексика, Норвегия, Казахстан, не состоят в этой организации и тем не менее успешно проводят собственную нефтяную политику.

При любом раскладе роль ОПЕК в мире очень важна. Если бы все страны продавали нефть на рынке индивидуально, то, мне кажется, рынок бы легко превратился в нерегулируемый хаос.

Я думаю, что и Россия, и Норвегия, и Мексика, и Казахстан нуждаются в ОПЕК, причем гораздо больше, чем они нужны ОПЕК. Вспомните, когда в 1997 году цена на нефть упала до 10 долларов, Мексика стала сразу же вести переговоры с ОПЕК. Потом Россия начала консультации с ОПЕК. Все эти индивидуальные производители хотели тогда выйти из ценового кризиса, а сделать это они могли только с помощью и во взаимодействии со странами-членами картеля.

Конечно, сейчас, когда нефть стоит более 70 долларов за баррель, эти страны проводят более независимую политику и меньше координируют свои действия с ОПЕК. Они наращивают производительность нефти по максимуму, потому что всем на этой высокой цене хочется как можно скорее заработать.

Как вы относитесь к заявлению президента США Джорджа Буша о том, что его страна намеревается сократить свою зависимость от поставок нефти с Ближнего Востока из-за якобы растущей угрозы терроризма в этом регионе?

Я бы с президентом Бушем в такой оценке не согласился. Сейчас в Персидском заливе созданы наилучшие, по моему мнению, за последние годы условия для того, чтобы обеспечить бесперебойные поставки нефти на мировые рынки. На протяжении всей истории не было ни одного случая, когда бы страны Персидского залива не выполнили бы своих обязательств по поставкам.

Не будем забывать и о том, что в Персидском заливе сосредоточено более 60 процентов мировых разведанных запасов нефти, плюс наша нефть легко добываема и с наименьшими затратами по сравнению с нефтью, которая добывается во многих других регионах мира, в той же России. Поставщики из региона Персидского залива все равно остаются самыми выгодными и самыми надежными для международных рынков.

Есть ли какая-то вероятность того, что в мире в ближайшее время будет создан некий газовый международный картель по подобию нефтяного ОПЕК?

Несколько лет назад мы создали в Дохе так называемый «Газовый форум». В этом форуме участвуют Россия, Норвегия, другие газодобывающие страны. Но это пока больше все же площадка для дискуссий и диалога, нежели структура, которая остальному миру сможет диктовать, что и как делать в плане определения цены за тысячу кубометров природного газа.

Современный газовый рынок очень подвижен. Так, в Японии цена на газ одна, в Южной Корее – другая, а в России – третья. Но если цена в Японии самая выгодная, то это не значит, что все газовые производители тут же должны броситься поставлять природный газ исключительно в Японию. К тому же нельзя получать газ по коротким контрактам, потому что строительство газопроводов, портовых сооружений для сжиженного газа, танкеров – очень дорогостоящее дело, и я не могу пойти в банк и попросить там несколько миллиардов долларов по контракту, который подписан всего на шесть месяцев.

Есть ли какая-то вероятность в сотрудничестве и координации действий между Россией и Катаром в газовой сфере с учетом того, что политические отношения между двумя государствами в последние годы очень серьезно подпорчены?

Я встречался в Дохе с министром энергетики и промышленности России, и у нас с ним был очень полезный разговор. Россия – один из крупнейших мировых поставщиков энергоресурсов, и на многие мировые рынки мы поставляем нефть и газ параллельно. Катар продает газ в такие страны, как Великобритания, Испания, Италия, Бельгия, и в перспективе – Франция.

С российской стороной мы обсуждали взаимный интерес в расширении присутствия на европейских рынках, куда, как мы знаем, все больше поставлять газа по трубопроводам намеревается и Россия. Но при этом мы сошлись во мнении, что соперничать друг с другом на этом рынке мы не будем. Мы исходим из того, что сейчас на газовом рынке всем найдется достаточно места, возможности у всех равные, и для хорошего бизнеса лучше координировать свою деятельность в этой сфере, нежели соперничать и толкаться.

Как вы оцениваете возможность сооружения нового газопровода из региона Центральной Азии и Каспия – Казахстана и Туркменистана – через Турцию на европейские рынки? Ведь этот газ пойдет в Европу, где уже закупается природный газ из России и Катара…

Нас подобное развитие событий вовсе не беспокоит. В конечном счете потребители газа нуждаются во все возрастающем количестве новых поставщиков газа на рынок.

Считаю, что наши интересы в Европе от сооружения такого газопровода ничуть не пострадают. Знаете, сейчас все покупатели газа стали умными и прагматичными. Никто не кладет в одну корзину все яйца, как никто не делает ставку в бизнесе только на одного поставщика. Так же поступают и экспортеры газа – они идут на рынки разных стран, регионов. Так поступает Россия, так поступает Катар, так будут неизбежно действовать и государства Центральной Азии, у которых есть богатые энергоресурсы.

Доха





Партнеры